Читать книгу Крымский оборотень. Минздрав предупреждал: курение убивает. Но не предупреждал, как именно - - Страница 4

Старая «Славута» Рустема катила по ночному Симферополю. Город, который еще вчера казался мне серым и безнадежным, теперь был похож на хищный, дышащий организм. Неоновые вывески аптек и букмекерских контор истекали ядовитым светом, фары машин были глазами ночных зверей, а гул города – их утробным рычанием. Я сидел на пассажирском сиденье и впитывал этот хаос. Мои новые чувства работали на полную. Я слышал обрывки разговоров из проезжающих мимо машин, чувствовал запах шаурмы с Центрального рынка и дешевых духов от женщин, стоявших на остановке. Мир больше не был размытым пятном. Он стал детальной, объемной картой, и я чувствовал себя на ней не заблудившимся туристом, а охотником.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – Рустем вцепился в руль так, будто боялся, что я выпрыгну на ходу. – «SOVA» – это не то место, где решают проблемы разговорами. Особенно с тем хмырем. Его, же вроде, Артур зовут. Он же полубандит. Хмырь.

– Я не собираюсь с ним драться, Рустик, – соврал я, глядя в окно. – Я просто хочу посмотреть ему в глаза. Почувствовать. У меня такое ощущение, будто я теперь… ну… вижу людей насквозь. Вижу их страх.

Рустем тяжело вздохнул.

– Ты не видишь страх, Денис. Ты сам его излучаешь. От тебя несет так, будто ты готов убивать. Я серьезно. Может, вернемся? Возьмем водки, засядем у тебя, и ты мне все еще раз расскажешь.

– Нет. – Мой голос был твердым. – Мне нужно понять, что это за сила. Иначе я сойду с ума. Или хуже – однажды ночью не сдержусь и сделаю что-то страшное. Мне нужно проверить себя в контролируемой среде.

– «SOVA» – это, блядь, контролируемая среда? – он нервно рассмеялся. – Это аквариум с пираньями, а ты туда собрался окунуть свой пораненный палец.

– Именно. Если я выживу, значит, я теперь тоже пиранья.

Он замолчал, поняв, что спорить бесполезно. Мы свернули на улицу Карла Маркса. Центр города. Здесь жизнь кипела. Дорогие машины, разодетые люди, громкая музыка из каждого кафе. Мир, который всегда был для меня чужим. Мир, в котором я был неудачником. Но сегодня я ехал сюда не просить, а брать.

Мы припарковались в темном переулке недалеко от клуба. Вышли из машины. Ночной воздух ударил в лицо. Он был наполнен запахами – духи, алкоголь, выхлопные газы, жареное мясо и… похоть. Этот запах я теперь чувствовал особенно остро.

– Выглядишь паршиво, – констатировал Рустем, оглядывая меня. На мне были старые джинсы и черная толстовка с капюшоном, который я накинул, чтобы скрыть бледность и дикий блеск в глазах. – Как будто сбежал с реабилитации.

– Отлично. Меньше внимания.

Мы подошли к клубу.

«SOVA» была пафосным местом по симферопольским меркам. Неоновая вывеска, два огромных охранника у входа, похожих на шкафы, и гулкий бит, который проникал сквозь стены и вибрировал в грудной клетке. У входа курила толпа. Девушки в коротких платьях, смеющиеся слишком громко, и парни с дорогими часами и пустыми глазами.

Я почувствовал себя неуютно. Старые комплексы на секунду вернулись. Но потом я сделал глубокий вдох. Я почувствовал их запахи. Запах дешевого алкоголя, который они пытались скрыть мятной жвачкой. Запах пота под слоем дорогого парфюма. И главный запах – запах отчаяния. Они все пришли сюда, чтобы забыться, чтобы доказать себе и другим, что они чего-то стоят. Они были такими же, как я. Просто их клетка была позолоченной.

И тут они нас заметили. Точнее, не нас. А меня.

Две девушки, стоявшие чуть в стороне, отделились от своей компании и пошли прямо к нам. Одна – высокая блондинка в обтягивающем красном платье. Вторая – пониже, брюнетка, с наглым, вызывающим взглядом. Они были красивы той хищной, клубной красотой, которая всегда меня пугала.

– Мальчики, огоньку не найдется? – спросила блондинка, обращаясь ко мне. Ее голос был сладким, как сироп, но я слышал в нем фальшь. Она смотрела не на меня. Она смотрела на мою ауру, на ту опасность, которую я теперь излучал.

Я молча достал зажигалку. Рука не дрогнула.

Брюнетка подошла ближе. Слишком близко. Я почувствовал запах ее духов – что-то приторно-сладкое. И запах алкоголя в ее дыхании.

– А что такие серьезные? – она провела пальцем по рукаву моей толстовки. – Проблемы?

Рустем напрягся. Он шагнул вперед, пытаясь взять ситуацию под контроль.

– Девушки, мы торопимся, нет никаких проблем.

Но они его проигнорировали. Их внимание было приковано ко мне. Женщины, как и животные, чувствуют силу. И опасность. А я сейчас был ходячим сгустком того и другого.

– Незнаю, а я люблю проблемы, – сказала брюнетка, глядя мне прямо в глаза. – Особенно тех, кто их создает. Меня Карина зовут. А это Света.

– Денис, – сказал я ровно.

Блондинка, Света, улыбнулась.

– Редкое имя. Ты не местный?

– Местнее некуда, – ответил я.

Я чувствовал их интерес. Это было ново. Раньше девушки такого типа смотрели сквозь меня. Теперь они смотрели на меня, как на экзотического зверя в клетке, гадая, укусит он или нет. Мой шрам на носу, моя сутулость, которая теперь превратилась в напряженную позу хищника, – все это вдруг стало не недостатками, а атрибутами. Атрибутами опасности.

– Может, угостите нас коктейлчиком внутри? – предложила Карина, прикусывая губу. – Мы знаем короткий путь мимо фейс-контроля.

Рустем уже хотел отказаться, но я его опередил.

– Почему бы и нет? – я посмотрел на него, и в моем взгляде был приказ. Он понял. Это было частью эксперимента.

Я улыбнулся девушкам. Моя улыбка получилась кривой, хищной. И, судя по тому, как блеснули их глаза, им это понравилось. Они не искали «хорошего парня». Они искали приключений.

И я был готов им эти приключения устроить.

Карина и Света провели нас внутрь через какой-то боковой вход, мимо охранников, которые, увидев их, лишь лениво кивнули. Видимо, девушки были здесь завсегдатаями. Едва мы оказались внутри, мир взорвался.

Гулкий, пульсирующий бит ударил по телу, заставляя внутренности вибрировать. Сотни тел двигались в полумраке под вспышками стробоскопа. Воздух был густым и липким – смесь пота, алкоголя, сладких духов и дыма от кальянов. Для обычного человека это был просто клуб. Для моих обостренных чувств это был ад.

Каждый запах был отдельным, режущим сигналом. Я чувствовал дешевое пиво на одном столике и дорогую текилу на другом. Я слышал не просто музыку, а каждую отдельную звуковую дорожку, каждый фальшивый смешок, каждый пьяный шепот в радиусе десяти метров. Информация лилась в мой мозг непрерывным, мучительным потоком. Я на секунду прикрыл глаза, пытаясь сфокусироваться, чтобы не сойти с ума от этой сенсорной перегрузки.

– Ну что, красавчик, идешь к бару? – Карина перекрикивала музыку, ее губы были почти у моего уха. Я чувствовал тепло ее дыхания и легкое головокружение от ее духов.

Рустем шел рядом, выглядя так, будто его привели на казнь. Он озирался по сторонам, его лицо было напряженным.

– Дэнчик, может, ну его? – проорал он мне. – Тут народу, как в муравейнике. Мы его даже не найдем.

Но я уже нашел.

Мой нюх, пробившись сквозь какофонию запахов, уловил один, знакомый. Дорогой одеколон с нотками табака и сандала. Тот самый, который я однажды почувствовал на шарфе Юли, когда она вернулась после «встречи с подругой». Запах успеха. Запах предательства.

Я повернул голову. Там, в VIP-зоне, на мягких кожаных диванах, за столиком, уставленным бутылками, сидел он.

Артур.

Он был именно таким, каким я его помнил из рассказов Юли и по фотографиям в соцсетях. Крупный, мускулистый, с короткой стрижкой и самодовольной ухмылкой, которая не сходила с его холеного лица. На нем была дорогая рубашка, на запястье блестели часы. И рядом с ним, прижимаясь к его мощному плечу и смеясь над какой-то его шуткой, сидела она.

Юля.

Мое сердце, которое, как я думал, превратилось в кусок льда, пропустило удар. Она была красивой. Еще красивее, чем я помнил. Счастливая. Расслабленная. Она смотрела на него так, как когда-то смотрела на меня – с обожанием и надеждой.

Внутри меня что-то оборвалось. Нет, не боль. Не ревность. А что-то другое. Холодное. Тяжелое. Как будто зверь, который до этого просто рычал, проснулся окончательно и теперь требовал крови. Мои кулаки сжались сами собой, с такой силой, что хрустнули костяшки.

– Вот он, – сказал я Рустему так тихо, что он едва расслышал сквозь музыку. Но он понял. Он проследил за моим взглядом.

– Блядь… – выдохнул Рустем, увидев их. – Денис, нет. Слышишь меня? Нет. Она сделала свой выбор. Пошли отсюда. Сейчас же. Нахуй она тебе надо.

Но я его уже не слушал.

Карина и Света, заметив наше напряжение, тоже посмотрели в ту сторону.

– О, так вы Артура знаете? – протянула Света с легкой усмешкой. – Хозяин жизни. Говорят, весь центр под ним ходит.

– А девка его – бывшая моя, – сказал я ровно, не отрывая взгляда от Юли.

Девушки переглянулись. В их глазах вспыхнул нездоровый, азартный огонек. Они почувствовали запах драмы.

– Ого. Вот это уже интересно, – прошептала Карина. – И что ты собираешься делать?

Я повернулся к ней. Посмотрел ей прямо в глаза.

– Угощать вас коктейлями. Вы же этого хотели?

Я повел их к бару, который находился как раз напротив VIP-зоны. Рустем поплелся за мной, как на буксире, его лицо было мрачнее тучи. Он понимал, что эксперимент вышел из-под контроля. Это была уже не проверка силы. Это было столкновение.

Мы сели за стойку. Я заказал четыре текилы. Бармен, здоровенный татуированный мужик, смерил меня оценивающим взглядом, но молча налил шоты.

Я взял свой. Соль. Текила. Лайм. Алкоголь обжег горло, но не принес расслабления. Он лишь подлил масла в огонь, который разгорался у меня внутри. Я чувствовал на себе взгляд Артура. Он заметил нас. Он смотрел на меня с ленивым, пренебрежительным любопытством, как смотрят на назойливую муху. Он еще не узнал меня.

Юля тоже посмотрела в нашу сторону. Наши взгляды встретились на долю секунды. Я увидел, как ее улыбка гаснет, а в глазах появляется удивление, смешанное с тревогой. Она меня узнала.

Я медленно поставил шот на стойку. Поднял руку и помахал ей. Просто. Дружелюбно. И улыбнулся.

И в этой улыбке было все. Вся моя боль. Вся моя ярость. И все мое новое, чудовищное обещание.

Артур нахмурился, что-то спросил у нее. Она испуганно покачала головой.

Игра началась.

Мой приветственный жест был как камень, брошенный в тихое болото их VIP-зоны. Расслабленная атмосфера за их столиком мгновенно испарилась. Юля что-то быстро зашептала Артуру на ухо, бросая на меня испуганные, затравленные взгляды. Она явно не ожидала увидеть своего «бывшего неудачника» здесь, в самом центре его нового мира, да еще и в компании двух хищных девиц.

Артур выслушал ее, и его самодовольная ухмылка сменилась выражением ленивого раздражения. Он медленно повернул свою бычью голову в мою сторону. Теперь он смотрел на меня не как на муху, а как на таракана, который выполз на его чистый стол. В его взгляде читалось презрение и вопрос: «Ты кто такой, черт возьми, чтобы портить мне вечер?»

Я выдержал его взгляд. Спокойно. Даже с легким любопытством. Мои новые чувства работали безотказно. Я слышал, как учащенно забилось сердце Юли. Я чувствовал запах ее страха – он был легким, с нотками дорогих духов и шампанского. А от Артура пахло не страхом. От него пахло агрессией. Сдерживаемой, уверенной в себе агрессией альфа-самца, который привык, что его территория неприкосновенна.

– Ну ты даешь, – прошептала мне Карина, ее глаза блестели от возбуждения. – Он же тебя сейчас сожрет.

– Пусть попробует, – ответил я, не отрывая взгляда от Артура.

Рустем сидел рядом, напряженный, как струна. Он не смотрел в их сторону. Он смотрел на меня.

– Дэнчик, я тебя прошу, – прошипел он. – Не надо. Просто допьем и уйдем. Это не твоя война.

– Уже моя, – сказал я тихо.

Артур что-то лениво сказал двум своим друзьям, сидевшим за столом. Они усмехнулись и, как по команде, встали. Два одинаковых качка в черных футболках, две копии своего босса, только подешевле. Они направились к нашему бару. Не к нам. А к девушкам.

Это был классический ход. Унизить не меня напрямую, а показать, что даже девицы, с которыми я пришел, принадлежат ему.

Они подошли к Свете и Карине. Один из них, с татуировкой на шее, вальяжно облокотился на стойку рядом с Кариной.

– Девчонки, что вы тут с этим… – он смерил меня презрительным взглядом, – …засохшим товарищем сидите? Артур приглашает вас за свой столик. Там весело. И выпивка не кончается.

Света и Карина переглянулись. На их лицах была смесь лести и нерешительности. Приглашение от «хозяина жизни» было статусом. Но я… я был интригой. Неизвестностью.

Карина кокетливо улыбнулась качку.

– Спасибо за приглашение, но нам и здесь хорошо. У нас своя компания.

Татуированный хмыкнул.

– Компания? – он снова посмотрел на меня, потом на Рустема. – Я вижу одного дрища и одного испуганного татарина. Несерьезно. Давайте, не ломайтесь. Артур не любит, когда ему отказывают.

Он протянул руку и нагло положил ее Карине на талию.

Это был сигнал.

Я медленно повернулся на стуле. Посмотрел на его руку. Потом на его лицо.

– Убери, – сказал я. Голос был тихим, почти вежливым, но в нем была такая ледяная нота, что музыка вокруг, казалось, стала тише.

Качок удивленно моргнул. Он не ожидал сопротивления.

– Ты что-то сказал, дохлый?

Я не ответил. Я просто смотрел на него. Прямо в глаза. Мой зрачок, с этим едва заметным желтым ободком, сфокусировался на нем. Я не угрожал. Я просто… смотрел. Как хищник смотрит на добычу перед прыжком. Я видел, как расширились его зрачки. Я чувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он не понял, что происходит, но его животный инстинкт заорал об опасности.

– Слышь, ты, – вмешался его напарник, делая шаг ко мне. – Ты на кого пасть открыл?

Рустем вскочил.

– Парни, спокойно, давайте без этого. Мы сейчас уйдем.

Но было поздно.

Татуированный, пытаясь скрыть свой внезапный мандраж, сжал руку на талии Карины сильнее.

– Я, кажется, с тобой не разговаривал, – процедил он, глядя на меня.

Я медленно поднялся со стула. Я был ниже его на полголовы, но сейчас это не имело значения.

– Я сказал. Убери. Свою. Лапу.

Я не кричал. Я говорил так, чтобы слышал только он. И в этот момент я сделал то, что хотел проверить. Я сконцентрировался. Я вложил в свой взгляд всю свою новую, дикую волю. Всю ненависть. Всю ярость зверя, которого вчера чуть не убили.

Он отдернул руку, как от огня. И отступил на шаг. На его лице было написано чистое недоумение. Он, двухметровый шкаф, который привык решать проблемы одним взглядом, сейчас испугался тощего парня в толстовке.

Вся VIP-зона наблюдала за этой сценой. Артур поднялся со своего места. Его лицо больше не было ленивым. Оно было злым. Он не мог позволить, чтобы его псов унизил какой-то ноунейм.

– У вас проблемы, парни? – его голос, низкий и властный, прорезался сквозь музыку. Он пошел к нам.

Рустем схватил меня за руку.

– Дэнчик, валим! Сейчас же! Ты понимаешь в какую залупу влазишь?

Но я стоял на месте. Я ждал. Эксперимент вступал в свою главную фазу. Я посмотрел на Артура. И улыбнулся.

– Никаких проблем, – сказал я громко, чтобы слышали все. – Просто твой щенок забыл, что трогать девушек без их разрешения – нехорошо.

В клубе повисла звенящая тишина. Музыка, казалось, затихла. Все смотрели на нас. На меня. На парня, который только что публично назвал «хозяина жизни» хозяином щенка.

Артур остановился в двух метрах от меня. Его глаза сузились.

– Ты. – прорычал он. – Ты труп. Конкретный труп.

Угроза Артура повисла в воздухе, плотная и реальная, как запах перегара у барной стойки. Толпа вокруг нас расступилась, образуя импровизированный ринг. Музыка все еще играла, но теперь она была лишь фоном для назревающей бойни. Девушки, Карина и Света, испуганно отскочили в сторону. Юля, стоявшая позади Артура, закрыла лицо руками, но смотрела сквозь пальцы с ужасом и каким-то болезненным любопытством.

Рустем дергал меня за рукав, его лицо было бледным.

– Денис, ты идиот! Он тебя убьет! Пошли!

Но я его не слушал. Все мое внимание было сконцентрировано на Артуре. Я смотрел на него, и мир вокруг сузился до этого пространства в два метра между нами. Мои чувства работали на пределе. Я слышал, как бьется его сердце – ровно, мощно, без страха. Я чувствовал запах его адреналина – он был чистым, не смешанным с паникой, как у его шестерок. Он был настоящим хищником. Уверенным в себе. Опасным.

– Я дам тебе пять секунд, чтобы ты извинился и уполз отсюда, – сказал Артур медленно, растягивая слова. Он наслаждался моментом, своей властью, публичным унижением очередного выскочки.

– А я тебе не дам ни одной, – ответил я так же спокойно.

И он ударил.

Это был не уличный замах. Это был короткий, профессионально поставленный удар правой в челюсть. Быстрый, точный, рассчитанный на то, чтобы сразу вырубить. Обычный Денис, тот, что был вчера, даже не успел бы моргнуть.

Но я был уже не обычным Денисом.

Моя реакция была нечеловеческой. Я не просто увидел удар. Я увидел, как напряглись его плечевые мышцы за долю секунды до движения, как сместился его вес, как сжался кулак. Время для меня замедлилось. Я не думал. Тело среагировало само.

Я не уклонился. Я просто сделал короткий, почти незаметный шаг назад и чуть качнул головой. Его кулак, в который он вложил всю свою силу, пролетел в сантиметре от моего подбородка, обдав меня ветром.

В клубе пронесся удивленный вздох. Артур замер на секунду, его глаза расширились от шока. Он промахнулся. Он, чемпион города по боксу, промахнулся по какому-то дрищу.

Этой секунды мне хватило.

Я не стал бить в ответ. Я сделал то, чего он ожидал меньше всего. Я шагнул вперед, сократив дистанцию до минимума, и схватил его бьющую руку. Не за кулак, а за запястье.

Мои пальцы, наполненные новой, чудовищной силой, сжались.

Артур взревел. Не от боли. От удивления. Он попытался вырвать руку, но не смог. Я держал его, как в тисках. Его мощные, тренированные мышцы были бессильны против моих сухожилий, которые, казалось, превратились в стальные тросы.

– Что… – прохрипел он, пытаясь сохранить лицо, но на его лбу выступил пот.

– Я же говорил, – прошептал я ему, чтобы слышал только он. – Ни одной секунды.

И я сжал сильнее.

Хруст. Сухой, тихий, похожий на звук ломающейся ветки. Но в наступившей тишине он прозвучал, как выстрел.

Артур взвыл. На этот раз от боли. Настоящей, острой, шокирующей боли. Его лицо исказилось. Уверенность альфа-самца испарилась, сменившись выражением чистого, животного страдания.

Я отпустил его. Он отшатнулся назад, прижимая к себе руку. Его запястье неестественно выгнулось. Сломано. Или как минимум вывихнуто.

Его два дружка, оправившись от шока, с ревом кинулись на меня. Но Рустем, который до этого стоял как вкопанный, вдруг ожил. Он не был бойцом, но он был другом. Он со всей силы толкнул одного из них, тот потерял равновесие и врезался в другого.

– Денис, бежим! – заорал он.

Охранники, наконец, среагировали и ринулись к нам, расталкивая толпу.

Но бежать уже не было нужды. Я не собирался.

Я посмотрел на Юлю. Она стояла с открытым ртом, ее лицо было маской ужаса и… чего-то еще. Изумления. Она смотрела не на своего поверженного чемпиона. Она смотрела на меня. На того, кого она бросила, потому что он был «никем».

Я повернулся и спокойно пошел к выходу. Не побежал. Просто пошел. Рустем – за мной. Толпа расступалась передо мной, как вода перед ледоколом. Люди смотрели на меня с суеверным страхом. Они не поняли, что произошло. Они просто увидели, как непобедимый Артур был сломлен одним движением.

Когда мы вышли на улицу, в холодный ночной воздух, Рустем схватил меня за плечо.

– Что это было, Денис?! Что это, твою мать, было?! Как ты это сделал?!

Я остановился. Посмотрел на свои руки. Они не дрожали.

– Я же тебе говорил, – сказал я, и мой голос был спокоен до жути. – Я просто хотел проверить.

Эксперимент был окончен. И результат превзошел все мои ожидания. Я был не просто сильнее. Я был другим.

И в этот момент я понял две вещи.

Первая: дар, который я получил, был страшным и реальным.

Вторая: теперь Артур и все, кто за ним стоит, не успокоятся, пока не найдут меня.

Я выиграл бой. Но только что развязал войну.