Читать книгу Крымский оборотень. Минздрав предупреждал: курение убивает. Но не предупреждал, как именно - - Страница 9

Сознание возвращалось медленно, неохотно, как будто просачивалось сквозь толщу вязкого, черного ила. Первым пришло ощущение – пронизывающий до костей холод, впивающийся в каждый сантиметр обнаженной кожи.

Асфальт.

Жесткий, шершавый, усыпанный мелким мусором и окурками.

Потом пришел звук. Не единый звук, а целый хор, гудящий и тревожный: приглушенный гомон десятков голосов, треск полицейских раций, настойчивые щелчки, похожие на стрекот саранчи.

Я с трудом разлепил веки. Мир расплывался в ярком, безжалостном свете утреннего солнца. Я моргнул раз, другой, и картинка медленно сфокусировалась, превращаясь в сцену из самого дурного сна.

Я лежал на спине у входа в круглосуточный бар «Алкомарин» на Залесской.

Я был абсолютно голый, и мое тело было картой пережитого кошмара – покрыто засохшей кровью, грязью, длинными царапинами. Во рту стоял отвратительный привкус вчерашней бойни.

Вокруг меня, за наспех натянутой полицейской лентой, стояла толпа. Жители соседних хрущевок, случайные прохожие, вышедшие за хлебом, – все они смотрели на меня. Не с сочувствием. А с жадным, первобытным любопытством, с каким смотрят на сбитое на дороге животное.

Десятки смартфонов были направлены на меня, их объективы, как черные, бездушные глаза, впивались в мою наготу, в мою грязь, в мой позор.

А прямо передо мной, в пяти метрах, образовав полукольцо, стояли они. Пять фигур в черной униформе, в бронежилетах и шлемах. Росгвардия. Они не суетились. Они просто стояли, держа меня на прицеле автоматов.

Пять черных, холодных стволов смотрели прямо на меня.

Рядом с ними, чуть в стороне, стоял капитан Филатов. В своем вечном помятом пиджаке, с лицом, которое, казалось, не спало несколько суток.

Он смотрел на меня без всякого выражения.