Читать книгу Токёльдош, Тэцуо и Назира апай. Сборник рассказов - Группа авторов - Страница 4

Дверь душевой комнаты вдруг распахнулась, и вошёл бородатый, длинноволосый парень лет тридцати пяти-сорока. Своим появлением он сразу привлёк внимание всех моющихся.

Нет, люди с бородами для нашей бани – не диковинка. И к длинным волосам мы давно привыкли. Но у него были опухшие, затёкшие глаза – как у алкоголика или у человека, не спавшего несколько суток. Он шёл босиком, медленно, как ребёнок, шатаясь и всё время держась за стену.

К тому же, он сразу направился в парную, минуя душ. И, соскользнув у самого входа, упал.

Я как раз шёл сзади.

– Что с тобой? – спросил я.

– Упал, байке… – простонал он. – Ноги… мои ноги…

– Надо было тапочки надеть, – я взял его за руки, хотел помочь встать, но он не смог подняться. Начал двигаться на четвереньках к скамейке, стоявшей у правой стены при входе в парную. Я забрался наверх и через некоторое время он тоже, поднявшись с усилием, сел рядом. Он тихо кряхтел.

В парной в тот момент было мало людей.

Минут через десять, когда я уже вышел в раздевалку, изнутри донёсся чей-то недовольный и властный голос:

– Кто пустил бомжа в парилку?!

Все обернулись. В дверном проёме показался тот самый бородач. Шёл он, как и прежде, шатаясь, а на груди и животе прилипли листья дубового веника. Следом за ним вышел здоровенный пузатый мужчина лет пятидесяти.

– Зачем вы его пустили? – укоризненно обратился он к банщице. – Теперь парную заново мыть придётся!

Растерявшаяся банщица – худая, как щепка, женщина – сначала замерла, не зная, что сказать. А потом начала оправдываться:

– Он только в душ попросился… Я ж не знала, что он в парную полезет. Садись вон туда, – сказала она парню, указав на крайнюю скамейку. – Я же тебе говорила: не заходи туда!

В зале все замолкли, поглядывая то на бородача, то на банщицу.

– Оказывается, он бомж, – промолвил один.

– Теперь понятно, – добавил другой. – А то смотрю… вид у него странный, нечеловеческий.

А те, кто уже успел с ним попариться или просто посидеть рядом, начали с отвращением и тревогой разглядывать свои руки и ноги, будто про себя спрашивая: «Не подцепил ли чего?»

Банщица вдруг перестала ругать парня и обратилась к мужчине, устроившему скандал:

– Ему хотя бы в душевую теперь можно?

– Не знаю, – ответил тот мрачно. – Я тут не решаю. Спросите у них, – он кивнул головой в сторону посетителей.

Банщица с мольбой посмотрела на обнажённых, чинно сидящих на скамейках людей. Те хранили гробовое молчание.

– Вставай, сынок, – с горечью сказала она парню. – Одевайся и уходи.

Он недоуменно посмотрел на неё. В глазах его можно было прочесть вопросы: «А как же грязь? Я же недомылся? Надо хотя бы сходить под душ?»

– Вставай, вставай, – торопила его банщица. – Не видишь, они за тебя беспокоятся, заботу проявляют. Боятся, как бы ты снова не упал, чтоб голова не закружилась от пара…

Она на секунду замялась, потом добавила:

– Вот, возьми это. Я тебе немного хлеба положила. Поешь, когда выйдешь. Ну, давай… Вставай же, живо.