Читать книгу Избранные стихи - Лазарь Соколовский, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 17

И тогда я родился,

родился именно я,

одна из миллионов клеток,

разбросанных в великом семени жизни,

одна только

микроскопически малая клетка,

в которой был заключен

весь будущий я

с моей радостью ощущений,

с моими полетами и провалами,

с моей каждодневной суетой

и минутной искрой близости к успокоению,

с моим таким послушным в юности

и уже начинающим подчас путаться под ногами телом,

со всей правдой и вымыслом

бегущего чуть впереди счастья,

яркой цветастой юбкой

бьющегося о тонкие бронзовые щиколотки

так и не встреченной пока единственной,

со всей былью и небылью бытия,

заключенного в одной только клетке,

пахнущей потом и плотью,

сопутствующим обнаженному таинству любви.

И тогда я родился,

еще не зная, кому это нужно,

какой в этом смысл и кто в этом виновен,

стеченье ли это или не стеченье

каких-то высших обстоятельств,

потому что из миллионов клеток,

бездумно носимых в стихийном потоке страсти,

проросла только одна,

встретившая такую же одинокую другую,

соединившись с которой ставшая мною клетка!

И тогда я родился,

значит вся природа,

жившая, живущая и еще затаенная втуне,

вбросила в мир,

вдохновленная будущей жаждой познанья,

тревожную душу мою.

И тогда я родился,

и, конечно, именно тогда,

ни минутой не позже, не раньше,

чем до этого дал их губам

полузрячую лунную жуть наслажденья

кто-то свыше, кто влил в их тела

запредельную силу хмельного зачатья,

чтобы в это мгновенье ХХ-го века,

за несколько недель до великого горя,

ранним утром, на весеннем вздохе Земли

суждено мне родиться.

Где трагически сгинут мильоны людей

в лагерях, на фронтах и в тылу неоглядном,

где свирепствовал голод, тоска ожиданья,

мне со всеми дано было вынести, выжить,

осужденному петь эти дали, леса и проселки

в непогоду и ведро

языком моей родины вечным,

по натуре, наверное, склонному больше

к негромкой любви.