Читать книгу Исповедь Шимиан. Нить, разорвавшая вечность. Том 1 - - Страница 8

«Пион Вечнодремлющей княжны»

[Карманное измерение Сияния]

17 год эпохи,о которой грезил разум

– Великий чар Фэмер Кёр явился!

Под неслышимые никем, кроме него самого, овации Фэмер торжественно вошёл в офисное помещение своего отдела. Привыкшие к его выходкам коллеги никак не отреагировали на его появление, и только Исаак поднял голову и с улыбкой помахал вернувшемуся коллеге. Чалкидри, сидящий подле него, коротко и мрачно кивнул.

– Вернулся-таки… – пробормотал он, поглаживая бронзовую часть своего лица. Ашкрай часто навещал своих друзей из подразделения О Контакте, когда не был занят тренировками или оперативной работой в поле. Исаак и Фэмер часто шутили, что Грёзы О Страсти не отличались дружелюбием в повседневности из-за того, что расходовали её всю в командном бою.

– С возвращением, Фэмер, – Исаак вновь вернулся к своему эфириумному экрану, на котором одновременно было открыто несколько десятков документов, разложенных в идеальном порядке.

– Исаак, нужно проверить Ниццина Контэ. Что-то мне в нём не понравилось, – самодурно начал Фэмер, усаживаясь на край рабочего стола вираделла.

– Я не твой подчинённый, Фэмер, проверяй сам, – несвойственно для себя грубо отказался Исаак. – Ты всё ещё должен мне за тот раз с картелем.

– Кого, говоришь, ты хочешь проверить? – Чалкидри сильнее опёрся на стол, наклоняясь к друзьям.

– Ниццин Контэ, «лучший гид Цэрриэля», – с толикой надежды пересказал Фэмер. – Знаешь его?

– Нет. В этом-то и проблема, – отрезал мужчина. – Грёзам известно о случае каждого потенциально преступного поведения, так что если этот твой гид действительно такой подозрительный, за ним давно установлена слежка.

Фэмер почувствовал раздражение и сдержал себя, чтобы не закатить глаза. Иногда ему казалось, что даже в глазах своих самых близких друзей он был не более чем мальчиком, который кричал «драконы». Да, Фэмер и впрямь часто ошибался в своих предположениях – зато их было много и действительно удачные поднимали Фэмера в рейтингах по количеству раскрытых дел!

– Ладно, может ты и прав, – с нечитаемым выражением согласился Фэмер. Сам он всего несколько часов назад узнал о существовании универсального устройства отслеживания перерождений, который успешно укрывали от Грёз годами, а потому Фэмер начал сомневаться во всеведении своей организации. Впрочем, засекреченность значительного количества информации он не мог не принимать во внимание. – Как вообще ваши дела?

– Этот, – Чалкидри кивнул в сторону Исаака, – постоянно чем-то возмущается.

– Конечно, а как тут не возмущаться, – юноша никогда сильно не повышал голос, ему хватало тихих слов и интонаций, чтобы выражать чувства. – Нам нужно проверять эфириумную сеть на предмет подозрительных действий, но как это делать, если всюду одни бессмысленные посты?.. Фотографии себя с одного ракурса, фотографии с другого, зацикленные голограммы с не более полезным содержанием… Почему никто не умеет разделять по-настоящему стоящие публикации события и эти дешёвые способы обрести популярность, которая исчезнет через пару часов? – Исаак взялся за голову и принялся бормотать: – Я люблю свою работу, я точно люблю свою работу…

– А представь, что именно ты среди всего этого шума сможешь найти что-то преступное и раскрыть заговор. Глядишь, и сама Дэйлила пригласит тебя на интервью! – ободряюще похлопал по плечу юноши Фэмер. – Ты же хочешь этого?

– Это моя мечта, – глаза Исаака засияли, и Фэмер не смог сдержать улыбку.

– Чтобы встретиться со своим кумиром или всё-таки чтобы остаться в памяти жителей Империи? – по-доброму поддразнил друга Кёр.

– Разумеется, чтобы получить своё место в вечности, никак иначе, – с едва заметной ноткой сарказма ответил Исаак, ухмыльнувшись. – По моим наблюдениям, только члены семьи Левайятан и протеже Её Императорского Величества Шимиан могут рассчитывать на то, что их будут помнить всегда.

– Да ладно тебе, погляди хотя бы на прожившую и умершую в безвестности княжну Ликкалию или Неразрывных Близнецов, проклявших друг друга! Позор да и только, – выругался Чалкидри.

Фэмер неодобрительно покачал головой в сторону него: сейчас было не время разводить политические распри, он пытался поддержать Исаака.

– Золотые слова! – вдруг поддакнула сидящая чуть поодаль Зоя.

Следующее, что было слышно со стороны девушки: приглушённый крик. Весь её язык обратился цельным куском золота, мешающим говорить и дышать – всего на несколько десятков секунд, но этого хватило, чтобы спесь с коллег спала, и в офисе воцарилась гробовая тишина. Каждый знал: за почти любым проявлением Ками в этом измерении стояла сама Сияние – а, значит, даже её смогли возмутить грубые слова Чалкидри и Зои.

– Фэмер, как прошли твои поиски? – с осторожностью постарался сменить тему Исаак.

– Прежде, чем я начну рассказывать, примите это! – Фэмер достал из бездонной сумки около двадцати палочек с рисовыми шариками в карамелизированном соевом соусе и подозвал остальных коллег. – Вот, привёз вам с Цэрриэля. Ещё тёплые!.

– Тебя же лишили зарплаты, разве нет? – удивлённо поднял бровь Исаак, откусывая своё угощение. Фэмер знал о вкусовых пристрастиях друга, а потому специально для вираделла взял аналог данго без растительной основы.

– Тот, кто служит царственным свету и тьме ради маммон, будет служить и Адоэлю, если тот заплатит больше! – во все зубы улыбнулся Фэмер. Единственное, ради чего он готов был экономить на себе – удовольствие видеть радость на лицах тех, кто был мужчине близок. Подарки он считал лучшим способом добиться желаемого. А ещё Фэмер порой начинал сомневаться, что Исаак и Чалкидри действительно считали его другом, а не второстепенной опцией для общения, – и поднятие своей важности в их глазах было вторым предназначением подарков.

Мужчина взмахнул рукой, и перед ним появилась лазурная сфера-ассистент.

– Звонок Грёзе О Забвении шестого Б ранга Анфире, эээ… Просто Анфире.

Раздался перезвон колокольчиков, знаменующий начало вызова.

– Приветик, чар Кёр! – восторженно ответила Анфира. Позади неё доносились яростные крики и звуки погрома.

– Оставить тебе несколько палочек данго? – невозмутимо спросил Фэмер. – Привёз с Цэрриэля. Тёплые.

– Да вколи ты ему уже успокоительное, глупенький! – раздражённо рявкнула Анфира, тут же возвращаясь к своему обычному лёгкому тону голоса. – Это не тебе, чар Кёр. Я недавно пообедала, спасибо.

– Не будешь? – многозначительно пожал плечами Фэмер. – Ну, значит мне больше достанется.

– Давай, пока-пока!

Послышался звон, означающий конец связи. Фэмер с лёгким разочарованием покосился на оставшиеся данго и принялся за еду. Во время получившегося обеденного перерыва Фэмер успел рассказать коллегам о ходе своего расследования, предусмотрительно умолчав о встрече с Хуо.

– Только вот просто так к княжне Диссомнии не попасть на аудиенцию. Насколько мне известно, она никого не принимает, – подытожил он свой рассказ.

– Фэмер, ты знаешь как Дэйлила попала на интервью с княжной Анкай? – хитро улыбнулся Исаак. – Оно, конечно, ещё не вышло, но ведь для самых преданных её фанатов существует секретный чат, к которому, как вышло, у меня есть доступ. Чисто из рабочих соображений, разумеется, но…

– И как же Дэйлила попала на это интервью? – с нажимом поинтересовался Фэмер, не давая Исааку растечься мыслью по древу.

– Любезно одолжила гербовый ключ императорской семьи на месте упокоения Рубина Левайятан! – с гордостью за своего кумира объявил вираделл.

Фэмер озадаченно наклонил голову вбок:

– Неужели она смогла разговорить чару Наф?

– Ага! – активно закивал Исаак, шелестя листьями. – Думаешь, откуда я о ней узнал?

– А мне где достать гербовый ключ? Есть способ, не включающий в себя взаимодействие с этой… Как ты тогда сказал? Специфической личностью.

Не то, чтобы Фэмер питал сильную неприязнь к виконтессе Наф, однако атмосфера в её похоронном бюро его чересчур угнетала.

– Спроси у вашей Мефоны, – вмешался Чалкидри. – У пятых рангов есть доступ к трофеям.

– Мефоны? Ты смерти моей хочешь?

– Как бы не хотелось признавать, скорее всего она – единственная, кто действительно сможет помочь, – подтвердил Исаак.

***

– Твоё переназначение всё ещё в силе, – без обиняков начала Мефона. Кажется, за время отсутствия Фэмера в её кабинете появилось ещё несколько сухих букетов.

– Я знаю, чара Касс, – поморщился мужчина. Он, как и всякий, не любил, когда ему напоминали о последствиях проступков.

– Выслушивать твои причитания у меня нет времени, – не отрываясь от экрана с документами, отрезала женщина. – Грёзы О Чуде проявили интерес к нашей работе над делом Сената.

– Сочувствую. Но я пришёл не для того, чтобы жаловаться, – взмахнул рукой Фэмер. – Видите ли, во время расследования я наткнулся на некоторые препятствия…

– Я слушаю, – Мефона подняла все три пары глаз на подчинённого.

– Мне нужен гербовый ключ Левайятан, чтобы встретиться с Вечнодремлющей княжной.

– Комод с бессмертником, верхняя левая полка, – Мефона тут же указала на уставленный букетами из сухих фиолетовых цветов предмет мебели.

– С чего вдруг такой аттракцион невиданной щедрости, чара Касс? – с опасливой улыбкой уточнил Фэмер, не рискуя подходить к указанному ящику.

– В саду княжны Диссомнии растёт очень редкий пион. Существует много спекуляций насчёт его особых свойств, однако наш клуб гербаристов уверен, что это – почти вымерший вид пионов, сохранившийся только в оранжерее княжны, – всегда сдержанной Мефоне не удалось скрыть своего восхищения и предвкушения. –. Если захочешь, достанешь один для меня в качестве благодарности.

– Конечно, чара Касс, – кивнул Фэмер, понимая, что у него не было выбора не выполнить поручение. – Только как? «О, великая княжна, можно я заберу у вас прекрасный пион, который больше нигде не найти и вообще возможно он последний из своего вида, пожалуйста-пожалуйста» вряд ли сработает.

– Начальство, – Мефона указала рукой на портрет Руха, – однажды обращалось к ней. Есть информация, что княжна любит мягкие игрушки.

– Это будет считаться расходами, необходимыми для расследования, чара Касс? – уклончиво поинтересовался Фэмер, оставшийся почти без маммон.

– Да, будет считаться, – спокойно кивнула Мефона.

Мужчина подошёл к комоду и открыл ящик. Там его встретила целая россыпь гербов аристократических семей: двойной гонг Фольневерт, цербер22 с очками Моун… Знак Левайятан выделялся среди них: две ветвистые линии, напоминающие спускающиеся с небес благости императорской четы – как утверждали специалисты по геральдике. Стоило Фэмеру коснуться гербового ключа, как в ту же секунду он почувствовал крепкую хватку руки Мефоны на своём запястье. Все шесть её глаз были устремлены на него.

– Что бы ты там ни увидел, всегда помни: ты верен только Грёзам. Не семье Левайятан.

– Разве Грёзы не верны Левайятан? – недоумённо переспросил мужчина. – Они же императорская семья как-никак.

Фэмер никогда не видел такого металлического взгляда у Мефоны, даже когда та отчитывала его за проступки. По спине Фэмера побежали мурашки.

– Мы верны сами себе и Империи, которую построили Их Императорские Величества Шимиан и Уайт.

***

[Тридцать Третий Присоединённый мир]

17 год эпохи, о которой грезил разум