Читать книгу Мой дорогой друг - Мария Мирей - Страница 8

Анна Ларина

Мрачный взгляд Лисова отыскал мой, и впервые, глядя в них, я будто полетела в пропасть. Лицо потемнело от ярости, и я невольно втянула голову в плечи, опасаясь его гнева. Даже желчь стремительно исчезла, вытесняя инцидент с фотографией на второй план. Нечего и говорить, тело мое мелко затряслось от ужаса. Лисов всегда внушал страх, безотчетный, я бы даже сказала животный. Он чувствовался на инстинктивном уровне и сейчас эти инстинкты заверещали во всю глотку, требуя уносить ноги, но они вопреки всему приросли к раскаленному асфальту, толкая меня в пропасть его праведного гнева.

Потом мой взгляд вдруг цепляется за наши руки с Батыревым, которые все еще оставались сомкнутыми, и я быстро вырываю свою ладонь.

– Батыр, ты блядь, видимо, чего – то недопонял, – утвердительно произносит Олег, подходя ближе. Его огромная рука, хватает меня за шиворот и с легкостью закидывает себе за спину.

–Отчего же, – нахально усмехается Батырев, и у меня под ложечкой засаднило. – Ты же помнишь мой ответ.

На Лисова страшно было смотреть, он еще сильнее посерел лицом, затем делает еще один шаг и бьет наотмашь Батырова по лицу. Я успеваю только зажмуриться, когда огромный кулак проноситься возле моего лица. Они сцепились в яростной схватке, оба высокие и сильные, но у Лисова было явное превосходство. Он бил точно, по больным местам Батырева, у последнего уже глаза начали закатываться, с ужасом поняла я, и бросилась к Лисову.

–Ты спятил, Олег?! Остановись, прошу тебя!!! Ты… Ты же его убьешь! – Кричала я, задыхаясь, повиснув на его руке.

Его темные широкие брови сошлись на переносице, и он удивился, будто бы только сейчас меня увидел. Тяжело поднялся на ноги, и ухватив меня за локоть потащил к черной огромной машине. Я удивилась, ведь сама лично видела, что Олег приехал на своей байке.

Рывком открыв дверь, он толкнул меня во внутрь, сам быстро обошел ее, и уселся за руль. Включил зажигание и быстро выехал с парковки.

Я, пребывая в шоковом состоянии даже не спросила, куда мы едем, и зачем. А стоило бы. Успеваю бросить взгляд туда, где тяжело поднимался Батырев.

– Что на тебя нашло? Вы чуть не поубивали друг друга! – Но Олег упрямо поджимает губы, стряхивая с рассеченной брови кровь.

–Тебе понравилось держаться с ним за ручки? – Сипит, прижигая меня взглядом насквозь.

–Я…– Запнулась не в силах что – либо произнести. И вдруг меня пронзает мысль, что Лисов тоже уже мог видеть то фото. На меня с новой силой накатилась тошнота. – Кое – что случилось, и Батыр…

Я замолчала не в силах дальше сказать хоть слово. Язык не поворачивался сказать ему о той фотографии.

–Что? – Лисов снова отрывает взгляд от дороги и поворачивается ко мне.

–Я кое – что увидела. – Уклончиво отвечаю я.

–Ясно. – Коротко выдыхает он. – Ту фотку?

Я вскидываю на него глаза, и он все понимает по моим глазам.

–И кто же тебе ее показал? Я на правах твоего друга вчера ебало разнес тому, кто ее сделал. И само собой все удалил. – Улыбается, приподняв один уголок губ. – Как видишь, я держу свое слово, то есть никому не даю очернить твою репутацию. -Кто же тебе ее показал?

– Ее прислали, – тихо произнесла я, уткнувшись в окно. Сам разговор об этой фотографии вгонял меня в колючий ступор.

–Дай свой телефон. – Он перехватывает запястье и вырывает телефон, разблокировал его, под моим недоуменным взглядом, подсмотрел – таки, и бесцеремонно всунул туда свой нос.

– Ее нет, – резюмирует он, возвращая его, а я, не веря своим глазам, вхожу во входящие, чтобы убедиться, что там ничего нет. Выходит, ее удалил Батыр.

–Ее удалил Батырев.

–Сука. Надо было ребра ему нахуй переломать. – Выплевывает Лисов, а у меня отлегло от сердца, потому как находились мы от Батыра далеко.

Он привез меня в элитный спальный район, утопающий в парковой зоне, здесь даже имелся собственный пруд и лебеди. Белые лебеди. Под сенью экзотических деревьев спрятались кованные лавочки, по парку носились дети.

Лисов снова вцепился в мой локоть и потащил к подъезду внушительной многоэтажки. Поднялись по лифту прямиком к его апартаментам, и я снова испытала шок, только уже культурный. Я понимала, что мы с Олегом из разных измерений, но, чтобы настолько, нет. Это вселяло ужас. Дикий. Первобытный. Мой скромный, я бы даже сказал, нищинский вид, больно полоснул по сознанию. Снова вспомнились слова мамы, о том, что бывает с такими дурочками, как я, которые летят, как мотыльки на огонь в логово мажоров, как она их называла. Но совесть забрезжила, где – то далеко на горизонте моего сознания, а пока я летела на огонь, что потом сгореть заживо.

Мы вошли в просторный холл, и Лисов стянул свою тонкую пайту, и направился по коридору, очевидно в душ. Я замерла не в силах вымолвить ни слова, потому что на конец – то увидела его тату. Крыло… Крыло черного ангела, струилось по выпуклым бицепсам, и спускалась прямо к запястью. Его перья струились по мощной шее, и я поняла, что видела только их края. Зрелище скажем так, ошарашивающее, и я стояла, таращась на дверь, которая закрылась за ним несколько минут назад.

Мысли зашелестели и поскакали в разнобой, что я даже не заметила, как справа растворилась дверь, и в коридор выплыла красивая шатенка. Мы замерли, не сводя друг с друга взгляд, при этом пристально рассматривая. Я подмечала и красоту девушки, ее точеный нос, скулы, пухлые губы, явно отличающиеся от натуральных. Потом мой взгляд спустился к тонкому, шелковому халатику, накинутому, явно, на обнаженное тело, и я почувствовала, как в сердце вонзились ядовитые иглы. Не оставалось сомнений, чем она занималась с Лисовым. Она так же, скользила недовольным взглядом по моему лицу, по косе, заплетенной совсем недавно, и я вдруг возненавидела ее. До зубовного скрежета, до судорог, потому что привыкла ее заплетать каждое утро. Потому что не могу, чтоб вот так, как у этой девушки – струились спине и плечам…

Хлопнула дверь, и Лисов показался, вытирая голову белоснежным полотенцем. Полностью обнаженный, за исключением такого белоснежного полотенца на бедрах.

–Милый, потрудись объяснить, кто эта девка? И почему она здесь? – Ее визгливый голос заставил Лисова напрячься всем телом, опустить полотенце и поднять взгляд на меня.

Медленно повернул голову в сторону и в ее сторону.

–Ты какого еще не свалила? – Резко бросает ей, она поджимает губы, сжимая ладони в кулаки.

– Твой отец задержится… – Роняет она, прищурив глаза.

Лисов коротко выдыхает, запуская руку во влажные волосы.

–И что? Вон пошла нахер отсюда! – Рявкнул так, что мы обе резко вздрогнули.

–Ты не можешь со мной так поступить… – Шепотом произносит девушка, блестя влажными глазами. – Не после того, что было этой ночью.

–Оксана, я повторять больше не буду. У тебя есть две минуты, чтобы свалить, иначе я тебя выкину за дверь как есть. – Ловлю его взгляд, скользнувший по высокой груди и внутри все скручивается тугим жгутом. Перед глазами замелькали пошлые картинки их прошлой ночи, и едва только перед глазами возник обнаженный торс Лисова, как по телу разливается жаркое пламя. Мысли бесстыдно поползли под белоснежное полотенце, и едва я попыталась себе представить, что – либо, как услышала едкое:

–Ты… Ты трахать ее собрался? – От услышанного я еще сильнее вспыхнула, не в силах совладать с собственными эмоциями.

–Тебе какое дело? – Грубо отрезал Олег, хватая ее за локоть, оттаскивая к двери.

–Ты… Ты не можешь… Олег, все узнают!

–Мне похуй!

–Ты врешь! Ты не представляешь, что сделает с тобой твой отец!

–Твое время вышло. – Он вызвал одним прикосновением к блестящей панели лифт, и бесцеремонно втолкнул девушку во внутрь. Послал лифт вниз, а сам набрал несколько комбинаций на панели и по комнате поплыли длинные гудки. Как только на том конце ответили, у Олега заходили желваки, и он сквози сжатые губы процедил:

–Какого хера, вы пустили ее ко мне? Разве я не предупреждал? Никого в мое отсутствие не пускать ко мне?

–И… Извините пожалуйста Олег Максимович, такого больше не повториться. У нас новенький в штате…

–Мне по хрену, вы не выполняете своих прямых обязанностей. Если еще хоть один раз…– Его голос обрывается, и он коротко выдыхает, – я уволю на хер, весь ваш штат! – Рявкнул он, обрывая связь, не давая оппоненту шанса оправдаться.

Еще раз выругавшись, на нерадивых охранников, он направился на кухню, я на негнущихся ногах последовала за ним. В груди саднило, и я постаралась призвать себя к порядку, доказывая сама себе, что у меня нет причин вот так реагировать на все это…

–Извини, за этот концерт, – бросает, извлекая из холодильники графин с соком и разливает по стаканам.

–Кто это был? – Задаю пожирающий меня вопрос, отчаянно стараясь не краснеть.

–Жена моего отца, – усмехается он, впившись в меня взглядом, а меня словно в солнечное сплетение ударили со всей силой. – И, да, ты все правильно поняла. Иногда мы с ней трахаемся.

Ледяным тоном проговорил он, не сводя с меня горящих янтарных глаз. Во всем его облике сквозило такое безразличие, что в пору было уносить ноги, но я отчего – то опустилась на мягкий стул.

–Это не мое дело, – прошептала я, словно уговаривая саму себя, стараясь не смотреть на его накаченное тело, не видеть этой бархатной золотистой кожи, и короткой дорожки темных волос, убегающей под полотенце.

–Что, даже мозги промывать не будешь? – Темные брови взлетели вверх, Олег делает шаг ко мне, опираясь на стол, расставляя широкие ладони по обе стороны от меня. – Не скажешь, как это подло, трахать жену отца, пока того нет? – Наклоняется так, что я чувствую запах геля для душа, и меня ведет. Смотрит прямиком в душу, выворачивая ее на изнанку. В голове зашумело так сильно, что заглушило, как верещали мои инстинкты, требующие немедленно спасаться бегством.

–Как и трахать своих подруг? – Выдавливаю я из себя, глядя, как один уголок неспеша ползет вверх.

–Еще скажи, что сама об этом не думала. Я вижу по твоему взгляду, Ларина, как ты вся дрожишь, стоит только мне оказаться возле тебя, как бессовестно течешь…

–Прекрати, – прошептала я, чувствуя, как пол подо мной зашатался. – Не смей, так говорить. Мы же друзья. – Последние слова одними губами.

Его лицо совсем близко, мой взгляд плывет, и только в этот миг я понимаю, что не дышала. Делаю глубокий вдох, втягивая его запах в себя, и голове стремительно закружилась, потому что в следующее мгновение, Лисов впился в мои раскрытые губы. Я машинально схватила его за плечи, пытаясь то ли оттолкнуть, то ли прижать к себе. Сильнее. Он не целовал, он пожирал, до боли, до крови. Я чувствовала металлический вкус на своих губах, как и то, с каким чувством он слизывал ее с моих губ. К нему примешивался еще один вкус, самого Лисова, от которого мое сознание прострелило. Больно. Навсегда запоминая этот вкус. Он потянул мою косу назад, заставляя поднять голову, прошелся горячим языком по шее, и я затряслась, как в припадке, исступленно закрывая глаза, слыша его утробное рычание.

Руки его поползли под блузку, и расстегнули лифчик. Он, коротко вдохнув, потянул его вниз, накрывая мою грудь руками. Меня словно раскаленными углями ошпарили. Я издала протяжный стон, поддаваясь вперед, утопая в своих ощущениях, забыв обо всем на свете, чувствуя, как пылает между ног. Сильно. До боли. Я терлась о его руку, цепляясь краем сознания за нее, хозяйничающую между ног, удивляясь двум вещам. Первой: как она там оказалась, и второй – как она могла доставлять столько пронзительного удовольствия. Лихорадочно мы цеплялись друг за друга, я, трепеща, а он с силой вдавливая меня в свой обнаженный торс, не забывая скользить по влажным складкам. Мои руки скользили по телу Лисова, словно по гладкому шелку, стараясь запомнить, каждый изгиб, каждую ямку. В какой – том момент я почувствовала, как он положил мою руку на что – то горячее и твердое, и принялся водить вверх, вниз. Именно эти поступательные движения заставили меня опустить взгляд, чтобы потом задохнуться от увиденного. Нечего и говорить, что этот орган мне довелось видеть впервые в жизни. Он был огромным настолько, что мне захотелось отдернуть руку, но он не позволил, крепко ухватившись за нее, продолжая свои движения. Поднимаю на него взгляд, и этот образ Лисова, на грани, навсегда отпечатался в моем мозгу…Его лицо исказилось от страсти, глаза горели, приоткрытый рот закачивал раскаленный воздух прямиком мне в губы, и я жадно его глотала, плавясь на его руке, требуя большего, бесстыдно расставляя ноги. Для него.

Вдруг по телу прошла сладкая судорога, и я забилась в его крепких руках, все так же крепко сжимая его плоть. Потом на мою руку полилось его горячее семя, и он подхватил меня на руки, уткнулся носом в мою шею, тяжело дыша…

–Ну… Как тебе дружеский секс?