Читать книгу Искра. Зов Пустоши - - Страница 9

Боль была назойливым, жгучим спутником. Она пульсировала в такт сердцебиению, расползаясь от царапины на предплечье тёплыми, ядовитыми волнами. Кай сидел в своём кабинете, бывшем кабинете отца, и смотрел на огонь в камине. Он не развёл его сам – магия огня внутри него молчала, подчиняясь железной воле. Огонь в очаге был обычным, дровяным, и горел он как-то уныло, неохотно, словно и он чувствовал холод, проникший в эти стены.

Он уже обработал рану – водой, щёлочью, чем нашёл под рукой. Зелёный оттенок по краям исчез, но краснота и жжение оставались. «Плачущая Смерть» в чистом виде убила бы его за минуты. Значит, яд был разбавлен, или это была подделка. Ещё один аргумент в пользу провокации. Но слабость, накатывавшая волнами, была реальной. И чувство тошноты, которое он подавлял, стискивая зубы.

Он ждал. Сначала Рин – она должна была прийти тайно, через потайные ходы, известные только ей. Но прошло уже два часа. Возможно, её не нашли. Или она решила не приходить.

Дверь в кабинет открылась не со скрипом, а тихо, почти бесшумно. Вошла Элис. Она держала в руках небольшой глиняный горшок, от которого исходил терпкий, травяной запах.

«Гарт сказал, ты искал Рин, – её голос был спокоен, но глаза, большие и тёмные, смотрели на него с бездонной тревогой. – Она где-то внизу, навещает свою «сеть». Не скоро вернётся. А тебе… тебе нужна помощь».

Она подошла ближе, и её взгляд упал на его руку, на грубую, окровавленную повязку. Она не спросила, что случилось. Она поняла. Её лицо стало ещё бледнее, если это было возможно.

«Сядь», – тихо сказала она, указывая на кресло у камина.

Кай хотел отказаться, сказать, что всё в порядке. Но силы покинули его, и он молча опустился в кресло, чувствуя, как холод кожистого материала проникает сквозь одежду. Элис поставила горшок на стол и, не спрашивая разрешения, начала разматывать его самодельную повязку. Ткань прилипла к ране, и он невольно вздрогнул, когда она осторожно её отклеивала.

Рана предстала во всей своей незначительной и оттого более зловещей красе – неглубокая, но длинная царапина. Кожа вокруг была воспалённой, багровой, из самой ранки сочилась мутная сукровица.

«Яд», – коротко сказал Кай, глядя, как она изучает повреждение.

«Я знаю этот запах», – прошептала Элис. Она окунула палец в горшок, достала густую, тёмную пасту и с невероятной нежностью нанесла её на рану. Сразу же жжение сменилось прохладным, почти ледяным онемением. «Это мазь Илмы. Она вытягивает отраву». Она снова взяла чистую полоску ткани – на этот раз мягкой, льняной, – и начала аккуратно бинтовать руку. Её пальцы были ловкими и твёрдыми, но прикосновения – лёгкими, как крыло мотылька.

Они молчали. Кай смотрел на её склонённую голову, на тёмные пряди, выбивавшиеся из-за ушей, на ту самую седую нить у виска, которая в свете огня казалась серебряной. Он хотел спросить о ней. Хотел спросить о многом. Но слова застревали в горле.

«Они хотят войны», – наконец проговорил он, глядя на пламя в камине. «Гражданской войны. Чтобы я начал давить пиромантов, а они восстали. Чтобы всё погрузилось в хаос, из которого кто-то сможет выйти новым правителем».

Элис завязала узел и откинулась назад, её работа была закончена. Она не убирала руки, положив их на подлокотники его кресла, склонившись над ним. «Ты знаешь, кто?»

«Нет. И это самое страшное. Это может быть кто угодно. Недовольный повстанец. Честолюбец из Совета. Остаток старой гвардии отца, который хочет вернуть всё как было. Даже…» Он запнулся. «Даже кто-то, кто считает, что новый мир недостаточно чист, что нужно выжечь всё старое дотла».