Читать книгу Скверный король - Михаил Андреев - Страница 4

– Что это с тобой? Ты обо мне беспокоишься?.. – я удивился переменам в одержимой. Её тело имело вид суккуба. Это значило, что дух давно поглотил душу человека. Неужели девушка внутри монстра жива и всё ещё может давать отпор?..

Хаггеш быстро встряхнула головой, будто прогоняя с себя дрёму, и глаза её приобрели привычный красный оттенок. На её лице снова появилась злая ухмылка. Она резко дала мне пощёчину, и на её щеке появился ещё один след от хлёсткого удара.

– Это тебе за то, что пнул меня. И как только в твою проеденную червями башку пришла такая кретинская идея?

– А как иначе я мог скинуть с тебя ораву демонов?! – чуть не смеясь, ответил я. – А всё-таки, Хаггеш, не такой ты и сильный дух, раз уж владелица тела всё ещё соседствует с тобой.

Глаза суккуба расширились от удивления. Казалось, она сама не знала, что человек в ней на короткое время берёт контроль над телом.

– Не беспокойся, Моргрей, скоро она будет мной поглощена, – холодно ответила суккуб, укуталась в мантию, и отвернулась в сторону города, каменные башни которого возвышались над кронами елового леса. – Пойдем поскорее к городу. С каждой секундой ты воняешь сильнее.

– Отнесись с пониманием. Я не мылся сотню лет! – я попытался засмеяться, но вышел лишь хрипящий кашель, после чего кожа в районе живота порвалась, и на землю потекла чёрная жижа. Половину внутренностей я уже потерял, но они никак не влияли на моё нынешнее существование.

– Мерзость… – бросила Хаггеш и, покачивая бёдрами, начала спускаться с холма, чтобы затем войти в лес.

– Постой! А как же трактир! – остановил её я.

– Трактир?.. – обернулась суккуб. – Нахрен тебе нужна эта развалюха? Или мертвецов тянет ко всему, что отжило свой век?

– Мне просто любопытно, – ответил я, хотя причина была и в том, что в трактире сидел живой человек. Он дал о себе знать криком, когда ветви упали на крышу. Вполне возможно, мне удастся обезвредить Хаггеш и переселиться в новое тело, если оно будет подходящим.

Пока мы шли к трактиру, я на мгновение сконцентрировался, проверяя магические каналы своего мёртвого тела. Они сужаются с невероятной скоростью и вскоре станут такими же иссохшими, как моя плоть. Осталось не больше суток, чтобы переселиться… иначе о новой жизни можно забыть.

Опалённый трактир стоял правее от поля битвы. Дощатая полусгоревшая вывеска показывала только второе слово названия: «… Архипа».

Сам фасад постройки будто имел два лица: сгоревшее и уцелевшее. Левая сторона, пострадавшая, накренилась набок, подгоревшие балки были вывернуты кверху – сломались, не выдержав веса, и часть треугольной крыши лежала на земле. Витражное стекло, должно быть, довольно дорогое, лопнуло ещё при пожаре и осыпалось обугленными стёклами. Я обернулся к полю битвы и понял, что расстояние от него до трактира составляло всего несколько сотен метров.

С Хаггеш мы зашли внутрь. Суккуб сразу поморщилась от запаха гари. Я же осматривался привычным мне образом. Дощатый пол чудом уцелел, как и несколько столов, стоящих на толстых балках. От потолка остались лишь чёрные зубья-доски, сохранившиеся после обвала. Половина лестницы, ведущей на второй этаж, сгорела, оставляя путь в никуда. Второго этажа и вовсе не было: сверху лишь зияла дыра, в которой виден затянутый серостью кусочек неба.

Но посреди всей разрухи сидел человек, причём, вполне здоровый. Мне пришлось собраться с силами, чтобы как следует его изучить. Судя по всему, это зрелый, но не слишком старый мужчина. Усталый, подавленный, с шершавой от труда ладонью. Второй кисти у него нет – рука замотана бинтом чуть выше запястья. Одежда простая, крестьянская: льняные штаны, жилетка из овчины, рубаха, да круглая шапочка. Взгляд настолько выразительный, что даже без глаз я ощущаю на себе его силу. Нижние веки налились слезами, а губы его дрожат, как у вечно шепчущего себе под нос сумасшедшего.

Он сидел на табурете, уперевшись рукой в колено, и горестно оглядывая таверну. Взгляд его остановился на нас. Он открыл рот и уже хотел начать вымещать свою досаду, но остановился. Что-то в одном из гостей было не так, и он пока не понимал, обман ли это его больного разума или реальность.

– Привет тебе, милый друг, – я решил полюбезничать с бедолагой. – Что здесь произошло?

Однако для меня уже всё было ясно: мужик этот непригоден для моего нового тела и в силу возраста, и в силу отсутствия у него второй руки. Больше того, он измотан горестями и недосыпом, а значит, тело может не выдержать переселения души. Оставалось только получить информацию об этом месте.

– Я не доверяю людям, которые скрывают свои лица! – в сердцах произнёс хозяин трактира, вперил яростный взгляд в Хаггеш, что стояла в капюшоне, и стукнул по обгорелому столу кулаком. В один миг стол развалился на части, опав брусками на пол. Хозяин остановил взгляд на обломках, при этом на лице его показалось горестное изумление. – Ничего не осталось… Всё пропало!

Затем он посмотрел на меня и даже не удивился моему виду:

– Должно быть, ты участвовал в той бойне… Удивительно, как только выжил, – сказал он спокойно, а затем начал трагично кричать. – Совсем как мой трактир! Как только стены его ещё стоят?!.. – старик ударил себя в лоб.

– Тебе бы убраться отсюда. Если завалится, то и тебя прикончит, – сказал я.

– А что, если и прикончит? Я всё потерял! Даже свою руку, когда пытался потушить своё детище!.. – он показал замотанную руку, и губы его задрожали сильнее. Я решил, что горю словами не поможешь. К тому же я не могу тратить на него время. Надо зарубить себе на носу: действовать лишь в своих интересах. Только так смогу выжить.

– Значит, тебя зовут Архип? – спросил я, вспомнив вывеску трактира.

Мужчина нахмурил брови, сложил руки на груди, и глянул на Хаггеш:

– Пока девка не снимет капюшон, я не буду откровенно говорить. Мало ли, какое там чудо-юдо прячется.

– Думаю, мы обойдемся без этого… – сказал я, опасаясь, что старик при виде одержимой поведёт себя неразумно. В это время Хаггеш вдруг сняла капюшон. Старику предстало поистине ангельское личико: белые волосы; безупречная, бледная кожа; голубые, как небо глаза и вздёрнутый носик. Лицо её было так аккуратно выверено, будто его вырезал из камня величайший скульптор. Но для меня глаза её были уже знакомы.

В этот раз энергия первоматерии не отступила. А Хаггеш не так-то проста! – подумал я. – Видимо, она по своей прихоти может принимать человеческий вид. Никаких тебе рогов, когтей и других причуд суккубов. Удобная маскировка.

– Красавица!.. – с долей трагичности в голосе произнёс мужчина. – Моему сыну ты бы понравилась. Жаль только, что у него теперь ничего нет за душой. Трактир мой сгорел. Нам с ним до конца дней придётся ошиваться у городских стен, выпрашивая милостыню у проезжих. Но раз боги того захотели, значит, так и должно быть.

Боги… – мысленно я закатил глаза. Хаггеш не соврала. Первый же встречный почитает богов в такой степени, что передал ответственность за свою жизнь в их руки. И я уверен, что старик даже не задумывается, откуда взялись демоны и почему в королевстве теперь царит хаос.

– Почему произошла бойня? Что случилось с твоим трактиром? – спросил я.

– Да чтоб пусто было этим аристократикам! Сделали себе моду гордиться тем, что пьют в землях мертвополья!.. А ты как не знаешь причину?.. Хотя, обычным солдатам мало чего рассказывают господа-начальники, это верно… – возбуждённо проговорил старик. Казалось, он не мог совладать со своими мыслями.

После секундного молчания Архип продолжил, будто отвечая на собственные размышления:

– В общем, земля и вправду в здешних местах чумная. Почему её и прозвали мертвопольем. Деревья умирают, птицы не летают, да и живности никакой нет. Вот и моему трактиру не повезло здесь стоять. Раньше был цветущий луг у меня прямо под окнами, а теперь куда ни глянь – чёрным-черно!.. Одно хорошо: чудовища трактир обходили стороной. Вот аристократы и пили у меня, мол, это опасно и благородно – пить на землях мертвополья. А сами ведь знали, что у Архипа целы будут, и пиво сытное, и медовуха здесь слаще некуда!

Он откашлялся в кулак и пустился в воспоминания:

– Пару дней назад в трактире была полна мошна публики. Все столы забиты! И оказалось, среди них пили два наследника великих родов – Всеволод Григорьев и Пётр Фризов. Как водится, семьи эти недолюбливали друг друга из-за древней вражды. Вот и здесь мальчишки вспомнили старые обиды, повздорили, а мне потом отдувайся!.. Никогда больше с аристократами дел иметь не буду, тьфу ты, гнусный народ!

– Ближе к делу, Архип. У нас мало времени, – поторопил его я.

– Эх, молодёжь, вечно вы торопитесь! Короче говоря, подрались отпрыски великих родов, произошла страшная ссора. Ладно, разошлись… А вчера собрали свои армии и давай драться рядом с моим трактиром! Гады… А я в окно гляжу и молюсь, как бы они снова ко мне ни заглянули! Им-то что? Денег – куры ни клюют! Наберут войско из крестьян, да подмастерий – хоть каждый день так дерись! Благо, что бабы в Гардарике родящие.

– И что же? Разграбили твой трактир? – поинтересовалась Хаггеш.

– Не разграбили… Среди них был маг, греховное отродье! Я своими глазами видел, как с кончиков его пальцев сорвался огненный шар! Да вот только полетел он не во вражеское войско, а прямёхонько в мой трактир! Боги, за что вы так со мной?! У меня здесь всё в гари, а на ремонт уйдет не меньше десяти золотых! Я разорён!.. – Архип воздел руку к небу, сокрушаясь.

Закончив со слезами, он собрался с мыслями и продолжил:

– А дальше… дальше и так всё понятно. Благо, были здесь и деревенские, добрый народ, и бочек десять припасено было воды. Пригодилась, чтобы пожарище затушить. Общими усилиями справились, да поздно уже было. Сколько несчастья! Верно, боги злы на меня, а всё же не хотят моей смерти.

Только Архип успел закончить, как пол под нашими ногами задрожал. Трактир начал трястись. Одна из его стен с грохотом свалилась наружу, распадаясь обгорелыми камнями. Я удивлённо посмотрел на Хаггеш:

– Что это такое?

Но суккуб и сама была в замешательстве. Казалось, началось землетрясение, но было оно настолько мало, что проходило только под трактиром. В один миг доски пола разлетелись в щепки, и перед нами разверзлась дыра в земле.

Тут же из неё вылезла какая-то тварь и молниеносна рванула в сторону. Я даже не почуял её присутствия – под землей с помощью магических каналов сложно кого-либо отследить, к тому же, существо это было крайне изворотливым, и рыло подземный ход с завидной для кротов скоростью.

В пространстве лишь мелькнул гигантский крысиный хвост. Юркое тело скрылось так быстро, что я даже не успел отследить, куда оно движется.

Архип истошно заорал. Я сконцентрировался, и понял, что в его ногу вцепился крысоподобный демон. Он был куда больше его, а потому без труда поднял старика за ногу и начал бить того об пол, стараясь оглушить добычу.

В длину вместе с хвостом демон был под три метра. Внешне он всё же больше напоминал огромного опоссума, чем крысу. Шёрстка на его теле была длинной и редкой, так что между волосками виднелась голая, покрытая красными волдырями кожа. Мерзкая вытянутая морда постоянно принюхивалась, двигая белыми усами. Из пасти торчали четыре мощных резца. Боковые же зубы были загнуты, как зубья пилы.

Получив сведения по магическим каналам, я тут же метнулся к крысе, чтобы убить её. Сейчас она извивалась, пытаясь изорвать в клочья бедолагу Архипа. Старик, похоже, принял свою участь и перестал подавать голос. Вскоре мне стало ясно, что он просто отключился от боли.

Едва я успел сделать шаг вперёд, как тварь обернулась, словно прочитав мои намерения. Она оставила Архипа истекать кровью и кинулась стрелой на меня.

Я не успел откинуть своё неуклюжее тело в сторону. В одно мгновение крыса повалила меня на пол, придавила весом своим телом и начала вгрызаться в мою плоть. Её морда будто специально была создана в форме клина, чтобы прорывать себе путь и через землю, и через чужие тела. За столь короткий срок она успела разворошить мне грудную клетку. Но дальше не продвинулась: она вдруг замерла, словно почуяв более привлекательную добычу, и через её живот тут же вышло лезвие кинжала.

Как только тварь поняла, что ей конец, она жалобно запищала, как убегающая от совы мышь. За её спиной стояла ухмыляющаяся Хаггеш. Она провернула кинжал и без труда разрезала мягкое тело гигантского грызуна пополам.

Архип в это время очнулся и снова истошно закричал. Он перебирал все ругательства, какие только знал, и по всем признакам потерял разум. Он встал, зашатался и едва не залез на полуразвалившуюся стену своего трактира, лишь бы быть подальше от мёртвого демона. Я с трудом поднялся, и тогда Хаггеш наскоро оторвала рукав своей мантии и перемотала им мою разбитую грудь, чтобы тело моё окончательно не развалилось.

Архип же скатился со стены и кое-как примостил свою попу на табуретке. Он тяжело дышал и был бледен. Тем не менее, с его лица теперь не сходила безумная улыбка.

– Всё, что ни делается – к лучшему, – спокойно произнёс он, монотонно постукивая по своему колену целой рукой, затем перевёл взгляд на Хаггеш. – Спасибо, ангелочек. Ты убила богопротивную тварь. Ну, раз уж столько испытаний выпало на мою долю, то скоро, как водится, пойдет белая полоса. Не бывает без несчастий счастья.

Он продолжил улыбаться, а я принялся изучать труп демонической твари. От неё исходила энергия первоматерии, так что были все основания полагать, что она, как и чёрные, пришла из разломов. Затем я спросил у Хаггеш про этого демона.

– Ну… Я и сама не знаю, – ответила она, и вдруг её тело приняло вид суккуба: на голове выросли рога, волосы почернели, а глаза налились красным светом. Архип упал в обморок, увидев её перевоплощение.

Хаггеш бросила на его тело невозмутимый взгляд, а после с необычным выражением лица посмотрела на меня. Взгляд её был куда более дружелюбным, чем раньше. Даже заискивающим. – Как я устала от девки внутри меня… Может, ты поглотишь её, Моргрей? – она улыбнулась так, будто сговаривалась с пособником. – Как насчёт союза? Ты не такой уж и бесполезный труп. На тебя удобно отвлекать врагов, а ещё ты владеешь необычной магией. Присовокупи сюда мою хитрость, и все двери этого мира нам откроются. Мы могли бы даже править Гардарикой вместе.

– Ты должно быть подумала, что я сошёл с ума? Союз с суккубом?

– А разве не ты заключил союз с Крандосом, одним из самых сильных духов? Чем я отличаюсь от Крандоса?

Хаггеш так давила на меня, что у меня даже не было желания отвечать на её манипуляции. В это время Архип снова очухался и крикнул, глядя на убитого демона:

– Сквернорыл!.. Это был сквернорыл!

Будто в протест на моё молчание, Хаггеш развернулась и по-кошачьи независимо вышла из хижины. Я спросил старика, могу ли я чем-нибудь ему помочь.

– Не беспокойся, как-нибудь проживу… – сказал он и прибавил решительно. – Пока стоит мой трактир, буду стоять и я!

Я кивнул ему и собрался уйти, но увидел у выхода лежащую на полу опаленную тряпку. В Стальград вряд ли пустят труп, да и люди на дорогах явно не привыкли к зрелищу вываливающихся из человека органов, так что мне пригодится одежда, – подумал я и развернул её.

Тряпка покрыта золой, но сама по себе была целой. Развернув её, я сконцентрировался и с помощью магических каналов проник в её суть. Некогда она была мантией. На её спине вышит герб ордена «Богоборцев» – воин, направляющий меч к небесам.

– Где ты нашёл эту тряпку, старик? – спросил я у Архипа.

– Эту?.. – Архип прищурился, в глазах его отразилось удивление. – Странно, что она тебя заинтересовала. Тряпка лежит здесь так много лет, что я и не вспомню. Забирай, если нужна. Пускай на вид она бесполезна, а не окажись её рядом, глядишь, трактир бы не выстоял. В тушении она пригодилась, да больше тушить нечего.

Трактир его и вправду уже не представлял никакой ценности. Я накинул на себя мантию ордена, поблагодарил старика и вышел наружу. Всё моё естество было занято загадкой: как мантия моего ордена оказалась в этом трактире? Мог ли член ордена здесь оказаться? А самое главное, существуют ли и сейчас богоборцы? В этой одежде, по крайней мере, удастся не привлекать к себе внимание в городе.

Хаггеш уже отошла от трактира и с недовольным видом ждала меня. Она сказала:

– Мы совершим привал в лесу. Ночь скоро пожрёт небо. В такое время опаснее всего путешествовать. Вся нечисть выбирается на охоту.

Я сконцентрировался и понял, что суккуб не врёт. Сумеречный покров уже накрыл верхушки леса, и лишь отблеск заката напоминал об ушедшем дне. Стальград был не так близко, как мне сперва казалось. Пришлось бы идти всю ночь.

– То есть, демонов будет ещё больше? – удивился я.

– Всё из-за тебя, мятежный король. Даже будучи трупом, ты привлекаешь к себе демонов Пандемониума. Но хватит болтать. У твоей оболочки мало времени.

Она молча направилась вглубь леса. Я пошёл за ней, не возражая о привале. Моему телу, пускай оно и мертво, тоже нужен отдых. В покое мне удастся немного расширить магические каналы. Это поможет протянуть ещё немного времени.

На секунду я остановился, чтобы мысленно попрощаться с Архипом и его трактиром. Случившееся здесь останется в моей памяти, станет частью хроники новой жизни. Что держит немощного старика в этом мире? – задался я вопросом, вспомнив все беды Архипа, и сам же на него ответил. – Должно быть, вера и приятные воспоминания о прошлом.

Тут же часть уцелевшей крыши трактира обрушилась, а за ней и единственная выстоявшая после пожара стена. Падение было таким громким, что даже магические каналы содрогнулись, и я не мог этого не заметить. На месте трактира поднялось облако пыли. Я начал прощупывать ближайшие каналы и вскоре почувствовал Архипа, что стоял рядом с трактиром, и держал свою шапку у груди. Похоже, старик успел выйти и чудом уцелел. Теперь же он хоронил трактир в своей памяти.

Я усилил свои слова магическим эхом:

– Довольствуйся тем, что жив, и не упусти свой шанс. Дальше всё зависит от тебя, Архип. У тебя есть ты и твой сын.

Старик поднял голову к небу и улыбнулся. Он подумал, что сами боги послали ему знак, надел шапку и с воодушевлением отправился на восток. Я же был рад, что удалось таким образом вернуть ему веру к жизни.

С Хаггеш мы спустились по каменистому пологому склону, после чего прошли вглубь густого леса. На равнине ему не было конца и края. В чаще кипела жизнь. Она была в каждой травинке, в каждом стволе дерева, в каждой чашечке цветка. Зверьки ютились в норках. Если уж они здесь обустроили себе укрытия, – подумал я, – то и для нас будет вполне безопасно. Вскоре мне удалось найти подходящую для привала поляну.

Суккуб объяснила мне, что демоны стараются не заходить на обжитые земли, ибо повсюду здесь ходят караваны, а вокруг городов патрулируют гвардейские отряды. Для чудищ велика вероятность нарваться на превосходящие силы людей, поэтому чаще они передвигаются небольшими стаями по лесу, охотясь на животных и случайных путников.

Но для меня появилась другая проблема – сила руны Гебо ослабевала, и даже вливание в неё маны не смогло бы восполнить силу магической цепи. Казалось, Хаггеш чувствовала, что скоро станет свободной. Она держалась теперь более уверенно, и когда мы остановились на привал, подошла ко мне.

– Ни о чём не беспокойся. Мы в укромном месте, где нас никто не найдет. Твоя душа останется в сохранности, – губы её прошептали так сладко, словно языком она играла на небесной арфе. При этом глаза Хаггеш говорили об ином: этой ночью суккуб попытается меня достать.