Читать книгу Время, которого нет - - Страница 9

Ее звали Василиса. Так она мне представилась, как только перешагнула порог дома. Просто – Василиса.

На вид ей было не больше 30 лет. Яркие зеленые глаза смотрели на меня внимательно и как-то напряженно. Густые рыжие волосы спадали на ее плечи, а непослушная челка норовила прикрыть глаза, и Василиса время от времени автоматически поправляла ее рукой. На девушке был черный мотоциклетный комбинезон, очень плотно обхватывающий стройную фигуру.

Красивая девушка. И ведь я ее совсем недавно видел! Она была той самой девушкой со старой фотографии!

Василиса, изучив мое лицо, кивнула каким-то своим мыслям, скосила глаза на неубранный кухонный столик, брезгливо наморщила носик и скомандовала:

– Забирайте все свои вещи, нам надо ехать!

Я суетливо начал было прибираться на столе, но она меня остановила.

– Оставьте это как есть! У нас мало времени! Главное – не забудьте снимок, который дал вам мой дедушка! – с этими словами Василиса выскочила из дома.

Дедушка? Вот же… Это что же получается, доктор-старичок – ее дедушка, что ли?

Я забросил все свои вещи в рюкзак и, в последний раз окинув взглядом приютивший меня дом, дабы ничего не забыть, погасил свет и вышел вслед за Василисой.

На улице нас ждал байк. Меня сложно назвать специалистом в мотоциклах, максимум, что я могу, так это отличить «Урал» от мопеда. Но байк Василисы показался мне чудо-монстром, сошедшим с рекламных щитов, демонстрирующих самые дорогие мотоциклы для истинных ценителей гармоничного сочетания технической красоты и скорости. Черно-серебристый, сверкающий, поражающий плавностью и изяществом своих конструкций. И непропорционально огромный для такой девушки как Василиса.

Девушка молча протянула мне шлем, и я попытался надеть его на свою голову, но мне мешали то рюкзак, то очки, поэтому проходил этот процесс крайне неловко. Василиса что-то пробурчала и принялась мне помогать. Наши глаза на несколько секунд встретились, и я снова заметил напряженность в ее взгляде. Она была очень сильно обеспокоена, и предметом ее беспокойства наверняка был я.

Наконец совместными усилиями нам удалось водрузить шлем на мою голову.

– А куда мы… – попытался я задать волнующий меня вопрос.

– Садитесь позади меня и крепко обхватите меня за талию! – перебив меня, скомандовала Василиса.

Хорошо. Позади так позади. За талию – так за талию! Сделал как было приказано. Мотор байка взревел, и мы помчались по сельской улице…

Я крепко держался за талию Василисы, прижавшись к ее спине, и, слегка повернув голову в сторону, с ужасом смотрел на мелькающие в утреннем свете стволы деревьев, дорожные знаки, машины и какие-то строения. Скорость у мотоцикла была просто бешенной. Однако минут через пять мой страх вылететь из седла отступил, уступив место умиротворению. Управляла своим байком Василиса мастерски, это надо было признать. Двигались мы быстро, но мягко и плавно, мотор гудел без кряхтения и надрыва, вибрация телом почти не ощущалась. От девушки пахло моторным маслом и еще чем-то цветочным. И эта смесь абсолютно разных ароматов мне очень нравилась. И вскоре я внезапно для себя осознал, что мне это нравится – лететь вот так вот на огромной скорости неизвестно куда, прижимаясь к телу молодой девушки, от которого веяло теплом и надежностью… Тут же скользнули мысли крамольного содержания, и я, почему-то испугавшись того, что их может прочесть Василиса, поспешно попытался усмирить свое разыгравшееся мужское воображение. Удалось мне это не очень…

Тем временем мы уже въехали в пригород, и скорость байка заметно снизилась. Еще несколько минут петляний по второстепенным улочкам и дворам, и мы оказались во дворе трехэтажного дома, возле небольшого сквера. Василиса подъехала к припаркованным машинам, остановилась и заглушила своего механического коня.

– Кирилл, сейчас я попрошу вас не задавать мне никакие вопросы! – снова скомандовала девушка, принимая от меня шлем. – Мне сначала надо кое в чем убедиться! Пойдемте за мной!

Я поправил рюкзак за спиной и зашагал вслед за Василисой прямиком к скверу. Город уже проснулся, тут и там нам попадались прохожие, спешащие по своим делам, но в самом сквере людей не было.

Мы прошли вдоль зеленых изгородей, обогнули фонтан и вышли к памятнику. Этот памятник я знал, хотя бывал в этом сквере всего пару раз. На нас, сидя на небольшой скамейке, смотрел светило русской поэзии Александр Сергеевич Пушкин. Памятник стоял на небольшом, чуть более метра в высоту, постаменте.

– Кирилл, – заговорила Василиса, сосредоточенно глядя мне в глаза, – Я прошу вас внимательно посмотреть на этот памятник и потом сказать мне, что вы о нем думаете!

Неожиданный вопрос… Что я могу думать о памятнике? Что это памятник великому русскому поэту? Или я должен дать оценку работе скульптора?

– Это… какой-то тест? – спросил я.

– Точно! – с серьезным видом кивнула Василиса. – Это тест, от которого зависит ваше и, возможно, мое будущее. Итак?

Я присмотрелся к памятнику повнимательней, все еще не понимая, что я должен увидеть. И тут я понял! Да это же практически тот же тест, которыми меня мучали в клинике, только там были картинки и тексты, а здесь все натурально! Тогда меня просили найти какие-то несоответствия. Что ж, попробуем отыскать несоответствия в памятнике…

Александр Сергеевич выглядел вполне себе традиционно – густая шевелюра, бакенбарды, умный и цепкий взгляд. Одежда поэта тоже вполне себе, на мой взгляд, соответствовала его времени. Скамейка, на которой он сидит – ничего особенного. Я медленно обошел памятник вокруг, пытаясь найти что-то необычное, и все это время Василиса неотрывно следила за мной. Вот же экзаменаторша! Хоть бы подсказала, на что смотреть…

Перестав разглядывать сам памятник, я переместил внимание на постамент. Взгляд сразу же остановился на информационной табличке. «Памятник русскому поэту А.С.Пушкину. 1799-1839». Вроде все написано без ошибок. Хотя, нет! Как это – без ошибок? Почему год смерти указан как 1839? Не сходится. Насколько я помнил, Пушкин погиб, когда ему было 37 лет. «Погиб поэт, невольник чести…» – сразу же вспомнились мне строки из стихотворения Михаила Лермонтова. А по датам на табличке получалось, что Александр Сергеевич прожил до сорока лет. Или это я ошибаюсь? Хотя вряд ли. Я хоть и учитель математики, но русскую литературу любил, и в школе проходил ее не по кратким описаниям и видеообзорам от всяких доморощенных помогаек для лентяев, готовящихся к сдаче ЕГЭ, а как положено – читая произведения целиком и обсуждая потом все с преподавателем. А что говорить о биографиях поэтов – да, помнил далеко не все, но уж даты жизни Пушкина, это же и современная молодежь должна знать!

Пушкин погиб в феврале 1937 года! Нескладушка… И как это понимать? Неграмотность заказчиков? Но общественность бы уже давно обратила внимание на такой вопиющий факт искажения биографии поэта. Чья-то шутка, и табличку прикрутили специально? Непохоже, табличка по виду не новая, местами уже имеющая царапины, с позеленевшими от времени краями, примыкающими к постаменту.

– Что-то заметили? – прервала мои размышления Василиса.

– Дата. Дата смерти поэта не та…

– Фух!.. – облегченно выдохнула Василиса и я увидел, как напряжение, которое до сих пор сковывало ее, сразу же пропало. – Извините, Кирилл, это была проверка. Я должна была убедиться…

– Убедиться в чем?

– Что вы – такой же, как и я! – девушка смущенно улыбнулась.

– Такой же, как и вы? – я непонимающе смотрел на нее.

– Смотрите! – Василиса достала смартфон и, полистав приложения, показала мне экран.

На экране я увидел окно мобильного браузера, выдающего списком ссылки на запрос «годы жизни А.С.Пушкина». И под каждой ссылкой я увидел те же самые даты, что были и на табличке памятника.

– Видите? Для всех, кроме нас с вами, это – факт! И не смотрите вы на меня так! Да, я тоже, как выражается дедушка, «скользнула». И не один раз. Но об этом потом! Данное изменение я зафиксировала в мае этого года, когда появились анонсы мероприятий, посвященных дню рождения Пушкина. В сети публиковались разные материалы о жизни и творчестве Александра Сергеевича, и я сразу же обратила внимание на это несоответствие. Я перерыла кучу источников, и везде, понимаете, абсолютно везде годы жизни Пушкина – именно такие! Скажу больше – есть даже описание его жизни в эти три года! Да, дуэль была, но Пушкин был только ранен! Ранение оказалось серьезным, но он прожил еще три года! И написал за это время еще около сотни произведений! Стихи, сказки, повести. Часть этих произведений была даже экранизирована! А среди всемирно известных его произведений на полке мировой литературы рядом с «Евгением Онегиным» теперь стоит еще и его роман «Любовь, стреляющая в нас»! А в 1838 году у Пушкина родилась дочь, Мария…

Девушка продолжала говорить и говорить, перечислять многие и многие события, которые были связаны с изменениями в истории жизни Александра Сергеевича, а я, наблюдая за ней, вдруг почувствовал, что холодок неуверенности и какого-то тоскливого отчаяния внутри меня, с которым я жил последние дни, постепенно тает. Я смотрел на девушку, которая, как и я, столкнулась с изменениями своей реальности. Нет, не так! Она столкнулась с изменениями НАШЕЙ с ней реальности! И она, как и я, видит эти изменения, и живет с этим! Да, ведь есть еще и старая фотография, на которой мы с ней вместе в далеком 1924 году…

Девушка заметила, что я ее не слушаю, находясь в своих мыслях, и умолкла.

– Кирилл, вы… в порядке?

– Василиса, – улыбнулся я девушке, – поверьте мне, в таком порядке, как сейчас, я не был уже несколько дней! Я не думал, что есть еще кто-то такой же, как и я…

– А я знала, что есть! Я верила в то, что найду вас! – девушка гордо посмотрела на меня и вдруг рассмеялась. – Пафосно получилось, да?

– Есть немного, – улыбаясь, согласился я. – А если к этому моменту еще добавить какую-нибудь эпическую музыку…

– Между прочим, у вас, судя по рассказам дедушки, все ЭТО началось не так давно. А я живу с этим уже 20 лет! Так что без пафоса тут никак!

– Ничего себе… – я даже не знал, что ответить на это. Двадцать лет в изменяющемся мире? С ума сойти…

– Нам надо многое обсудить. – заявила Василиса. – Но я очень хочу кофе! Дедушка сообщил мне о вас два дня назад, когда я находилась в командировке в Москве. Вылететь удалось только вчера, так что я сегодня прямо с самолета сразу домой, переоделась, забрала на стоянке свою «стрекозу» и рванула к вам. Даже вещи оставила в камере хранения, чтобы время не терять…

– «Стрекозу»? – спросил я.

– Да, так я зову свой байк. Подарок дедушки на мой день рождения. Уже два года на ней летаю. Так что, угостите девушку кофе?

– Конечно! Но для начала предлагаю перейти на «ты» …