Читать книгу АссИИстент. Сборник рассказов - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 7

Море уже слилось с небом, и только полоска заката, тонкая, как лезвие, отделяла одно от другого. Она сидела на скамейке, вжавшись спиной в холодное дерево, и смотрела, как волны шипят на гальку. Рядом стояла спортивная сумка, на молнии болтался брелок – старый, потертый, олимпийские кольца.

Он шёл по мелкой гальке, уткнувшись в блокнот, что-то бормотал под нос и записывал – перебирал в голове фразы для завтрашнего материала. Споткнулся о корягу, которую море выбросило на берег, едва не упал.

– Осторожнее, – услышал он приятный голос. – Так и убиться можно.

Поднял голову и увидел её. На скамейке.

– А разрешите присесть?

– Пожалуйста, только аккуратнее, – не отводя глаз от моря, ответила она. – Тут доски подгнили. Сядешь – провалишься.

Он замер, посмотрел на скамейку, потом на неё.

– Проверенный способ избавиться от компании?

– Если бы я хотела избавиться, я бы просто сказала «занято», – она повернула голову. – Хочешь рискнуть задницей – садись.

Он усмехнулся и сел осторожно, на самый край.

– Рискну. Давно не рисковал.

С минуту сидели молча. Волны шуршали галькой, где-то крикнула чайка. Он украдкой разглядывал её – спортивную, подтянутую, но с какой-то затаённой грустью в том, как она смотрела на воду.

– Красиво здесь, – сказал он. – Спокойно.

– Ненавижу море, – ответила она.

Он удивленно посмотрел на неё.

– Странно сидеть у моря, если не любишь.

– Может, это наказание. – Она повела плечом, будто стряхивая холод. – Море близко, а купаться нельзя. Не сезон.

– А за что наказание?

– Пока не знаю. Думаю.

Он хмыкнул, снова уткнулся в блокнот, что-то черкнул.

– Ты всегда записываешь разговоры с незнакомками?

– Нет. Просто мысль пришла. Про наказание морем. Может, пригодится.

– Журналист?

– Пока начинающий. Заметки в газете. Но планы большие.

– Мечтать не вредно.

Она замолчала, снова уставилась на воду. Он сидел рядом и почему-то не хотел уходить. В ней было что-то, что притягивало – не столько красота даже, а эта странная смесь силы и уязвимости.

– Холодновато, – сказал он через минуту.

– Так иди в тепло – греться.

– А ты?

– А я закалённая. И брата приучила.

– А где брат?

– В институт поступает, в столице.

Он замялся:

– Понятно. А ты значит спортсменка?

– Была когда-то.

– А теперь?

– А теперь сижу на сломанной скамейке и ненавижу море.

– Замерзнешь ведь.

– Нормально… не в первый раз.

Он поежился, потёр ладони. Она посмотрела на него, помолчала, потом сказала:

– За углом есть место. Глинтвейн делают. Душевный. Если хочешь согреться – могу проводить.

Он удивился.

– Ты предлагаешь мне глинтвейн?

– Я предлагаю не мерзнуть. А глинтвейн – просто способ.

– А сама?

– Я в порядке. Но от глинтвейна не откажусь.

Он улыбнулся. Она улыбнулась в ответ – впервые за вечер.

– Идём.

Они пошли вдоль набережной, ветер толкал в спину, фонари пытались создать уют. Она уверенно вела его куда-то между домами, он еле поспевал, пытаясь запомнить дорогу.

– Ты часто здесь бываешь?

– Иногда. После тренировок прихожу. Посидеть, подышать.

– И ненавидеть море.

– И ненавидеть море. – Она усмехнулась. – Привычка.

Глинтвейн и правда был душевным. Они сидели в маленьком почти пустом кафе, грели руки о кружки, молчали. И молчание это было уютным, будто они знали друг друга давно.

– Спасибо, – сказал он. – Согрелся.

– Обращайся.

– А ты часто предлагаешь незнакомцам глинтвейн?

– Ты первый.

– Повезло.

– Посмотрим.

Она смотрела на него и поймала себя на том, что перестала сжимать кружку обеими руками. Расслабила пальцы. Он не задавал лишних вопросов, не лез в душу. Он просто был. И этого оказалось достаточно, чтобы она захотела остаться рядом.

Когда совсем стемнело, он проводил её до дома. Шли медленно, ветер с моря уже не толкал, а просто обозначал своё присутствие. У подъезда она остановилась.

– Спасибо, что проводил.

– Спасибо за глинтвейн и что не послала сразу.

Она улыбнулась:

– Все может быть.

– Может, ещё увидимся?

– Может…

И ушла, не оборачиваясь. Знала – будет смотреть.