Читать книгу Токёльдош, Тэцуо и Назира апай. Сборник рассказов - Группа авторов - Страница 9

После вступительных экзаменов в университет нас, зачисленных в студенты, отправили на сельскохозяйственные работы. Лагерь труда и отдыха под названием «Достук» находился за городом, в селе Маевка. В течение двух месяцев мы собирали урожай: выкапывали свёклу, собирали помидоры.

О, это были самые счастливые и незабываемые дни моей жизни – с романтикой, надеждой и ожиданиями. Танцы, вечерние гулянья… Тогда же я впервые в жизни влюбился.

Но, как часто бывает, не обошлось без неприятностей. У этого периода была и другая, грустная сторона. В мою первую историю любви вплелся ещё один человек, и события развивались как в любовном треугольнике, дополняя друг друга, словно параллельные линии, которые всё же пересеклись.

Началось всё в первые же дни нашего пребывания. Внезапно, нежданно и – что хуже всего – без взаимности, в меня влюбилась одна девушка. Влюбилась страстно, безумно – как она сама говорила, «как дурочка». Девушка была, мягко говоря, некрасива – с шарообразной фигурой, и вовсе не в моём вкусе.

С этого дня для меня начались мучения, настоящие кошмары. То ли от природы, то ли из-за городского воспитания, она была совершенно бесцеремонной. Подходила ко мне при всех, признавалась в любви, не стесняясь никого. Я прятался в комнате, делал вид, что сплю, просил ребят не выдавать меня. Но она всё равно находила. Преследовала, как тень. Всюду – на столе, на окнах, на ящиках – оставляла записки, адресованные мне.

– Смотри, тебе письмо, – сказала как-то девушка из параллельной группы.

Я заметил записку, но не смог прочитать – она была на непонятном мне иностранном языке.

– Ты ведь знаешь английский? Прочитай, пожалуйста.

– Я тоже не смогла, – пожала плечами она. – Наверное, на французском.

А Лаура продолжала наступать. Заваливала меня письмами, как будто хотела ими вытеснить моё равнодушие. Мне, восемнадцатилетнему деревенскому парню, было стыдно перед одногруппниками, особенно перед девушками. Особенно – перед одной, в которую я сам был влюблён, но пока не осмеливался признаться. К тому же, не скрою: я был в том возрасте, когда внешность имела значение. А Лаура, как я уже говорил, была далека от тогдашних моих представлений о красоте.

Однажды, когда я сидел в комнате с друзьями, она снова подошла. Встала у окна, облокотилась на подоконник и, умилённо глядя на меня, сказала:

– Отдыхаешь? Пойдём погуляем.

– Надоела! – ответил я зло. – Оставь меня в покое! Отстань!

В её глазах тут же выступили слёзы. Осознав, что перегнул палку, я попытался смягчиться:

– Я уважаю твои чувства. И, между прочим, у тебя очень тонкий, художественный вкус.

Ребята тихо захихикали.

– Но пойми и меня, пожалуйста. У меня есть девушка.

– Врёшь!

– Не вру. Скоро сама увидишь.

Она развернулась и ушла.

Вскоре мне действительно удалось объясниться с Акмарал – той самой, к которой я испытывал чувства. В один из тёплых осенних вечеров мы пошли гулять вдоль большого канала недалеко от лагеря. Потом развели костёр – в октябре по вечерам было уже прохладно – и долго сидели рядом. Мы были не одни: вокруг тоже горели костры, слышались весёлые голоса, песни, смех.

На следующий день, в автобусе по дороге в поле, Лаура спросила:

– Ты встречаешься с Акмарал, да?

Я промолчал.

– Подлец! Я ненавижу тебя!

В автобусе все повернулись ко мне. Некоторые, особенно её подруги, посмотрели с осуждением. Хотя многие знали, в чём суть дела, некоторые всё равно были на её стороне.

Через несколько дней, гуляя с Акмарал вдоль канала, мы заметили Лауру с кавалером – водителем грузовика, который возил собранные нами помидоры на базу. Мужчина был значительно старше нас – лет на десять – с шрамом на лице и густой порослью на груди. Он был из тех, кто уже, скорее всего, имел семью, а может, и успел развестись.

Увидев нас, Лаура демонстративно прижималась к нему, делая вид, что счастлива.

Мне стало неприятно. Не скажу, что я ревновал – нет. Было ясно: это не любовь и даже не увлечение. Это – глупая, упрямая попытка мне насолить. Мол, если ты с другой, то и я найду себе кого-то.

Но мужчина явно не воспринимал это как игру. Он не был романтиком. Для него Лаура была всего лишь лёгкой добычей.

Я ничего не мог с этим поделать. Она могла бы сказать: «Раз ты не смог ответить на мою любовь – не лезь в мою жизнь».

Приближался конец октября, и вместе с ним – завершение сельхозработ. В один из вечеров мы с Акмарал ушли далеко от лагеря. Вдруг где-то неподалёку послышался тихий женский плач. Мы насторожились, подошли ближе… И при лунном свете увидели: мужчина лежит поверх женщины под деревом. Мы узнали его – тот самый водитель. Женщина плакала. Её лица не было видно, но мне не нужно было видеть – я сразу понял, кто это.