Читать книгу Если попал в молоко… Приключения по дороге к самой себе - - Страница 5

И вот я на пенсии… Почти через 50 лет пришло сообщение, что в институте организуется встреча выпускников технологического факультета выпуска 1977 года.

– А почему бы и нет? – решила я, – никаких обременений в виде работы и обязательств уже нет. Машина под рукой. Садись да поезжай, всего-то 500 км туда, 500 – обратно, родственников проведаю, тащиться на поезде желания нет. Милое дело, вышел из подъезда и дуй себе… Я так смело говорю, а на самом деле переживала, на дальние расстояния уже несколько лет не ездила, мандраж, конечно, был и в какой-то момент я очень засомневалась, стоит ли рисковать, всё-таки, за плечами не 17, 37, 47 … а уже 70 лет…?

Выбрала маршрут через Череповец, по которому ещё не ездила, для разнообразия, да и ярославских развязок боялась, помнится, на них всё время путалась. Навигатор говорил, «держитесь правой стороны», а потом вдруг «маршрут перестроен». Нет, чтобы чётко сказать, «съезжай, дорогая, вправо», а он «держитесь», вот я и «держалась», пролетая мимо…

Он сказал: «Приехали!» Я покрутила головой… и не согласилась. Мало того, что в ритме вальса он меня кружил по развязкам, теперь уже вологодским, опять чётко не объяснив, где мой съезд (я или не долетала, или перелетала), так ещё привёз неизвестно куда. Не могла же я не узнать Молочное, в котором пять лет грузилась знаниями? Для уточнения ввела в навигатор «общежитие 8», и он таки доставил в узнаваемое место.

Да, вот же они, обшарпанные старушки – студенческие общежития, каждое упаковано в новенькую высоченную металлическую ограду, запертую на электронный замок. В такой же упаковке стоит наш техфак – главный корпус Вологодского молочного института (я почему-то считала, что именно сюда и должна была прирулить по наводке навигатора), а вот окружённая забором библиотека… Вроде ничего нового для современной жизни, но именно здесь это показалось полной нелепостью… Чётко высветило, как нас разъединяли, навешивая всевозможные страхи, заборы, решётки, ограды, турникеты, домофоны… Какой прибыльный бизнес, какие деньжищи!!! Позднее это продемонстрировал и ковид (бесполезные препараты, вакцины, кислородные концентраторы, маски…)

Поднимаюсь по лестнице общежития (в студенческую пору мехфака) на второй этаж и морщу нос: «Ну и запах!». Какая-то тётечка из обслуживающего персонала говорит:

– А что вы хотите? Здесь же фундамента нет, на земле здание стоит, вот и запах…

Я, конечно, засомневалась, общаге уже Бог знает сколько лет, не перекошена, не проваливается, стоит? Видно же, что общежитие о-о-очень старое, капитального ремонта, похоже, с незапамятных времён не было, но «евроследы» имеются в виде пластиковых окон, новых умывальников, отремонтированных комнат, двухъярусных кроватей и прочее. «Уплотнение, однако…» – замечаю про себя. Распахиваю окно, по крайней мере на двое суток – это место моего обиталища, надо его как-то освежить…

Бросила вещи и решила прежде всего познакомиться с нынешним Молочным, почти пол века прошло, я здесь, вроде как гость из прошлого. Шла по истоптанной в своё время улице Шмидта, когда-то окаймлённой стройными высокими тополями и понимала, как «смяло» время ту реальность. Унюхала знакомый до боли тополиный аромат от уже старых, разлохмаченных, уставших от времени и пожухлых от жары деревьев. Порадовалась, что возле корпуса технологического факультета поставили памятник Николаю Верещагину, основателю молочной промышленности в России, уже будучи журналистом, я делала передачу о его деятельности на Тверской земле. Сквозь кущи деревьев и растительности пробралась к реке, убедилась, что она никуда не исчезла, почувствовала зов воды и побежала в общагу за купальником.

Всё только начиналось… уже стали подтягиваться бывшие однокурсники… Первой увидела Люду Ковалёву, сходу предложила:

– Пошли на речку!

Она согласилась, ни секунды не раздумывая, хотя только приехала из Вологды, где покоряла колокольню собора, чем очень удивила кассиршу, которая ей сказала:

– Вам может быть лучше в храм сходить?

– Помолиться я ещё успею, – ответила та.

Узнаю Ковалёву, готовую на любые авантюры и быструю на слово, именно с ней мы подрабатывали на хлебозаводе, и, как она вспоминает, «приносили в общагу на животе тёплые сухарики». Мы с Людой устроились в пекарню на пятом курсе, брали с собой транзистор и под музычку укладывали в коробки сухарики. Если нас ставили в смену, жутко уставали, но было интересно, особенно когда приходилось работать у печи. Кроме печного жара, грело ещё чувство, что мы печём ХЛЕБ. Хотелось поделиться этим с мамой, но ей нельзя говорить, что я работаю, тогда пришлось бы отчитываться за деньги, которые она присылала и которые каким-то образом испарялись. Возвращались мы запоздно с сухариками или ещё с чем-то (что нам давали на хлебозаводе), девчонки уже ждали нас с пакетами молока и происходило ночное пиршество. Немного поработали с Людой и секретарями на заочном отделении факультета. Оттуда принести было нечего, зато ко мне прилипла кликуха «Птица-Секретарь». Вот так и выжили. Поржали над собой вчерашними и сегодняшними, будто и не было между нами этих пятидесяти… и потопали к реке.

В коридоре движение, подтягиваются однокурсники …ну, вот и собрались! Радуемся, узнаёмся, обнимаемся…, с кем-то, по сути, знакомимся. Мы уже не совсем те, что раньше, прежде всего, внешне, кроме того, у каждого за плечами жизненная полоса препятствий, которую каждый преодолевал по-своему. Могу представить, как директорам, главным специалистам, учёным дались эти перестроечные времена…, как выбивали их «из седла», как проверяли на прочность и выживаемость.

Одним экипажем прибыли Миша Сорокин (сын декана и баламут), Коля Смирнов (силач и актёр), Валя Кириллова (добрый и спокойный человек), Юра Данилин (танцор). О, Юра! Это отдельная история… по нему я тайно вздыхала в пору юности…

– Хочу, чтобы Юрка здоровался со мной миллион раз в день! – такую запись обнаружила в своих студенческих дневниковых тетрадках. Да, Юрка Данилин, который ни разу в мою сторону даже не посмотрел, уже не говоря о каких-то приветствиях. Меня в его жизни не было, он же заполнил мою голову до краёв, я предавалась фантазиям, что ВДРУГ он поднимет глаза и проявит интерес к моей персоне. Всякий раз, когда я видела его издалека, сильно волновалась, хотелось выглядеть как-то по-особому, «произвести впечатление». Но всё получалось наоборот, то я что-то роняла, то как-то неестественно громко заговаривала с подружками, а однажды поскользнулась на скользкой дорожке и рухнула прям перед ним на колени. Стояла на четвереньках и проклинала судьбину, которая подстраивает такие ловушки. Шапка, естественно, сползла на нос, и мой вид был самым непрезентабельным. Думаю, что и эта комичная ситуация прошла мимо его внимания, возможно, он даже не заметил моего «падения». Мне казалось, что после «такого позора», теперь-то уж точно рассчитывать не на что.

Время было такое, в сердце пробуждались чувства, вот я себе, видимо, такую «историю любви» и придумала. На самом деле я ведь не знала, какой он, этот Юрка, мы учились в разных группах, близко не общались, но до 5 курса сердечко так и вздрагивало при виде его. Потом жизнь набросала всего и разного, и нереализованное и безответное чувство пришлось похоронить в глубинах сердца.

Уже после института, когда я работала на телевидении, моя сердечная подружка-«молочница», главный технолог маслосырбазы, выпускница Ставропольского политехнического института, рассказывала о поездке руководителей молочных предприятий в Германию. Разложив фотографии, она поясняла, где, что и как у них было. На какой-то момент я перестала её слышать, потому что в этой компании увидела совсем не изменившегося Юрку. Всё такого же подтянутого, серьёзного… и недоступного. Директор, однако…

Так вот, этот Юра теперь прочитал моё откровение в соцсетях Одноклассники и на встрече просто не мог (даже, не имел права) пройти мимо моей персоны. Первое, что он сказал, когда мы пересеклись:

– Ты бы хоть намекнула…

Ну как я могла «намекнуть»? Мы же тогда были в основной своей массе девчонки очень скромные, нерешительные, был такой стереотип, что тебя выбирают или не выбирают. Я поняла, что меня НЕ выбирают. Это сейчас я уже понимаю, что на самом деле, выбирает женщина, но тогда я была полна комплексов и страхов. Были у нас на курсе девочки, которые запросто знакомились с парнями и дружили, но вот я, точно не из их числа.

Мы хорошо поговорили с Юрой в тот первый вечер, его история браков не такая уж и радостная, и, собственно, так же, как и я, он один. Я даже подумала, что мы можем хорошо, по-дружески общаться, совсем не строя каких-то совместных планов. Но… у каждого в жизни свои хвосты, обязательства, уже сложившийся ритм жизни, привычная среда, сформированная годами… Мне было странно, что при всей своей привлекательности и при том, что на него обращали внимание многие девчонки, а потом уже после института и женщины, он не обрёл личного счастья. Хотя, кто его знает, у каждого – своё счастье, он видит его в дочери. Юра и сейчас подтянут, подвижен, строен и гибок, танцор же, в прямом смысле слова. На этой самой встрече (через полвека!) один раз даже пригласил меня на танец. Хотел было смело развернуться, деликатно спросил об этом, но мне пришлось признаться (дабы опять не оконфузиться), что я не большой умелец танцевать. А пока мы традиционно топтались, я себя поругивала, что так и не научилась свободному движению в танце.

История с Юрой, видимо, «месть» пространства, когда в школе я не просто не замечала интерес к своей персоне одноклассника, но всячески пренебрегала этим интересом. И вот теперь сама оказалась в подобной ситуации, почувствовала себя в обеих ролях, отвергнутой и отвергавшей. Все мои страдания, естественно, становились достоянием дневника.