Читать книгу Совсем другой мир - - Страница 2

Я уже не понимала, что правда, а что вымысел. Небо было затянуто густыми, серыми тучами, казалось, что собирался дождь. Осенняя листва на старых, могучих деревьях уже пожухла и осыпалась. Я только что была в мрачном, старом здании. Буквально минуту назад за мной гонялся огромный монстр в темной библиотеке, а теперь я нахожусь в осеннем лесу, не зная куда идти и как вернуться обратно. Что это? Сон? А может меня одурманили какими-то газами, и мне все это чудится? В голове была «каша». Достав смартфон, я вновь убедилась, что нет связи. Батареи было 75 %, нужно экономить. Вряд ли в ближайшее время я найду место, где смогу зарядиться.

Я просто шла прямо, куда глаза глядят. Под ногами слышался шелест осенних листьев. Ветер играл с листвой, то подбрасывая россыпь листьев вверх, то кружа их в невесомом танце. Эту меланхоличную идиллию нарушило стремительное движение: от кустов метнулся к земле темный, размером с крупного кота, зверек. Миг – и он скользнул в невидимую с первого взгляда нору у корней старого дерева, не оставив мне ни единого шанса его рассмотреть.

Пройдя около полутора километров по осеннему лесу, я больше не встретила ни души. Ни промелькнувшего в каких-нибудь кустах зверя, ни перелётной птицы в небе – лишь тишина, нарушаемая хрустом собственных шагов по опавшей листве. Даже ветер, прежде шелестевший кронами, замер, и в этой внезапной беззвучности я ясно различила ровное, могучее бурление реки.

Звук воды стал путеводной нитью. Я почти не сомневалась: идя вдоль течения, рано или поздно выйду к людям – быть может к рыбацкой избушке, тропинке, а там и к просёлочной дороге. Тогда-то я и узнаю, где нахожусь и как отсюда выбраться. Эта мысль, простая и твёрдая, придала моим шагам уверенности.

Идя вдоль реки, я достала смартфон и увидела, что блуждаю по неизвестной мне местности уже около четырех часов. Желудок начал подавать первые признаки голода. Груз мыслей о том, что мои родители уже наверняка меня потеряли, не покидал меня не на минуту.

Наконец! Впереди, совсем близко, я увидела силуэт в тёмно-синем, почти чёрном плаще. Сердце ёкнуло от облегчения. Прежде чем в голове успела сложиться мысль, тело уже отреагировало: медленное бредущее шагание разом перешло в сбивчивый, нетерпеливый бег.

Я подбежала к незнакомцу, почти не чувствуя ног, и выпалила первое, что пришло в голову. – Простите, помогите! За мной гналось что-то… огромное. А потом я очутилась здесь. Поверите? Это звучит безумно, но там, откуда я, – зима, а здесь… осень!

Незнакомец, всё это время стоявший неподвижно, медленно повернул голову. Его лицо скрывала тень капюшона.

– Долго же ты шла. Я уже устал ждать, – недовольно проворчал он глухим, низким голосом.

Я отшатнулась, будто от толчка.

– Чего? Вы меня явно с кем-то путаете!

В ответ он лишь развернулся и сделал шаг в сторону лесной чащи.

– Следуй за мной. Нам нужно уйти отсюда до заката.

Выбора у меня не было, идти с ним, либо сгинуть в лесу, конечно я выбрала первое. Пройдя несколько метров, незнакомец резко остановился. Он вытянул руку, и его пальцы начали выписывать в воздухе сложные, невидимые глазу символы. Под тихий, монотонный шёпот пространство перед ним сгустилось, задрожало и разошлось, будто пелена, открывая врата в мерцающую пустоту.

– Иди первая.

Коротко бросил он, и звук его голоса не допускал возражений. Я, затаив дыхание, переступила порог неведомого поля – и очутилась на брусчатке старинной, безлюдной улочки. Таинственный незнакомец в считанные секунды оказался рядом, после чего, направился вдоль старых, каменных домов. Я последовала за ним.

– Тут что, никто не живет? Где мы вообще?

– Здесь полно местных жителей, однако им тебя сейчас не дозволено видеть. Поэтому, я держу нас под куполом. Ты не видишь местных жителей, а они не видят тебя.

– Ладно. Я все поняла. А теперь скажите, когда я отправлюсь домой?

– А мне то откуда знать? Лучше ты мне скажи, что произошло после того случая с тенями?

– Так это вы там были?

– Именно. Я вообще-то твой щит. Сущность, что до самой твоей смерти вызвалась тебя охранять.

– Прекрасно. Что же тогда вы, дорогой мой «щит», не пришли ко мне на помощь, когда за мной по библиотеке гонялся огромный монстр?

– Нас разделили. И сейчас я пытаюсь выяснить, кто это мог сделать.У меня есть с тобой связь, я чувствую твои страхи, твою боль, но взаимодействовать с тобой в мире людей, мне больше не дано. Я был отделен от тебя сразу же после той самой встречи.

– И что теперь?

– А теперь ты будешь находиться здесь.

– Где?! – остановившись, возмущенно спросила я.

– В Аэтер-нуме. Не отставай, твой человеческий организм требует питания. Не хватало еще, чтобы твой душевный аккумулятор разрядился до нуля.

– Знаете сударь, у меня конечно полно земных проблем, однако вот так вот исчезать, оставляя своих родных и близких в неведение не есть хорошо.

– Мы вернемся туда как только я решу насущные проблемы, а именно – наше с тобой разделение. Не волнуйся, твою пропажу никто не обнаружит. Время в мире людей, пока ты находишься здесь – стоит на «паузе».

– Не поняла, я теперь в «тонком мире?»

– Аэтер-нум. Мир, сотканный из вечной памяти. Здесь ничего не забывается. Каждый вздох первых богов, каждое их падение – все это отпечатано в самой «ткани» воздуха, в камне, что у нас с тобой под ногами. Здесь обитают духи, сущности различных мастей, ну и конечно же аэтер-нумцы. Внешне они похожи на людей, однако они живут гораздо дольше. Скоро сама все увидишь.

– Даже не знаю, плакать мне или радоваться. Куда мы идем?

– В место, которое я зову домом.

Дорога заняла минут пятнадцать-двадцать. Не замечая времени, я шла за своим таинственным «щитом», и лишь мимоходом, краем глаза, отмечала окружающее. Суровые фасады из светло-серого камня. Увядшие, забытые клумбы у подножья – призраки былого цветения. Контраст между этой холодной, застывшей монументальностью и хрупким увяданием цветов был разительным. Возникло почти навязчивое ощущение: летом, когда жизнь возвращается, эта улица должна выглядеть совершенно иначе – ошеломляюще красивой.

Наконец, мы вышли к дому из угольно-серого камня, обнесённому высокой стеной с остатками увядшего вьюнка. Строение в два этажа с боковыми башенками стояло в суровой пустоте – без единой клумбы. Не говоря ни слова, мой проводник шагнул к огромной двери, провёл рукой в воздухе, шепнул несколько слов – и щелчок механизма прозвучал как выстрел, заставляя створку отойти.

Дверь бесшумно закрылась, едва я оказалась внутри. По жесту хозяина, дом наполнился мягким светом, исходящим от бесчисленных светильников. Внутреннее убранство открылось во всей своей подавляющей красоте: тёмное дерево, тяжёлые ткани, металл холодного блеска – богато, безупречно и бесконечно мрачно. Возникло почти клише – ощущение, что ты в гостях у вампирского аристократа из старой книги. Ирония была в том, что с детства эта самая готика, эта смесь величия и тлена, заставляла моё сердце биться чаще, пробуждая не ужас, а жуткое восхищение.

– Пойдем, я покажу тебе твою комнату. Я уже отдал приказ, ужин уже во всю готовится.

– Отдали приказ? Мы ведь только вошли…как?

– Следуй за мной.

Мы поднялись на второй этаж по широкой каменной лестнице и вышли в длинный, просторный коридор. Его стены были сплошь увешаны огромными полотнами, на которых замерли строгие портреты незнакомых людей, суровые горные пики, непроходимые леса и мрачные замки. Я так увлеклась, пытаясь разглядеть загадочные сюжеты, что не заметила, как мы остановились у одной из дверей. Она была уже приоткрыта.

– Заходи. Отдохни. Здесь есть всё необходимое, – его голос прозвучал ровно и безэмоционально. – Скоро я приглашу тебя на ужин.

– Ладно, – тихо пробормотала я, переступая порог.

Дверь мягко закрылась за моей спиной. И тут до меня вновь дошло: за всё время пути он ни разу не позволил увидеть своё лицо, скрытое капюшоном. Что, если под этим плащом скрывается нечто пугающее? Монстр? Или, чего хуже, оживший скелет? Тревожные мысли снова накатили волной.

Спальня оказалась огромной. Всё в ней было выдержано в глубоких темно-синих тонах: стены, массивная резная мебель, роскошная кровать под тяжёлым балдахином. Контраст создавали лишь белоснежный мраморный пол и светлый потолок с лепниной, отчего комната напоминала лунную ночь. Взгляд сразу выхватил ещё одну дверь в глубине. «Наверное, ванная…» – подумала я с робкой надеждой.

Так и оказалось. Увидев за дверью чистый санузел и просторную купель, я почти физически ощутила облегчение. Наконец-то можно было позаботиться о самых насущных нуждах: смыть с себя дорожную пыль и прекратить, наконец, мучительное терпение.

Приняв горячую ванну и обернувшись в полотенце, я вернулась в спальню. Взгляд сразу упал на кровать: на тёмном покрывале кто-то разложил одежду. Я подошла ближе. Это была роскошная сдержанность: белоснежная рубашка из холодящего шёлка и глубокие синие брюки. Их украшение привлекло внимание – по бокам, на уровне бедра, сверкали золотистые броши, каждая инкрустированная тремя сапфировыми камнями. От них вниз, вдоль всей длины ноги, струились три тончайшие шёлковые ленты того же оттенка. Рядом, на полу, ждали простые, но элегантные туфли на низком каблуке.

В спальне находился туалетный столик, уставленный всевозможными женскими принадлежностями для ухода – кремами, флакончиками, щётками. Приведя себя в порядок и слегка подсушив волосы, я надела приготовленный наряд. Он сидел безупречно. И это не было удивительно – ведь тот… существо (человек? дух? у меня даже не находилось точного слова) явно знал обо мне всё. Он признался, что долгое время был рядом, невидимый. И теперь, с ужасающей ясностью, до меня доходил истинный масштаб этого «рядом». Он наблюдал. Всегда. Даже в те минуты, когда я считала себя наедине с собой, даже за закрытой дверью ванной… От этой мысли, чудовищной в своей простоте, внутри всё оборвалось и похолодело. «О, боги…» – прошептало сознание, отказываясь принять это. Меня охватила тошнотворная слабость, смешанная с чувством абсолютной, беззащитной наготы перед незримым взором.

Дверь в спальню бесшумно приоткрылась, будто её коснулся лёгкий, незримый сквозняк. Он шевельнул пряди моих ещё влажных волос, заставив вздрогнуть. Я обернулась – за створкой никого. Лишь пустой, безмолвный проём. Может, это и есть приглашение?

Чувство голода, дремавшее до этого момента, вдруг обострилось до жгучей рези в животе. Да, с последней трапезы прошло, видимо, слишком много времени. Решение созрело мгновенно. Я вышла в коридор и, не видя вокруг ни души, направилась к лестнице. Тишина была настолько плотной, что казалась осязаемой.

Когда я подошла к лестнице, мой таинственный товарищ уже стоял внизу. На сей раз его фигуру окутывал плащ светло-серого оттенка, а лицо, как и прежде, было скрыто глубоким капюшоном. Я спустилась, и мы молча направились в столовую.

– Вы и дома не расстаётесь с этой мантией? – не выдержала я.

– А что?

– Так… ничего. Просто вряд ли в ней удобно.

– Я привык, – последовал короткий и чёткий ответ.

Тема его необычного гардероба была исчерпана. Войдя в столовую, я замерла на пороге. Посередине просторного зала тянулся массивный дубовый стол. Во главе, в кресле с высоко́й спинкой, должен был восседать владелец поместьем. Напротив, словно на осмотрительной дистанции, ждало моё место. Хозяин молча указал на него и придвинул стул с тихим скрипом. Однако настоящий шок вызвало не это, а пиршественный дисбаланс. Моя часть стола ломилось от яств: сочная курица в травах, золотистый картофель, салаты во всевозможных вазочках и блюдо с дарами моря. На его стороне же царил спартанский минимализм: одинокая тарелка со свежей зеленью и бокал темно-рубинового вина.

– Прямо как у Брэма Стокера, – вырвалось у меня.

– ?

– У Дракулы было то же самое. Гость объедался, а древний вампир только делал вид, что ужинает.

– Если следовать этой аналогии, то я гораздо старше Влада Цепеша. Следовательно, и ужаснее.

– В таком случае, ваша мантия, должно быть, скрывает не просто возраст, а «вековой песок».

– Желаю приятного ужина.

– Благодарю, – мой нож бесшумно разрезал нежное мясо птицы.

– Я был уверен, что это блюдо доставит тебе удовольствие.

– Ещё бы.

– Ты чем-то расстроена?

– Нет… Хотя, вы же древние сущности…Вам ведь должно быть все равно, верно?

– Что ты имеешь в виду?

– Да ничего… Неважно… – Внезапно мир поплыл перед глазами, а стук собственного сердца заполнил всё сознание. Я с силой прижала ладони к вискам.

– Прошу прощения. Мне просто стало любопытно, о чём ты думаешь.

– Не делай так больше! – голос сорвался на шёпот, полный ярости и страха.

– Спокойно. Я отдалился. Теперь твои мысли – смутный шум где-то на задворках сознания.

– «Одно сердце на двоих»… Теперь ясно, что имела в виду ведьма. Но мой разум – не публичная библиотека. У меня есть границы.

– Как и у меня.

– ?

– Я чувствую твой взгляд, будто ты пытаешься пронзить ткань моего плаща. Не пытайся разгадать эту загадку. Некоторым тайнам лучше так и оставаться в тени.

– Договорились.

После плотного ужина я наконец поднялась в свою спальню, изнемогая от усталости. Подойдя к большому окну, я отдернула тяжёлую портьеру и уставилась в ночную тьму. Окна выходили на задний двор – вернее, на то, что когда-то, должно быть, было садом. Деревья стояли, словно декорации из фильма ужасов: голые острые ветви торчали в разные стороны, а внизу темнели подсохшие кусты каких-то незнакомых растений. Полная луна заливала двор холодным светом, и потому видимость была отличной.

На мгновение в душе проснулась тоска. Я здесь, в неведомом месте, будто во сне. А моя семья – где-то далеко. С одной стороны, я понимала: моя жизнь отчаянно нуждалась в переменах, в ярких красках и лёгкости. С другой – этот поворот оказался слишком резким и пугающим. Я перенеслась в совершенно иной мир и даже не знала, смогу ли когда-нибудь вернуться обратно, туда, где жизнь текла по привычному, насиженному руслу.

Вновь ощутив леденящий «сквозняк» и пробежавшие по телу мурашки, я обернулась. В самом тёмном углу спальни, словно вырастая из самой тени, стоял хозяин поместья – всё в том же нескончаемом плаще.

– Ей-богу, прямо как костлявая! – едва сдержав нецензурное восклицание, выдохнула я.

– Я «услышал» твою грусть. – Пожалуй, перейду на «ты»… Так вот, ты снова рылся в моей голове? – Нет. – Ладно, мне нужно попытаться уснуть. – Ты никогда не можешь заснуть на новом месте. По крайней мере, не в первую ночь. – Да. Буду ворочаться, усну под утро, а затем проснусь страшной, опухшей и буду потом целый день ходить как зомби. – Мёртвые днём…

– Не нужно мне перед сном этим голову забивать. И как привидение в тёмных углах лучше тоже не появляйся. – Привыкай. – Очень смешно. Ладно, а теперь, прошу вас, «песочный сударь», покиньте мою спальню. – Ты же сказала, что перешла на «ты».

Волна раздражения накатила с такой силой, что ещё мгновение – и случился бы взрыв. Я лишь успела глубоко вдохнуть… и на выдохе осознала, что в спальне наконец осталась одна.

– Ушёл, наконец-то, – с облегчением сказала я и повалилась на кровать.