Читать книгу Хроники Стражей. "Огненная буря". Алькасар - - Страница 8

После обеда, перекинув форму, и на этот раз одев весь комплект ножен, включая шесть на груди, два на бедре, один на ботинке и один на предплечье, оставив место на второй руке, где по привычке был металлический браслет мамы. К счастью, металл, из которого он был сделан, прекрасно отражал удары кинжалом, высекая искры. Конечно, не купируя боль при сильном соприкосновении металла о металл. Но благодаря ему моя рука все еще была на своем месте. Забрав волосы в косы, я вышла в направлении к площадке, на котором уже собрались почти все курсанты третьего и второго отделения, включая наших командиров и преподавателя. Мужчина средних лет в боевом костюме, как и принято носить стражу, на его рукаве круги, говорящие о звании майора.

– Добро пожаловать, курсанты! – сказал мужчина, и его голос, усиленный магией, разнесся над нашими головами. – Ричард Шард, можете звать профессор Шард или просто Шард. Чем привычнее, тем проще! – Он обвел нас глазами, и все молча слушали его. Потому что перед нами стоял не просто Страж, а тот, кто со своим драконом из рода Цераинусов, кажется, звали его Кизар, остался один, выживший из отряда, которые защищали деревню Хилрисон при столкновении с десятком Аратонов на химерах. И если в среднем, чтобы убить одного Аратона, нужно четыре Стража, то здесь Шард убил четверых один, потому что больше никто не выжил.

– Я не собираюсь рассказывать вам о жестокостях и тяготах войны… – он сделал паузу, и в это время за его спиной встал Аргос и Крис, скрестив руки за спиной. Это была привычка всех стражей из-за частого нахождения вокруг чужих драконов, принято держать руки, скрещенные за спиной, тогда драконы, не чувствуя опасности.

– Вы и сами должны все понимать… Здесь нет места жалости и слабости, и с сегодняшнего дня на матах все вооружены. А значит, любой проигрыш может закончится смертью, как в реальном бою. В ближайший месяц будет лишь одно ограничение – магия. До слияния с драконом вам запрещено ее использовать. Каждый день во время тренировок будет пятнадцать боев, а значит, вы будете на ринге каждые два дня, кому-то повезет меньше, и он будет участвовать два дня подряд. Имена будет выбирать жребий. – Шард указал на небольшой деревянный бочонок с множеством рун. – И за каждую победу будут начисляться баллы, за использование магии… сниматься. – Шард оглядывал нас не спеша, а его размеренный голос чеканил каждое слово. – По истечению месяца, первому отряду, что суммарно наберет большее количество баллов, дадут возможность выйти первыми на испытание и фору в час. Поверьте, это хороший способ опередить соперников. Сейчас всем двадцать минут на разогрев, и начинаем! – скомандовал Шард, и мы разбились на пары, встав лицом к лицу друг с другом. Плечо обдавало теплом, подтверждая мою догадку, что магия Аргоса, клубившаяся в моем плече, чувствовала его.

Пока мы с Леей разминались в захватах и блокировках ударов, Крис и Аргос, сбросив майки, оставив на груди лишь ножны, сводили с ума всех девушек, которые находились в зоне видимости этого зрелища. И, простите мне, боги, эту слабость, я пропустила удар в лицо, засмотревшись на спину Аргоса. После чего Леа устремила взгляд туда же.

– Твою ж мать! – сказала Леа, оглядевшись, видимо, замечая взгляды всех девушек на двух стражей, что сверкали кинжалами так, будто и правда бились в бою. И большие мышцы Аргоса перекатывались и блестели, сбрасывая капли пота на пол. Ножны, пристегнутые к голому торсу, смотрелись вызывающе сексуально, а его обе руки и верх груди, забираясь на лопатки, расчерчивали черные узоры магии его дракона. И в сравнении с Крисом, узоры чуть мельче, но доходившие до плеча и заползающие лишь на спину, магия Аргоса была сильнее, чем у соперника. На спине Аргоса красовался шрам, разделявший спину пополам, тонкий и серебряный, от правого плеча до левой стороны низко опущенных тренировочных брюк. Если он такой большой, как Аргос, смог выжить, и кто мог распилить его пополам? Я махнула головой после резкого укола в плече. Больше замораживать бушующую магию мне не требовалось, я была готова к тому, что она рвется в тот момент, когда Аргос находится близко.

– Мы будем драться, Ари? – спросила Леа, даже холодно кивнув головой в сторону бури тестостерона. Я кивнула, встав снова в стойку. Но позволила Лее уложить меня на лопатки, скорее для того, чтобы от удара прийти в себя и убрать жар после картины драки рядом, чем для того, чтобы позволить себя победить. Я чуть отпустила магию, давая ей пробежать по телу, вмиг охлаждая кожу, и почувствовала себя лучше. Намного лучше.

– Лео Гарсиа и Бил Мирей, – объявил Шард, взяв из бочонка два тонких клочка бумаги, положив в нижнее отделение. – Командир нашего отряда со вчерашнего дня и светловолосый парень, как я поняла, командир первого отряда второго отделения, вышли на мат. И шансы их друг против друга были на равне, оба отлично двигались, но Лео превосходит Била в скорости, буквально на секунды. Чем получил победу, правда, в подарок шли разбитая губа и, кажется, вывихнутое плечо. Однако его противник ушел в нокаут, его вынесли с ринга курсанты отряда в сторону целителей. Ничего, оклемается. Дальше спарринги полетели один за другим. На четвертой паре девушка с нашего отделения со второго отряда вонзила кинжал четко в сердце противнице, и я увидела потухший взгляд. В тот самый момент я вспомнила, что сейчас я могла нарваться на того, кто окажется сильнее меня. От этой мысли пробежала дрожь, но я вернула ее туда, откуда она появилась.

– Майкл Норд – Ариэлла Адрастос! – Твою мать!

– Блять, – сказала Леа, ее реакция, конечно, полностью выражала все мои эмоции. А Эрик, тяжело дыша, переводил взгляд то на меня, то на противника, что вышел на поле. Его грудная клетка тяжело дышала после спарринга, в котором он, больше позируя, выиграл, выключив соперника на второй минуте.

– Все нормально! – сказала я, поднимаясь на ринг. Жар в плече кольнул, и я посмотрела на причину такого поведения магии – зеленые глаза таращились в меня, пытаясь раздавить. Я лишь отвернулась. Не до него сейчас, не до его нахального взгляда и красивого, но холодного выражения лица, не до разборок с его «сама прибежишь» и не до противно сексуального тела. Так, по-моему, мне стоит сбросить пар.

– Ну, здравствуй, Ариээлла! – Его голос, громкий и нарочито слащавый, разрезал гул зала. Майкл. Гора мышц и тупой самоуверенности.

Я просто кивнула, осматривая его. Широкие плечи, медленные движения. Сила есть, ума – на копейку.Хорошо. С силой можно бороться. С глупостью – только покончить.Короткие волосы скорее делали его головорезом, чем стражем. Я взяла клинки в обе руки, оба лезвия было повернуты вдоль моего предплечья.

– А ты ничего такая… – он позволил своему взгляду, жирному и липкому, проползти по мне от ботинок до макушки. – Может, после того как я тебя тут уложу, обсудим… другие виды горизонтальных позиций?

Магия зашевелилась внутри. А плечо предательски обожгло. Да, я в курсе, Аргос, что ты тут. Я бросила на него уничтожающий взгляд, поведя плечом. В зале кто-то неуверенно хихикнул. Леана выругалась сквозь зубы. А я… я ничего не почувствовала. Ни злости, ни отвращения. Только холод. Тот самый, спасительный холод, который накатывал в Полтаре, когда нужно было бежать, а не плакать.

Мой взгляд сам нашёл в толпе зелёные глаза. Аргос смотрел не на Майкла. Он смотрел наменя. И в его взгляде не было ни одобрения, ни порицания. Было ожидание. Покажи, на что ты способна. Докажи, что ты не просто добыча.

– Если только в своем сне! – сказала я, обходя соперника.

Я приняла стойку. Всё лишнее ушло. Остался только противник, клинки и тихий, ледяной гул магии в ушах.Или я, или он. Всё просто.

– Увы, но ты теперь для всех останешься только сном! – Да блять, почему мне приходится сражаться с кровью… Да я ж никого не трогаю. Впрочем, чем меньше стражей, тем больше шанс, что страж найдет своего дракона, так думали многие. Но вот только я помнила из рассказов отца, что некоторые драконы знают и чувствуют своего стража еще задолго до встречи с ним.

– Надеюсь, кошмарным! – сказала я, почувствовав тепло в плече, которое будто горело спокойно, как маленькое пламя, не обжигая, а скорее пытаясь меня успокоить. В ответ на которое моя магия летала от горла до кончиков пальцев, быстрее набирая оборот. Это же не Аргос управляет магией? К черту, надо разобраться с тем, что это такое, пока я без помощи Эрика не взорвалась.

Удары были сильные, и я отлично уворачивалась. Пару раз клинок Майкла упал на браслет, и раздался характерный звон.

– Ари, давай! Обходи его, бей сзади! – услышала я голос Эрика. Но тут же отстранилась от всего шума, что был вокруг. Я пропустила удар в бедро и, отскочив на полфута, перевернулась и быстро встала на ноги. Шаг, еще шаг, два шага перед ударом правой, шаг в сторону перед ударом левой. Есть! И поняв, что теперь у меня есть ключ, я начала наносить удары. Хоть ключ к технике боя Майкла стоил мне нескольких синяков и разбитой губы, я начала отвечать. Но в силе я явно уступала. Чтобы повалить его, мне пришлось нанести несколько ударов по голове рукояткой клинка, но он быстро утянул меня за собой так, что навалился сверху, выбив кинжал из руки. Я пыталась скинуть его до того момента, как он накинет руку мне на шею, но смогла лишь проткнуть ему плечо. И, резко дернувшись и зарычав, он сдавил горло сильнее, а я схватилась за его руки, пока красное злое лицо смотрело на меня сверху, блокируя любое движение. Он поднял меня за горло и с силой ударил об мат, и снова повторил это движение. Перед глазами плыли черные пятна, воздуха не хватало, плечо жгло сильно, и магия во мне вихрем взметалась, пытаясь вырваться наружу. Но запрещено, я автоматически проиграю, правда, если этот громила меня придушит, я тоже проиграю, только сдохну на этом мате. Его руки сильнее сжали горло, и хрип вырвался наружу непроизвольно. Я барахталась, пытаясь перехватить его ногами, но это не помогало. Я пыталась дотянуться до кинжала, что был отброшен, но я не доставала. Ножны на груди были зажаты его руками и не давали мне вытащить шанс на спасение. Каким-то чудом я все же дернулась, с болью выкидывая руку в сторону так максимально, как позволяло мне мое тело, и вот полоснула ему по предплечью. Но он не отпустил. Я резанула сухожилие на сгибе локтя, и Майкл вскрикнул, на миг открывая руки, пытаясь зажать рану, что дало мне двухсекундную фору. Я вылезла из-под него, но он схватил за ноги и рывком, будто хотел оторвать ее, принял обратно, но получил пинок ботинком прямо в лицо.

Ну все, тут больше не стояло выбора. Я не была тем, кто безжалостно убивает людей, нет, я была той, кто хотел выжить. И если я понимала, что соперник не остановится и не оставит меня живой, выбора не было. Или я, или он. Все просто. Просто, но с каждым таким простым решением мне казалось, что часть меня куда-то отрывается, будто раскалывая и из той хрупкой чаши внутри. Задыхаясь и борясь с кислородом, что больно заставил расшириться легкие, спотыкаясь, я обошла противника, сидевшего на коленях, раскачиваясь назад, одной рукой держась за нос, а второй пытаясь найти опору. Тело не слушалось, но, собрав всю силу и заставившись не упасть от боли во всем теле, жадной огненной магии в плече, я обошла, все-таки сделала шаги за спину противника и, схватив одно рукой за волосы, я оттянула голову, громко сказала:

– Сдавайся! – Он что-то промычал, но не ударил по мату. Я следила за его рукой. Голубая пелена магии перед глазами накрывала, и я сама раскачивалась вместе с ним, пытаясь расставить ноги как можно шире, чтобы найти свою опору.

– Ты сам сделал выбор! – сказала я и резким движением полоснула ему по горлу! Тёплая кровь брызнула мне на руки, на лицо. Её запах – медный, сладковатый – заполнил ноздри. Майкл рухнул на мат, а я осталась на коленях, слушая, как его дыхание превращается в хрип, а потом в тишину.

В ушах зазвенело. Не крики трибун, не голос Шарда. Звенела пустота.

Леа кричала что-то, но её голос тонул в белом шуме. Я посмотрела на свои руки. Они не дрожали. На них была чужая жизнь, а они были спокойны.Холодны.

«Может, Леа права. Я и правда кровожадная».

Мысль пронеслась и разбилась о более твёрдую, устоявшуюся правду:Нет. Я – выживающая.

Жалость – это роскошь. Милость – слабость. Их не было в Полтаре, когда тёмный маг смеялся, поднимая меня над землёй. Их не было у этого урода, когда он сжимал мне горло. Их не будет здесь, в Алькасаре, где каждый мат может стать последним.

Я медленно поднялась. Ноги держали плохо, а мир раскачивался как на волнах. Сердце билось ровно. Внутри была не ярость, не триумф. Пустота. Та самая, ледяная и чистая, в которой можно утонуть, но в которой и можно выжить.

К черту сомнения. К черту ту девчонку, которая могла бы их чувствовать. Её похоронили в Полтаре вместе с родителями. Перед глазами потемнело.

Пришла в себя я в целительском крыле. Кровать, рядом тумба и ширмы, закрывая меня от окружающих глаз, я лежала поверх белоснежной простыни, все в той же одежде. Гул в голове стих, и земля пришла в свое положение, только плечо все еще горело.

– Сильные ушибы и сотрясение, но я помог, с ней все будет нормально! – услышала я голос Волтера. – Рейт, я знаю тебя давно, она попадает сюда второй день, и не раз. – Целитель замолчал. Аргос не ответил сразу. Он повернулся к окну, его плечи были неестественно прямыми. Когда он заговорил, голос был тише, но от этого ещё более опасным.

– Это Алькасар! – сказал холодный голос. – Каждый её шрам – это урок, который она, возможно, переживёт. Или нет. Ваша задача – чинить. Не советовать

– Да, но она не ты! И почему еще ты не забрал печать? Ты же знаешь, что в любой момент может стать поздно, и последствия…

– Я в курсе! – процедил Аргос. Я встала с кровати, посмотрела на себя – грязная, в крови, но целая.

– Я могу идти? – спросила я резким движением, откидывая ширму. Две головы повернулись на меня.

Волтер обеспокоенно и немного виновато, и Аргос, могу поспорить, что на секунду в его глазах пролетел… испуг? Или переживание… Скорее… Блин, да, скорее, это магия, которая важна для него, скорее всего из-за этого. Но зачем переживать? Если я умру, у него будет несколько минут забрать ее, пока не угаснут последние искры. Информация, вот что мне нужно…

– Можешь, – сказал Волтер. Кинув ему просто «спасибо» и одарив улыбкой, я направилась к спальне. Стоило привести себя в порядок, и, судя по всему, ужин закончился около часа назад, я была в отключке около трех часов, значит, нет еще девяти, а значит, я успею попасть в архив.