Читать книгу Талантливый Дом. Книга 2. Два солнца, сладкое и солёное, освещают путь - - Страница 27

В Кабинете Прошлого (третий этаж).

Приглушённый свет пустого кабинета и оранжевые краски стен приглашают Клариссу Старр внутрь. По полу разбросаны карты военных действий и разложены по углам да в проходах тучи красно-чёрных учебников. Все стулья, кроме одного, заняты плакатами, статуэтками, альбомами с редкими фотографиями и купюрами.

– Какой бардак! – сокрушилась Клара, засмотревшись на учебники. – Сколько пыли! Киара? Алис?! Вы в лаборантской, эй?

Из приоткрытой двери небольшого помещения внутри кабинета прозвучал голос Киары Морган:

– Да, карты военных действий века так… девятнадцатого?

– Да-да! – послышался голос Алисии Таллейн оттуда же.

– Подклеиваем карты.

– Можно к вам, девчата? – осторожно переступала Кларисса через лежащие на полу книги.

– Мы к тебе выйдем! – отряхнула Алис, судя по звуку, пыльные руки о чистые бока. – Подожди.

– Я подожду… – присела Клара на единственный пустующий стул.

Двумя этажами ниже, в большом спортзале (первый этаж).

Лилия Нейт заходит в спортзал, посреди которого сидит Винсент Фриссон.

– Уоу! Хей, Винни, как поживаешь?

– Неплохо! – заулыбался тот. – Ты как?

– Где Ник?

– В той мелкой конуре мячики чистит, – заговорил Винни серьёзно.

– А нахрена их чистить?

– Обеззаразить как бы. Брысь, зараза!

– Хах! А смысл обеззараживать?!

– Ты мне мозги чистить припёрлась или с возлюбленным покурлыкать? – прищурился староста Дэ-класса.

– Мы просто хорошие друзья, недопонимающий ты придурок.

– Я знаю тебя с первого, блин, класса, и ты вправду считаешь, что этого мало для опознания лыб?! Ха-ха-ха! Лилсон, да ты по уши в мыслях о Ни-нике! Что походу взаимно, мм… Сочно. Хорошее начало любовной истории!

– Пошёл ты! Пойду-ка я, знаешь, – повернулась Нейт к Фриссону спиной, – и спасибо за информацию.

Он довольно приподнял голову:

– А что тебе от него надо-то?!

– Да пустяк. Помочь ему, переговорить с ним о кое-чём…

– Всё же покурлыкать, хех! «Помочь» – дело хорошее, только сильно там не гунди – пацана не травмируй.

– Гу-гу-гу…

– Лил! Я серьёзно, не отвлекай его.

– Гу-гу-гу!

Дэ-классник кидает в её сторону мяч.

– А чего мячами-то кидаться сразу, а?! Слабо один на один? – встала Лилия Нейт в позу.

– Не хочу сдохнуть от рук вашего Ромео, миледи.

– Делай ты, что делал, не отвлекайся.

– Не хочешь мне помочь? – облизнул он пересохшие губы.

Синеглазая махнула рукой, без остановки бредя к складу с мячами:

– В следующий раз, без обид, плюшевый! Точнее же в следующей жизни!

– Хей, водоросль, ты же сейчас должна со Старр разбирать всякие книжонки по этике и этикету, разве нет?

– В момент, когда мы чуть не поубивали друг друга, мы решили разойтись, сделать перерыв.

Фриссон игриво и раздражённо одновременно цокнул языком:

– Вот же бестии! Совсем с красавицей Кларой не клеится?

Вскидывая голову от несогласия со словами старого знакомого, Лили уверенным шагом приближается к ближайшей двери, которая, к счастью, оказывается открыта, однако Ника там нет, не та каморка. Следующая дверь оказывается заперта.

– Чёрт! – заорала Лилия от души. – Заклинило, что ль?! Фриссон, а Фриссон, подсоби!

– Не открывается? Сейчас, минуту.

Он отковыривает ещё парочку жвачек из-под скамьи, бросает инструмент и подходит к своей подруге детства.

– Неужели у самой Лилии Нейт чего-то не клеится?

– Винни! Рот на замок, да и… Бляха-муха! Злорадствовать – это зло!

– И радость!

– Ты человек недобрый, конечно, Винни, но ты же и не козёл!

Парень невольно рассмеялся:

– Ваше величество, прошу, называйте меня Винсентом Фриссоном Восемнадцатым!

– Ха-ха-ха! Я и не знала, что у рода Фриссон столь туго с воображением, сэр Винсент!

– И вообще: я не слуга вам, я – король! Не моя забота сие!

– Ах, не ваша забота, сэр Винсент…

Его величество, получив подзатыльник от Лили, всё же делает паузу в разглагольствованиях. Он достаёт ключ да отпирает дверцу.

– Портал в измерение омега открыт!

Девушка демонстративно скрещивает руки на груди в презрении и, поморщив лоб, прожигает того взглядом.

– Открылась. Как просто-то. Извиняюсь спросить, но – что за фокусы, Винсент?! Людей запираем, значится?

– Просто проигранный спор, ничего личного, Лилсон.

Он тоже скрещивает руки на груди, только, в отличие от подруги, улыбаясь.

– Слушай, – зажевала Лилия всякую букву, – меня внимательно…

На долю секунды она прижимает его силой рук к стене, перекрыв кислород.

– Не буянь, – по-змеиному зашипел Фриссон с коварной улыбкой.

После он скручивает ей руки.

– Ай! Да не буяню я! Козёл…

Освободившись, она пинает парня по ноге и заходит в каморку с мячиками, а если точнее, на школьный склад с мячиками.

– Ещё раз покажешь язык, Фриссон, клянусь, я тебе… Я тебе его…

– Откусишь? – ехидно ухмыльнулся Дэ-классник.

– Раскалёнными щипцами ампутирую, чего бы мне это не стоило!

– Может, вам дверь на замочек-то прикрыть?

– Ну, если жизнь больше не мила – пожалуйста! Рискуй!

– Хмм… Желания нет. Неадекватная ты какая-то.

– Издеваться вздумал… Лаадно.

Ник выглядывает из-за дальнего стеллажа, из темноты:

– А теперь всё, стоп машинам!

Лёгким движением руки Николас стаскивает ключ у Винни и вставляет его в замочную скважину с внутренней стороны.

– Если ключ уже стоит с одной стороны, с другой дверь не открыть и не запереть вновь, верно? – терпеливо заключил Николас Джонс.

– Верно, Джонс, верно… – с презрением посмотрел Винни Нику в глаза, хмыкнул, натянуто улыбнулся и закрыл дверь. – Я не буду мешать, – вернулся Винни в центр спортзала.

Ник с Лили остаются наедине друг с другом в закрытой кладовой. Ник включает свет.

– Ник, слушай, – заговорила Лили негромко, – со мной произошло кое-что очень странное и необъяснимое сегодня. У меня даже доказательства этому есть, хоть и хреновые, ну… Всё началось в Кабинете Закатного Света, когда мы со Старр не поладили – это странная история, но, прошу, выслушай.

Третий этаж.

Киара и Алис покорно слушают историю Клары. Киара сидит, положив ноги на парту и скрестив руки на груди, а Алис сидит за партой, как бедный родственник, дёргая ногой от болезненного бездействия. Докипает, кипит, перекипает чайник в лаборантской.

– Вот такая… – не отошла ещё от шока Кларисса. – Вот такая история.

Киара молча и безэмоционально убирает свои ноги с парты, встаёт и уходит в лаборантскую, с трудом сдерживая удивление.

– Кажется, я пылью замарала всё лицо – сейчас приду, – отрезала Морган.

От стен кабинета заотпрыгивал громкий стук её каблуков.

Киара обратилась к собственному отражению в лаборатской:

– Ах, какая прелестная тварь! Дай-ка я поправлю твои роскошные чернющие волосы! – произнесла она и забубнила под нос агрессивным шёпотом. – Знаешь ли ты, что ситуация дурно пахнет, Эния?! В какие игры ты опять решаешь сыграть? На чьих костях?

– Ты умываешься? – гаркнула Алис в сторону лаборантской. – Ты скоро?

Морган метнула острый серый глаз к выходу из лаборантской:

– Извиняюсь, загляделась в зеркало. Бегу.

Туфли с шипами медленно постучали обратно в место для обсуждений, притом ещё громче предыдущего, в то время как Алис подбежала к докипевшему чайнику в лаборантской.

– Время пить чай! Всё готово!!!

Алис несёт по кружке в руке и третью в зубах, спеша всех одарить чаем.

– Спасибо большое, – приняла Кларисса в руки чайный дар, – но нести третью кружку с кипятком в зубах это, как бы сказать помягче…

– Излишне, необязательно, глупо, опрометчиво, – загибала Киара пальцы. – Мягкие или же умягчающие способы не всегда работают, Кларисса, частенько людям нужен лишь револьвер с громким голосом вместо пуль. Благодарю, Алис. Без сахара, надеюсь?

– Естественно, без него!

– Спасибо ещё раз, – мягко улыбнулась Киара лишь Алисии, проигнорировав Клариссу.

– Итак! – перевела все стрелки на себя Клара. – Морган, Таллейн – мы отошли от темы, прошу вернуться к ней обратно.

– Точнее уплыли от темы к другому берегу кружки! – тихо посмеялась Киара Морган, исподлобья взглянув серыми глазками на блистающую одноклассницу. Клара не растерялась – она, поднеся кружку к губам, закатила больно накрашенные глаза и сделала глоток.

– Морган…

– Что, Старр? Я поддерживаю лёгкость ухода от тем, изобретённую Алис! Или изобретённую тобой.

Кларисса Старр делает секундную паузу в распитии напитка, приподнимает карие глаза на Морган и беззаботно продолжает пить.

– Хм-хм-хм, – жадно хлебала чай Алисия и бегала серо-зелёными глазами от Киары к Кларе, – как интересно.

– Тобой, Клара, – выдержала значительную паузу Киара Морган, рассматривая безмятежное лицо светловласой девушки, и закинула ногу на ногу. – Но это лишь догадки, ха-ха!

В Киарином смехе читались догадка и презрение.

– Тебе понадобится время, чтоб понять – к чему и для чего была эта ситуация с Лилией. Без лишних раздумий!

– Я соглашусь с Киарой, Клар. Первый раз упал кокос на голову обезьяны…

– О… Боже! – закатила светловласая глаза.

– Клара, цыц! Продолжай, Алисия, – улыбнулась Морган лучшей подруге.

– … и она поняла, что кокос – тяжёлый. Во второй раз оказалось, что кокос – мохнатый, как и сама обезьяна. После она обнаружила дырочки в нём. На четвёртый раз ей станет интересно, что же внутри? Постепенно набравшись знаний, умений и прочего – она возьмёт да расколет его, раз и навсегда поняв, что же внутри! Чёрт знает на какой раз ей это удастся, конечно, но в конце концов её губы будут распивать кокосовое молоко в полном удовлетворении. Лежа в гамаках, одной из обезьянок придёт идея об открытии ларька по продаже кокосовых коктейлей! И… И… – соскочила со стула, пылая от чувств, Алис. – Демократия! Свобода мыслей! Слова! Счастье! Подъём их расы до разумной! И крики: «Свободу обезьянам!» ворвутся в уши каждого живого существа!

– Это волшебно… Хорошая история, правда.

– Спасибо, сестрёнка Ки! За основу взята притча из детства.

– Разве есть такая притча?

– Вряд ли… Стопудово бабушка придумала.

– Оу.

– Аууу! Эээй! И что же мне делать с увиденным? – подала Кларисса Старр голос. – Просто ждать?!

– Ну, ещё тебе понадобятся люди, обезьяны и кролики, с кем ты это обсудишь.

– Я уже это обговорила с вами, Алис.

– Тогда вперёд – к Лили.

– К Ли-лилии, которая…?

– Клара, ты заплутала в тумане или как? – прищурилась Киара, ударив чёрным каблуком по полу. – К Лилии, которая Нейт, – иди к ней и обговори увиденное, раз уж вы обе там присутствовали. Это логично. В чём Алисия не права?

– Это последнее, чего мне хотелось бы, – звонко поставила светловласка полную чая кружку на парту и схватилась за голову. – Аж голова разболелась…

– Снежная королева всегда права, звёздочка, тебе ли не знать?

– Я знаю про Моргановскую чуйку, Алис, хоть и не верю в неё. Мы, напоминаю, живём вместе как минимум третий год.

– Просто растяни с ней словцо за чашечкой чая, а дальше всё само пойдёт, – зашипела Киара. – Не ной!

– Буду пытаться, Ваше Высочество! – скривилась Кларисса, поправив волосы. – Пожелайте мне удачи! Я пойду разбирать пыльные книги и забытые Богом диски в Кабинете Закатного Света.

Киара ответила сухо, вглядываясь в каждое движение уходящей девушки и допивая остывший напиток:

– Удачи, суперзвезда…

Старр уходит по делам, и Морган ставит пустую кружку на парту.

– Итак, пора и нам за дела, да, Алис?

– Тс! – шикнула серо-зелёноглазая. – Пожелай и нам её тоже, Ки! Его. Растение лепреконов, имею в виду. Мне оно нужно! Нужно!!!

– Тебе нужен четырёхлистный клевер?! Алис, твои намёки приходят неспроста… Ну или когда перегреешься, перенервничаешь. Причины сей данности имеются?

Морган максимально близко приближает ухо к подруге.

– Киар, сегодня я ела кашу с кусочками яблока на завтрак – Сью сготовила, помнишь?

– Помню, конечно. Вкусная была, хотя я и взяла с персиками.

– У меня потемнело в глазах, и в затянутой дымке я увидела лицо Хулио Мансаны на фоне здания с японскими иероглифами, не с английскими.

– Ты шутишь?! Он ведь… в Европе.

– Я не уверена в этом, мм, в общем я хотела сказать, что, может, разногласия в «Четырёхлистном Клевере» не были ошибкой, а поспособствовали нечто большему? К примеру тому, что Хулио в Японии и с ним случилось, произошло нечто… важное? Необычное?! Он что-то или кого-то нашёл, я знаю!

– Кого?

– Не знаю.

Киара пошатывается на стуле и, потеряв равновесие, хватается за край парты, скобля ногтями по древесине; она берёт себя в руки.

– Это всего лишь глупый абстрактный сон в помешательстве, Таллейн. Забвение. Не бери в голову.

– Это не сон, а происходящее сейчас или недавно, это видение о настоящем! И я не беру это в голову, Киара, оно само появилось В МОЕЙ ГОЛОВЕ!!! И теперь я точно не отступлю: эти странности – не случайность! Все странности, включая тайную комнату под музеем и остановку времени – всё это не случайность, и я не успокоюсь! Бабушка была права, – резко встала Бэ-классница с разноцветными волосами со стула и оценила Морган холодным взглядом, – случайностей не бывает.

Первый этаж.

Пока в Кабинете Прошлого бушевали негодования, на складе мячиков повисла тишина. Обстановка: игольчатая.

– Не знаю, что и подсказать… Слушай, а ты обсудила произошедшее со Старр?

– С этой крашеной фифой-то? Нет. И не хочется!

– Может, она лучше, чем кажется. Вы же хорошо иногда общаетесь.

– Помнишь, как она водилась с, кхем-кхем, этими…? И как себя вела рядом с КХМ-КХМ! Так вот вела себя она точно так же, как и тогда.

– С выскочками из Златоглазых Горлиц? Увы, эту гадость я не смогу стереть из памяти. Она да эти фрукты с задранным носом – картина!

– Не люблю я светловласых!

– Лили, цвет глаз и волос не предопределяет человека. У Чипа и Дейла тоже натуральные волосы белы, ну, у Ликосов.

– Ага, помню… Перевелись к нам из Бестии-Эскуэлы в классе девятом, но они-то на Горлиц не похожи! А Клара вот была горлицей, понимаешь? Она водилась с той поганой семейкой! – защёлкала синеглазая пальцами. – Как их…

– Лейнстрейнджи – вроде такая у них фамилия. Только вот, извиняюсь за грубость, Лили, но не ты ли начала вашу с Кларой ссору? Она признала, что связалась не с теми, она тысячу раз извинялась миллион лет назад, а ты вспоминаешь старые, не вечные, а старые обиды, вскрываешь зажившие раны. Быть может, именно это спровоцировало её?

Лили кивает, прикусывает губу и задумчиво смотрит в пол, водит носочком по линиям линолеума.

– Честно? – помедлила Лили. – Не знаю, что на меня нашло…

– Несмотря ни на что поговори с Кларой, слышишь?

– Поговорить – поговорю, потрещу с ней, а вот не стошнит ли после разговора с ней – другой вопрос.

– У любой вражды должен быть конец, Лили, – сказал он и в его голос закралась ласка. – У всякой нежданной ссоры тоже!

– Ты прав! – с радостью согласилась она. – Пришло время примирения и возвращения туда, где я должна быть!

Девушка отдаёт честь.

– Удачи в Кабинете Закатного Света!

– Принято! Мы там диски и книжки всякие расставляем. Скука смертная! Мешать более не стану, к слову!

– Можешь почистить вместе со мною мячики, если желание найдётся – это намного увлекательнее.

– Благодарю за приглашение, – рассмеялась Лили, – но у меня своя работа имеется, однако всё равно спасибо.

– Тогда просто-напросто помни – вы обе достойны извинений и прощения, хотя ты и чуть больше.

– Мы ж ничего друг другу не сделали, чего же прощать?

– Пренебрежение, – отпер Николас пред Лилией дверь.

– Хмм… Покедова?

– Да, до скорого!

Лили выходит из кладовой, а Ник облокачивается на дверной косяк.

– И тебе, Фриссон надоедливый, тоже пока!

– Приходи ещё, водоросль! В следующий раз без коньяка не пустим!!!

– Спортсмены не пьют, Фриссон, бери пример с Джонса!

– Ну, я ж не полноценный спортсмен, Нейт!

– Слово до, слово после… – угрожающе помотала синеглазая пальцем. – Пустота!

Девушка выходит из спортзала.

Второй этаж, счастливый недоконец.

За окном кабинета светит солнце; полуденный, а не закатный свет льётся на лица двух одноклассниц.

Несмотря на всех чёрных кошек, пробежавших между Клариссой и Лилией, девушки на какое-то время находят общий язык и приступают к работе. Старр, освещаемая скорее жёлтой настенной бра, чем солнцем, и Лили, подсвечиваемая синим уличным светом, протирают от пыли книжки о том, как нужно дружить, как вести себя прилично в обществе…

– Скукота! – усмехнулась Лилия Нейт.

– Ха-ха! А-то! – хихикнула Кларисса Старр, задорно подмигнув.

Их благородное дело во имя Студии Талантов прервала одна страничка-книжка – она выпала, слетела с полки абсолютно неестественным образом.

– Ты видела, Нейт?

– Может, типа, это нам обеим привиделось, как танцы на зеркалах в Кабинете Восстановления…?

Кларисса берёт в руки брошюрку «ЛилиБри» и показывает её однокласснице.

– ЛилиБри? – удивляется Лилия и осторожно касается картинки-обложки. – Настоящая, вроде.

– Я ведь загорать люблю, а ты плавать, так?

– Ага, Старр, и ты пугаешь меня…

– Хех, не боясь! Здесь нарисовано жёлтое сияющее солнце и синяя дождливая тучка, – уверенно раскрыла буклет кареглазая, мельком посмотрев на синеглазую и начав чтение. – «Жила-была девочка, мечтающая о карьере на сцене и жизни в солнечном Лос-Анжелесе, её звали Лилиан, а на одной лестничной площадке с ней жила девочка, грезившая о карьере в уютном офисе и жизни в дождливом Лондоне, её звали Бригитта. Им обеим с детства суждено было стать лучшими подругами, почти что сёстрами, и они ими стали. Две такие разные, две такие похожие друг на друга – обе мечтали подняться и стать счастливыми, но они были не обычными девочками, а особенными в способностях собственных волшебницами – их стремление дружить было опасно, Судьба развела их, дала им вырасти из простых девочек в реализованных леди, из волшебниц стать людьми, растерять опасные силы. Судьба одного не учла – умение мечтать и верить в чудо до конца не дало им растерять лучика и капельки волшебства! Своей долгожданной встречей они породили в небесах, разделённых жёлтыми солнечными лучами и синими дождливыми тучками, зелёную молнию – стихийное бедствие, меняющее некоторый ход событий, да подруги, желающие не расставаться никогда, плачущие от счастья, сияющие от чуда, организовавшие когда-то дуэт „ЛилиБри“, по щелчку пальца очнулись в постелях своих сёстрами. Мать Лилиан и отец Бригитты проснулись супругами, а время – оно откатилось назад, к школьному возрасту Лилиан и Бригитты, забылись сцена и Лос-Анжелес, уютный офис и Лондон, да протрудились они всю свою жизнь, две сестры, на небольшой семейной ферме в Вертфлесте, о существовании которого до зелёной молнии и знать не знали. С тех пор Судьба с пылкостью и чрезмерным порою старанием разделяет волшебниц и волшебников света и воды. Конец!».

– Картинки мелкие и отстойные…

– Ничего ты не понимаешь, очень красивые иллюстрации! Ну да, мелковатые.

– Можно было б и почётче, однако история – выше всяких похвал! Кто автор?

– Его нет.

– Это миф, народное сказание, сказка, притча неизвестного странника?

– Понятия не имею! За тряпки, Нейт?

– С удовольствием наведу шорох в этой тёмной пещере, Старр.

Умиротворённые девушки подпрыгнули от грохота грома за окном!

– Откуда это?! – подбежала Лилия Нейт к окну. – Ни облачка.

– Лили, а мне вроде бы эта история про Лилиан и Бригитту, Лилиан и Бриджит знакома… Мне она, кажется, снилась! – вспыхнули жёлтые звёзды в тёмных глазах светловласки.

– Хм… Там, где Эллимон и Великий Змей? – выпучила глаза тёмновласка. – Хоть убей, но вроде что-то помню, а вроде совсем нечего. Хотя, хотя мне тоже такое снилось, Старр! Золотой человек, сёстры Ил, два мира?! Да! Да, этот сон!!!

– Какой сон? – почесала Клара лоб. – Хм?

– Забыла. Ой, да неважное, раз забыла, – махнула Лили рукой. – За тряпки?

– С удовольствием наведу шорох в этой тёмной пещере, Нейт!