Читать книгу Вера как щит и меч Российской Армии в зоне СВО - - Страница 49

Согласно модели В.И. Веремчука, данный институт имеет сложную, многоуровневую структуру:

. Личностный уровень: здесь военно-религиозный институт формирует духовный мир и ценностно-мотивационное ядро личности военнослужащего (и командира). Это усвоение системы убеждений, которая помогает обрести смысл деятельности, справиться со страхом смерти и выработать моральные рамки для применения насилия [165, Веремчук, 2017]. Именно на этом уровне формируется тот тип воина, которого А.В. Суворов называл «чудо-богатырем» – носителя высших идеалов веры и Отечества.

. Организационный уровень: здесь происходит создание и функционирование конкретных военно-религиозных организаций и ролей, классическим примером которых является институт военного духовенства. В армии Суворова и на флоте Ушакова каждый полк и корабль имел в штате священника, который был неотъемлемой частью воинского коллектива [166, Военное духовенство Российской империи, 2009]. В современной российской армии этот уровень представлен Управлением по работе с верующими военнослужащими и спонтанно возникающими на передовой практиками, такими как обустройство блиндажных часовен [167, РИА Новости, 2024].

. Институциональный уровень: на этом уровне происходит формализация военно-религиозных отношений через систему правовых норм, уставов и доктринальных документов. В Российской империи это были Воинские артикулы Петра I и текст присяги, являвшейся священной клятвой. В современных ВС РФ этот уровень представлен Федеральным законом «О статусе военнослужащих» и приказами Министра обороны, регламентирующими деятельность помощников командиров по работе с верующими военнослужащими [168, Артикул воинский; 169, Федеральный закон «О статусе военнослужащих», 2024; 170, Приказ МО РФ № 404, 2019].

. Социетальный (общественный) уровень: на высшем уровне военно-религиозный институт выполняет функции, выходящие за рамки армии. Он обеспечивает легитимацию военной деятельности в глазах населения, укрепляет связь армии и народа, способствует формированию национальной идентичности. Ярчайшим примером является канонизация Церковью выдающихся воинов (Александр Невский, Феодор Ушаков), создающая мощный общенациональный символ [171, Список канонизированных русских князей, 2011; 172, Канонизация Ф.Ф. Ушакова, 2001]. В современных условиях этот уровень проявляется в том, как духовные лидеры страны осмысляют цели СВО, а такие проекты, как Главный храм Вооруженных сил, становятся зримым символом единства армии, народа и веры [173, Главный храм ВС РФ, 2019].

3

Использование концепции военно-религиозного института в качестве основной методологической рамки данного исследования позволяет перейти от простого описания разрозненных фактов к их системному социологическому анализу и выявлять не только явные, но и латентные (скрытые) функции религиозного фактора.

Современный анализ роли военного духовенства выходит далеко за рамки его традиционного понимания как пастырской службы. Как отмечает Э. Бартлз-Смит, международное гуманитарное право (МГП) предоставляет религиозному персоналу статус некомбатанта, однако такой юридический взгляд неполноценен, поскольку игнорирует активный моральный аспект их служения и тот мощный эффект «усилителя силы» (force multiplier), который они оказывают на комбатантов [174, Bartles-Smith, 2025].

«Промежуточное пространство» и двойная лояльность, плюс дополнительная опция.

Военные священники занимают уникальное, амбивалентное положение, которое в социологии описывается как «промежуточное пространство» (interstitial space). Они находятся на стыке двух социальных институтов – армии и религиозной организации. Эта двойная лояльность (командиру и церковной иерархии) и двойной статус (офицер и священнослужитель) наделяют их уникальным функционалом, позволяя выполнять две диалектически связанные функции [174, Bartles-Smith, 2025]:

1. Функция военной поддержки: Священник способствует повышению боевого духа, сакрализует воинский долг, помогает бойцам справиться со страхом. В армии А.В. Суворова полковые священники были обязаны находиться с войсками во время сражений, вдохновляя их личным примером [175, Цветков, 2003].

2. Функция гуманитарного сдерживания: Священник действует как мощный «сдерживающий механизм». Опираясь на абсолютный моральный авторитет религиозного закона, он поощряет соблюдение этических норм ведения войны, призывает к милосердию по отношению к пленным и мирному населению, противодействует излишней жестокости. Адмирал Ф.Ф. Ушаков, известный гуманным отношением к пленным, черпал эту норму из своего христианского мировоззрения, активно поддерживаемого флотским духовенством [19, Овчинников, 2000; 176, Луньков, 2022].

3. Функция сдерживания как дополнительная опция: Священник при определенном статусе может сдерживать неограниченную ярость командира, которому согласно уставу в боевой обстановке представлена практически неограниченная власть.

4