Читать книгу Там, где тёпел пепел - - Страница 7

Капля дождя так и не высохла на коже. Не было ветра, что сдул бы её, и не было солнца, что высушил бы её. Хранительница посмотрела на тыльную сторону ладони в сиянии луны. Туман продолжал стелиться. Тени всё также неподвижно стояли. Острая боль, словно вспышка, пронзила лоб девушки.

Она резко вскинула голову, всматриваясь в обстановку.

Всё было также.

По крайней мере здесь.

Быстрым движением она стёрла влагу второй рукой, позволив ей впитаться в кожу, и сделала стремительный шаг вперёд.

Предел неохотно разошёлся перед ней.

Первое, что она почувствовала, была разрывающая плоть, словно тысячи льдинок вперились в неё, головная боль.

Она широко распахнула глаза.

Она редко сюда приходила. Раньше это место меньше всего её беспокоило. Бесконечно унылые надгробия раскинулись перед ней далеко вперёд. Холодный ветер развевал её белоснежные волосы, пробирая до костей. Если прислушаться, можно было бы услышать вой тысяч душ, и звук этот пробрал бы человека до боли в сердце. Но вокруг не было ни одной живой души.

Хранительница откинула волосы назад и превозмогая боль, собрала руки, вырисовывая в воздухе печать. Глаза были закрыты, а губы сжаты в тонкую полоску. Тени не хотели поддаваться, словно ждали этого очень долго. Руки дрожали, но она упорно продолжала держать печать. Ветер трепал её платье, загоняя могильный холод под одежду. Девушка внимательно вслушивалась в обстановку. Души выли, голова раскалывалась будто надвое, руки сводило судорогой.

– Давай же!

Воздух едва заметно завибрировал. Всё стихло также резко, как и началось. Вой прекратился и тотальная тишина вновь опустилась на погосте.

Хранительница опустила руки тяжело дыша. Контроль был возвращён. Последние сорванные листья с деревьев, медленно опустились на землю. Она взмахнула рукой, решив возвращаться, но ничего не произошло. Она по-прежнему была в этом Пределе, в окружении множества могил. Не понимая, что не даёт ей уйти, девушка закрыла глаза и сосредоточилась на ощущениях. Тихо. Спокойно.

И только сейчас она почувствовала влагу на подбородке. Она подняла руку, коснувшись кожи, и нахмурилась:

– Кровь?

Она смотрела на алую каплю слишком долго. Мысли лихорадочно завертелись в её голове, грозив обрушиться новым всплеском. Прежде этого не случалось. Тело напомнило о хрупкости плоти, о том, над чем больше не имело власти.

Девушка медленно сжала пальцы в кулак.

Кровь не исчезла.

Она чувствовала её тепло – странное, почти инородное ощущение в мире, где не было ни тепла, ни холода в привычном смысле. Это настораживало. Ощущать тепло собственной крови было непривычно. Люди уязвимы: от малейшей раны у них открывается кровотечение. Но она не человек. Больше нет.

– Значит… – тихо произнесла она и замолчала.

Слова не требовались.

Она выпрямилась, заставляя тело подчиниться. Боль всё ещё пульсировала в висках, но стала глуше, будто отступала, уступая место ясности. Хранительница закрыла глаза и прислушалась – не к вою душ, не к Теням, а к себе.

Предел отзывался неравномерно. Как если бы ткань мира была надорвана и теперь держалась лишь на её внимании.

Это было плохо.

Она коснулась груди – там, где в прежней жизни билось сердце. Сейчас под ладонью не было ничего, кроме холодной пустоты и привычного покоя. Но даже он казался… смещённым.

В мире что-то происходит. Она чувствовала как беда притаилась у неё за спиной, как дышит ей в затылок, но она не могла распознать, откуда она идёт. И это не давало привычного покоя.

Она сделала шаг – осторожный, в попытке перехода. Предел по-прежнему остался глух.

– Неудивительно… Я истощена.

Девушка разжала ладонь. Кровь тонкой нитью стекла вниз и, коснувшись земли, исчезла – без следа, без всплеска, будто её никогда и не было.

Но ощущение осталось.

Она знала: если Предел начал отвечать болью, если тело напомнило о себе – это значит, что кто-то нарушил порядок слишком глубоко. Не из злобы. Не из силы. Из чувства.

А такие нарушения всегда были самыми опасными.

Хранительница подняла взгляд на бесконечные ряды надгробий. И впервые за долгое время ей показалось, что некоторые из них стоят не так, как прежде. Чуть ближе. Чуть теснее. Словно пространство медленно, почти незаметно, сжималось.

Она развернулась, чтобы уйти, оставляя позади нарушенный, мгновение назад, покой этого кладбища.