Читать книгу Мой дорогой друг - Мария Мирей - Страница 4

Олег Лисов

Ноги сами несут меня к новенькому музыканту, замершего в растерянности на пороге. Сквозь пьяную рябь в глазах, отмечаю смазанный след помады на его щеке, добрый и открытый взгляд пацана, прямиком в самое нутро, и в моей душе разрастается огромная черная дыра. Даже в таком состоянии, я привык четко контролировать ситуацию, и сейчас, пьяно глядя на него, я пытаюсь понять природу своих чувств. Этот пацан никто, и звать его никак, одно мое слово, жест, или взгляд и его даже никто не вспомнит. Он пыль под ногами таких, как я, но этот его взгляд, выворачивает мои внутренности на изнанку, словно огромный, охотничий тесак, растягивая их в разные стороны. Прямой, взгляд, без тени раболепия, или благодарности, за то, что он сюда вообще попал.

–Лохушка где? – Пьяно рычу, цепляясь мутным взглядом за его лицо. На нем и тени смущения, отчего градус моего внутреннего термостата стремительно ползет вверх.

–Ларина? – С нажимом произносит он, твердо глядя в глаза. – Понятия не имею. Она не собиралась сюда вообще.

–То есть? – Опешил я.

– То и есть. Анька совсем не такая.

–Все они не такие, – роняю, отводя взгляд.

–Не знаю, что ты задумал, но Аньке мозги не запудришь приглашением на подобное сборище.

–Подобное сборище? – Обвожу взглядом всех присутствующих. На столе пляшет Машка, соседка, студентка филфака, с голыми сиськами. В углу сосутся первокурсники, мой друг Васька, ужу во всю шарится в трусиках у жеманной Алисы, которая, к слову, тоже «не такая». И хоть сборище, как выразился музыкант, было то еще, но на него галопом прибежали даже «не такие», и стыдливо расставляют стройные ножки по темным углам его гостиной.

Музыкант, проследив за моим взглядом, тихо засмеялся.

– Ты – то че приперся? – Злобно рявкаю, впиваясь в него горящим взглядом.

–Лисов, отвали, –откуда – то нарисовалась Аллочка и повисла на мою руку, преградившую путь музыканту. Он и сюда припер свою гитару, замечаю вдруг я. – Сам просил его позвать, теперь набычился.

Убираю руку, пацан метнул в меня насмешливый взгляд, последовал за Алкой.

–Минуточку внимания, друзья, – Аллочка сделала знак диджею, Жоре, из 10 класса, и он убрал звук, все потянулись в центр, где уже успел устроиться музыкант со своей гитарой. – Сегодня у нас приглашен один гость, но, прежде чем, назвать его имя, я хочу кое – что прояснить. Каждый из вас наверняка хоть раз слышал про молодежную группу «SpeeKу»? Их хиты звучат даже за границей, – она смеется, а я вдруг понимаю, откуда бля* мне знакома эта слащавая морда музыканта. Группа, в которой он был гитаристом действительно очень популярная, у меня даже в плейлисте кое – какие их песни, с прискорбием вспоминаю я, и теперь мне понятен воинственный настрой пацана. Он мать, его еще та знаменитость. – Максим Николаев, псевдоним CeeraNyD, собственной персоной! – Продолжает Алка, и на музыканта обрушился шквал оваций. Он, мать его, слегка кивает головой, чуть поднял большой палец вверх, и все вокруг замолкают глядя, как он неспешно проверяет струны, будто касаясь их впервые. Поднимает на меня насмешливый взгляд, и мозг прошивает пониманием: он бросает мне вызов, бля, мне… Смотрю на него, а внутри все покрывается инеем, так бывает, когда мозг принимается за работу, просчитывая каждую деталь. Максим начинает петь, перебирая тонкими пальцами струны, а я могу думать только о том, как сломаю эти пальцы, вырву вместе с сухожилиями, чтобы он раз и навсегда перестал издавать такие звуки, и смотреть с превосходством на кого – либо.

Анна Ларина

Выходные пролетают в думах об Лисове, будь он неладен. Представляла себе его лицо, когда он поймет, что я не приду, и гадала, что он чувствовал в тот момент. Меня словно на медленном костре поджаривали, лицо адски пылало, все тело била мелкая дрожь. И хоть разум отчаянно кричал о благоразумии, сердце с ним было категорически не согласно.

Я струсила.

В который раз спрашивала себя, смогу ли я вытерпеть очередные насмешки? Его или кого – либо… Стыдно признаться, но моя броня, которая крепла так долго, дала брешь. Перед глазами стояло насмешливое лицо Олега, и его уверенность в том, что я принимаю его условия.

Он ведь ждал, верно? – Спрашиваю себя, а все внутри поднимается и протестует. Нет, Анечка, не туда тебя несет, – вспыхивает в мозгу тихий голос мамы, – никогда не стоит принимать внимание мальчика из другого круга. Каждый находит свою вторую половинку под стать себе. Он использует твое тело, и выплюнет душу. А ты останешься сама, латать свои раны…Боль, доченька моя, с тобой останется только боль, которая заполнит каждую клеточку твоего существа. Да, они красивы, эти подонки из высшего круга. Красивы, как Боги и так же всесильны… Им подвластно абсолютно все, даже жизни таких как мы с тобой, – говорила она, глядя перед собой стеклянным взглядом.

Впервые я задумалась о ее словах. Неужели с ней так же кто – то поступил? И кровь мгновенно леденеет в жилах, от дурного предчувствия.

Нет, я не такая, – твержу сама себе, свято веря в эти слова. Подбородок взлетает вверх, и я клянусь, что не потеряю головы, не потеряю себя…

Толкаю дверь в класс и вхожу, быстро окинув всех взглядом. Батыр, по обыкновению не окрикивает грубо, а лишь настороженно смотрит, как я иду между рядами.

Новенький музыкант, улыбается одними губами, я останавливаюсь возле его парты, когда он поспешно скосил взгляд вправо.

–Ларина, – громко кричит Лисов, – ты теперь сидишь со мной, – оборачиваюсь к нему.

–С чего бы это? – Хмурюсь, не знаю как на это реагировать, опасаясь, что это снова какой – то подвох.

– Садись расскажу, – легонько похлопал стул рядом с собой. В класс вошла Аллочка и уселась рядом с Николаевым, и мне ничего другого не оставалось, как переместиться к Лисову.

–Я, между прочим, привык держать слово, в отличии от некоторых, – говорит Он, когда я опускаюсь на стул, он всем телом разворачивается ко мне, окутывая запахом дорогого парфюма. Он был настолько глубоким, мысленно отметила я, что чувствовался целый каскад ароматов. От горько – сладких ноток до цитрусового фреша. Еще угадывался сандал и что – то очень и очень головокружительное.

– Ларина, ау… Ты что от счастья обмерла? – Возвращает меня на землю возглас Лисова, и я

дергаюсь как от удара, поскольку его лицо было всего в сантиметре от моего. В его глазах даже были видны желтые вкрапины, как у змея искусителя. Ведь так и есть, разозлилась я сама на себя…

–Обмерла, только от твоей вопиющей наглости, Лисов, – прочистив горло, произнесла я. – Чего ты разорался?

–Помниться у нас с тобой был договор? – Напирает он сильнее, подвигаясь еще ближе. И я будто кролик перед удавом зачаровано гляжу в его очи, а он между тем продолжает что – то говорить…– И я тебя прощаю, Ларина, но только в первый и последний раз, – все же удается мне вернуться на землю и услышать последние слова Олега.

– У меня мама строгая. – Само собой сорвалось с губ, и я понимаю, что это как никак, а весомый аргумент.

Лисов замер, недоуменно глядя на меня, а я злорадно усмехнулась, разумеется, про себя.

–Извини, – невинно прошептала я, – но при всем желании, это исключено.

–Могла бы сразу предупредить. – Лисов, наконец, выпрямился и чуть сдвинулся назад. Я смогла сделать рваный вдох, понимая, что не дышала все время.

–Так ты же слушать не хотел, – припомнила я, и он только пожал плечами.

–Нам надо еще раз обсудить условия сделки, – Лисов припечатал меня тяжелым взглядом, впиваясь будто острыми осколками в лицо.

–Скажи, что требуется от меня взамен, иначе ничего не будет.

–Я еще не придумал, но ты не волнуйся, ничего такого чего бы ты не смогла сделать. – Улыбнулся одними губами, а у меня мороз выступил на коже. В класс заглянула классный руководитель, и попросила сидеть тихо, алгебры сегодня не будет. Учитель заболела, и тем самым предоставив нам огромное окно. Лисов быстро взял мой рюкзак и потянул за собой.

Под недоуменные взгляды одноклассников, мы прошли к выходу, Олег торопливо ухватил меня за руку и увлек на улицу. На стоянке стоял огромный черный байк, и я застыла как вкопанная, глядя, как Лисов кидает в багажник мой маленький рюкзак.

–Я на это не сяду…