Читать книгу Хроники Стражей. "Огненная буря". Алькасар - - Страница 2

Я шла по просторному холлу строгого интерьера холодной каменной крепости. Эхо моих шагов отдавалось от каменных стен. У большой, массивной железной двери стояли стражи. В кабинете было тихо. Открыв дверь без стука, я зашла в такой же строго отделанный кабинет. Во главе стола сидел Саймон Гривс. Человек, который спас мне жизнь. И я почти считала его старшим братом, которого у меня никогда не было, как и семьи – уже пять лет. Саймон был старше лет на десять, к своим годам он заработал почёт и уважение, и король Трасены, Кассиан Монтевер, который правил уже более двадцати лет, назначил его командующим главного штаба Ривстоун. Конечно, его братское отношение и опека лишь только могут показаться со стороны правдой, на самом деле мы разные, как черное и белое. Он был прирожденным стражем до мозга костей: постоянная выправка, будто у него в спине кол, сдержанность и сосредоточенность темных глаз. Идеально уложенные каштановые волосы и отглаженный синий камзол, когда он находился в штабе, говорили о его собранности. Я же, в свою очередь, полная противоположность. Помню, в детстве мои длинные густые волосы были темно-русыми, а вот пять лет назад их будто лишили всех красок. Белые как снег, они выделялись из толпы, и глаза, что раньше можно было сравнить с синевой неба, стали серые, даже пугающе ненатуральные. Вот так, когда я увидела себя в зеркале впервые, мне показалось, что на меня смотрел кто-то другой. Старейшины лишь разводили руками и сделали вывод, что моя магия выжгла весь пигмент, когда темный маг коснулся меня. Слегка розовые губы придают мне хоть какую-то краску.

Гривс, командующий в главной крепости королевства Трасен Стражами, между собой за глаза названными Ретары. Откуда пошло это прозвище? Мейрис Ретар был первым Стражем, который прошел слияние с драконом. Он в годы начала войны, чуть больше трехсот лет назад, победил Темного Всадника. И когда все надеялись, что на этом война закончится, увы, это только разозлило Визаров. Вообще, история Ретара вдохновляющая, ее рассказывали родители детям, как сказку перед сном, о герое на драконе. Но после этой войны каждый в королевстве призывался на воинскую службу по достижении двадцати лет. А я не была исключением. Еще до этого момента, с самого детства, отец меня тренировал до изнеможения, до последних сил. Но когда их с мамой убили во время защиты крепости Полтар на юге от королевства Трасен, между отчужденными землями, я продолжила заниматься сама. И в день двадцатилетия уже отправилась на службу. Прошли полтора года, и по окончании контракта я имела право закончить военную историю. Однако моя единственная цель за последние пять лет, после смерти родителей, стала Боевая Академия Алькасар, где учат лучших из лучших стражей, таких, какими были мои родители. И буду я.

Саймон знал, зачем я стремлюсь туда, но не одобрял. То, что я – трофей, который он привез с войны, знали все. Моей фамилии и стальных волос хватало, чтобы остальные обходили меня стороной. Но Саймон стал мне тем, кому я могла доверять, ведь именно ему я обязана жизнью.

– Я отправляюсь в Алькасар, Саймон, – сказала я четко, уверенно смотря на командира войск.

Надо отдать должное, он гордился мной, когда я себя так вела, хоть и был против моей затеи, мол, я не справлюсь, куда мне в стражи. Он поднял на меня глаза и качнул головой в сторону стула, что стоял у выхода. На нем лежал сверток, довольно большой.

– Что это? – спросила я, подходя к стулу. Да, Саймон переживал за меня, но крайне редко. Он знал, что я могла постоять за себя, и довольно неплохо.

– Одежда, твоя не годится, – он отложил бумаги и посмотрел на меня. – Ты уверена, что справишься? – Сцепленные руки на столе требовали ответа. Он задавал этот вопрос настолько часто? Да, наверное, каждый раз, когда находил минуту в своих делах, чтобы перекинуться со мной парой фраз в редкие спокойные дни, когда за границей не шло ожесточенных боев.

– Да! Я должна, – я выпрямилась и подняла подбородок выше. Я справлюсь. Должна, должна быть тем, кем бы гордились родители.

– Пять лет, – наконец произнес он, и голос его был глухим, будто из-под земли. – Пять лет назад я вытащил тебя для чего? Чтобы ты могла спокойно пойти и сломать себе шею в первом же коридоре Алькасара?-я кожей ощущала как, пять лет доверия рассыпались в пыль между нами за минуту.

– Ариэлла, ты в курсе, что там риск твоей смерти увеличивается в тысячу раз, переступив только за ворота академии? Я не хочу увидеть высеченное имя на камне Алькасара.

Я сглотнула ком в горле. Конечно, я это понимала. Но мне с детства прививали то, что быть стражем – единственный правильный выбор. Да, я могу погибнуть еще до сражения с темными магами. Но я могу и стать лучшим стражем, как и хотели родители. У стражей принято: имена погибших стражей высекали на камнях форпоста, или крепости, или академии – зависит от их места службы. Высеченные имена – это все, чем благодарили погибших, несмотря на то, был ли это страж или курсант и насколько он был могуществен. А если мой дракон меня не выберет или просто не найдет? А если моя магия и его не пройдет слияние, и тогда меня разорвет как мыльный пузырь? Такое случалось. Но в течение двух с половиной лет дается лишь одна попытка… после которой или ты жив, или ты отправишься к чертовым Визарам. Другое дело, что без него ты не можешь продолжить учебу, и у тебя только один выход – смерть. И здравствуй, темная грань.

– В курсе! Я справлюсь.

Взгляд Саймона и мой сражались в молчаливой битве около десяти секунд.

– Хорошо, но помощи не проси! Ты должна все пройти сама! – сказал Саймон и снова взялся за бумаги. – Адрастос – это не имя, это приговор в тех стенах. Смени ее. Будь готова к тому, что скорее всего тебя будут готовы убить в первые же минуты, если услышат, кто ты. И не расслабляйся даже с тем, кто кажется тебе безопасным. Друзей там нет, только нескончаемая битва. – Он опустил голову, показывая, что разговор окончен. Я удивилась его просьбе, но будто только фамилия – единственный признак принадлежности к роду.

– До встречи, командующий Гривс.

Я развернулась на пятках и, прихватив сверток, прошла в уборную, чтобы переодеться и направиться к полю для старта. Саймон знал, что случалось в стенах Алькасара. Он проходил этот путь. А после, когда он еще не командовал главным штабом, он прибыл в Полтар в качестве подкрепления ровно в тот момент, когда я бежала из разрушенного Полтара. И слава Маур, богу удачи, дракон Саймона меня не сожрал, увидев бегущей через каменный мост от крепости. С тех пор последние пять лет я была тенью Саймона. Без дома, родителей, семьи. От них у меня остался только широкий металлический браслет шириной в две мои ладони на руку мамы, который она мне отдала перед битвой, и два подаренных отцом кинжала, которые всегда были со мной. Всегда. Я даже спала с ними.

Я вышла из главной части штаба, который был важнейшим по дислокации наших сил. Именно отсюда идет длинная дорога в горы, через ущелье и лес, в Алькасар. И с крыльца академия казалась не то чтобы далеко, а охренеть как далеко и к тому же высоко – ее главные пики разрывали облака. Сейчас раннее утро. Все новобранцы должны были прибыть с утра, чтобы только вечером зайти в главный зал академии. Или ну… не зайти.

После нападения на Полтар мою семью объявили изменщиками и похоронили место, которое в совете Кавалергард занимали сильнейшие стражи Полтара. Этот совет представляет собой около десяти сильнейших стражей и приближенных к ним сильных Ретаров, главными выступали стражи, которые базировались в четырех главных крепостях. Теперь их трое: Алькасар, Лагрион, Бортуза. А раньше был и Полтар. Четыре нерушимые крепости, как всем казалось. Самые сильные стражи, самые сильные драконы. Полтар – это руины моей семьи, и теперь там базируется отряд стражей. Когда-то одна из самых больших и непреодолимых крепостей стала полуразрушенным форпостом для временной остановки стражей. Или, например, для обучения курсантов во время прохождения службы в Алькасаре. Насколько я знала, моих родителей даже не удостоили быть высеченными на камне Полтара. И да помогут мне боги, я не хотела возвращаться туда.

Я сбросила напряжение, мотнув головой, проверила куртку из черной кожи, что передал мне Саймон, вместе с такими же брюками. Металлический браслет был защелкнут сверху на рукаве, а ножны на бедрах, икрах и груди были плотно затянуты к моему телу вместе с кинжалами в них. Плотные ботинки на уверенном протекторе сели как влитые. Так, будто Саймон знал меня наизусть, хотя мы и виделись довольно редко. Он был или на заданиях, или на собраниях, или у мастеров-целителей, и еще непонятно, после какого события он получал раны больше.

Для того чтобы молодой новобранец, каким он является до слияния с драконом, был удостоен чести быть одним из стражей, он должен пройти пару испытаний. Или чуть больше. Ну, примерно с десяток, плюс-минус пара десятков… Первое из которых – гребаный лабиринт. Что опасного? Да ерунда, правда? Нужно всего лишь найти выход из ущелья, по бокам которого куча проходов и вариантов, куда идти, и каждый из которых даст вариант развитию событий по-новому: или лес, или река, или горный обрыв. А ну, и еще маленькое замечание: во время прохождения на тебя то и дело будут нападать. Конечно, не пытаясь убить. А может, и да.

Подойдя к нескольким сотням человек, я подумала, что меня, в принципе, и не отличить от них. Я такая же, как и они. Только волосы, забранные в высокий хвост, и глаза вызывали вопросы и интерес у тех, кто стоял чуть ближе ко мне. Я накинула капюшон, пристегнутый к куртке, и вскоре перестала кого-то интересовать.

Медленно толпа проталкивалась вперед, а я не торопясь оглядывала людей вокруг. Впереди меня парень на голову выше ростом, с каштановыми волосами, то и дело встряхивал руками, чуть перекатываясь с пяток на носки. Девушка справа, с черными как ночь короткими волосами, напряженно смотрела в затылок светловолосого впереди нее. Еще чуть-чуть, и казалось, что она сделает в нем дырку. Ее кулаки были сжаты так, что я видела, как ее кожа белеет. А я… я почему-то была спокойна. Будто все так, как должно идти. Будто меня не заботила возможная смерть. Это и правда. Я видела смерть. Я уже была почти за гранью, поэтому попытки отправить меня снова туда в гости не так сильно шокировали. Я видела такую толпу четыре раза в своей жизни, пока жила тут с Саймоном, и знала, что из этой толпы выживут не все. Но я буду той, кто выживет.

– Волнение толкнет тебя на ошибку, и ты ошибешься, – сказала я, не поворачивая глаз к девушке, лишь так, чтобы слышно было только ей. Мои руки были скрещены на груди, деловито показывая, что я будто стою в очереди на раздаче, как было на службе в Конкрипсе, находившемся чуть западнее от Трасены.

– А ты отлично делаешь вид, что тебя совсем не волнует, что будет за вратами, – она искоса глянула на меня. Меня? Хм… Пять лет назад я видела такое… что многие из тех, кто находился за пределами уютных и защищенных до зубов земель Трасены, в страшных кошмарах представить себе такого не могли. То, как напали на Полтар, как свет погас в глазах отца после смерти его дракона, как мама до последнего пыталась отвлечь Визара и спасти меня, а он перерезал ей горло, вытянув всю жизненную и магическую силу в клинок. То, как взревел Калиот, дракон мамы, и рухнул с неба на край стены Полтара, и хруст его тяжелой туши, и взгляд мамы, что потух, глядя на меня. А после Визар направился ко мне… Тот запах крови, гари и магии, от которой дрожал воздух, я чувствую до сих пор.

Я не дала ответ девушке, стоявшей рядом со мной, просто ждала своей очереди, которая настала через несколько минут.