Читать книгу Скверный король - Михаил Андреев - Страница 6

– Ты на площади выступаешь или пытаешься забрать мою душу? Делай своё дело, – сказал я, пока она злостно сжимала моё бесчувственное тело. Несколько позвонков хрустнуло из-за того, что она надавила сильнее, но меня это только позабавило.

– Пытаюсь?! Я уже её забираю! Вот, смотри! – она сжала зубы и начала тужиться, накапливая энергию в руке. Ей было тяжело в такой короткий срок совладать с маной, которая перешла к ней из слёз света. Одно дело – получить силу, а другое – распределить её по своему телу.

Пока суккуб тянула время, я быстрыми движениями руки начертил на её белоснежной коже руну пятого порядка Хагал – «антимагия». Сила этой руны в том, что она сужала магические каналы жертвы и не позволяла ей пользоваться заклинаниями короткое время. Но, к моему удивлению, когда я тут же пробудил руну, она загорелась не синим огнём, а красным светом первоматерии.

Хаггеш отдёрнула руку, словно обожглась о раскалённую кочергу. Она склонилась к земле и начала задыхаться. Грудь её трепетала, пытаясь впустить хоть толику воздуха внутрь. Суккуб схватилась за своё горло, будто пытаясь ослабить невидимую хватку. Щёки демоницы покраснели.

Я же поднял своё тело на ноги. Кости мои заунывно провыли, а голова едва не оторвалась; пришлось поддержать её. С Хаггеш же происходило невообразимое. Секунду назад она была уверена в своей мощи, а теперь оказалась в тисках. Руна Хагал работала куда проще: лишь сужала магические каналы, но не воздействовала на само тело жертвы. Видимо, сила первоматерии дала моим рунам новые, свирепые качества.

Хаггеш с трудом поднялась на ноги, пошатнулась, пытаясь убежать, и едва не упала.

– Как… Откуда на тебе клеймо Пандемониума?! Это невозможно! – она зарычала, превозмогая боль и одышку. Тут же, подчинив ослабевшее тело своей воле, суккуб взяла себя в руки. Она с трудом выпрямилась, освободившись от невидимой хватки, а на лице появилась типичная для Хаггеш ухмылка. – Ты полон сюрпризов, мятежный король. Но не сомневайся – я найду способ заполучить твою душу!

Аура первоматерии окутала тело суккуба, укрепляя её мускулы. Она спрыгнула со склона и начала быстро удаляться в направлении Стальграда. Бежала с такой скоростью, что при всём желании я не смог бы её догнать. Впрочем, мне бессмысленно сейчас тратить ману на её поимку. В этом мире полно монстров, которых нужно уничтожить, но моя оболочка вот-вот рассыплется. Нужно искать тело.

Мне сразу представилось, как эта чертовка обманывает городскую стражу, используя ангельское лицо Алины, а после творит бесчинства в Стальграде. В моё время и представить себе было нельзя, чтобы в большом городе находился одержимая. Её бы сразу обезглавили.

Но что это за странная сила, что поселилась во мне?.. Почему руны, которая я собственноручно изобрёл ещё в прошлой жизни, получили новые свойства? Немыслимо! Я получил силу, о которой практически ничего не знаю.

Размышления чуть меня не похоронили. Тело тут же рухнуло на землю, и едва не развалилось на мелкие кусочки. Мне пришлось экстренно распределять остатки маны по конечностям. Хаггеш неслабо потрепала мою оболочку, и теперь приходилось тратить вдвое больше магических ресурсов, чтобы быть «собранным».

Удалось подняться на ноги, спуститься со склона и начать пробираться через очередную стену леса к городу. По пути проверил свою сумку, и понял, что вместо слёз света Хаггеш насыпала туда камней. Казалось, я предусмотрел всё, но суккуб победила меня своей беспринципностью. Впрочем, раньше за моими вещами всегда следил оруженосец, если я был в походе, или камердинер, если я был в замке или во дворце.

На пути к стенам Стальграда у меня не возникло никаких трудностей. Магическая сила, исходящая от купола, была такой насыщенной, что мне даже не приходилось задействовать магические каналы. Тем не менее, случайные кустарники и колючие сорняки разбирали моё тело по частям. Пальцы моих ног лежали где-то позади, а куски кожи остались висеть на ветвях. Выбравшись из зарослей, наткнулся на вытоптанную конями дорогу. Она была достаточно широка и ухабиста, однако всё лучше, чем терять остатки тела в густом лесу. По ней я добрался до Стальграда, и вскоре ощутил: купол над ним рассеивается. Ворота города были колоссальными, как и в мою бытность – метров двадцать в высоту и пять в ширину. Как и сами стены, они были усилены магическим сплавом, который придавал защитным сооружениям прочности. Сейчас же, когда спал купол, они отворились, и внутрь заехал конный отряд. Магические каналы сообщили мне, что их знаменосец несёт штандарт, на котором изображена корона на фоне кровавой луны – герб Григорьевых. Как только последняя шеренга проскакала за ворота, огромные створки начали медленно и со скрипом смыкаться.

Из отдельного проёма рядом с воротами, который закрывался решёткой, наружу высыпал десяток стражников. Какой-то крестьянин подкатил свою кряхтящую клячу, запряжённую в повозку, впритык к воротам.

– Я тебе уже говорил, Осип-Балбес, провизию забирает младший наследник Григорьевых – Мстислав. Сейчас его отец командует в провинции, так что и законы устанавливает он, – сказал один из стражников, по-видимому, начальник – броня его была более дорогой, чем у остальных, сзади развевался красный плащ с золотой вышивкой, а на его в шлеме в форме капли был плюмаж с длинными красными перьями.

– Но как же так, господин начальник?.. Я ведь сам приехал, сам оброк собрал, причём, добавил из своего хозяйства несколько литров молока!.. Разве вашей жене и детям не будет приятно? Просто впустите меня, я разгружусь, а там, глядишь…

– Да-да-да, знаю я ваш народ! Только дашь черни заехать в город, так она там и останется. И будет плодиться, как плесень! Мне дали ясный приказ: никого не впускать и никого не выпускать! Оброк заберёт младший наследник Григорьевых, как я сказал! Точка!

– Ну пожалейте меня, милчеловек!.. Чёрные грабят деревню, убивают людей! А мне что остаётся? Ждать своей смерти?

Начальник стражи нахмурился, положил руку на рукоять меча и выдвинул лезвие из ножен. Крестьянин сглотнул и быстро развернул лошадь. Он стегал свою сонную клячу, пока та наконец не зашевелилась, и проехал по дороге мимо меня. С помощью магического чутья я услышал, как он проворчал, удаляясь:

– Ну и пропади всё пропадом!.. Набросаю вам под стены тухлого мяса, чтобы город крысы сожрали!

Интересная ситуация, – подумал я. – Вместо борьбы с демонами они прячутся под куполом и никого не пускают.

Я собрался с силами и подошёл к стражнику. В город необходимо было попасть по нескольким причинам. Внутри довольно плотная населённость, благодаря чему удастся найти подходящее тело. Кроме того, свой путь лучше всего начинать с таких мест. В нём я узнаю всё, что творилось за последнее время, изучу политическую обстановку, и, возможно, даже захвачу город изнутри. Стальград с его неприступными стенами станет отличным оплотом моей власти. Другой вопрос – где найти верных людей, которые бы мне служили?

Попытка того стоит, – подумал я, подходя к начальнику стражи и надеясь на своё сладкоречие.

– Здравствуй, добрый гражданин! Мне нужно в город… У меня, знаешь ли, дела первой важности, – сказал я, пытаясь придать себе более презентабельный вид. Тут же подул ветер, поднимая подол моей мантии. Краснощёкий начальник увидел изрядно потрёпанные ноги, с которых сыпался песок. Взгляд его поднимался всё выше, пока не добрался до моей головы, склонённой набок из-за того, что она вот-вот отвалится. Он вздохнул:

– Ещё один нищий хочет спасти свою шкуру… Проваливай отсюда, пока пинками не прогнали!

– Эй, Фан, время подошло! Сказали, все важные уже вернулись! – крикнул ему стражник со стенной башни. Начальник кивнул ему, и быстрым шагом пошёл к воротам. По его сигналу из-за стены высыпала дюжина стражников, которая распределилась по наружной стороне ворот, и приготовилась толкать. Изнутри трое стражников всем весом своих телом налегли на ворот. Лебёдка запела тяжёлым скрипом. Стражники снаружи в одно горло ухнули, упёрлись в землю и начали толкать. Морды вмиг стали красными, высокие сапоги взрыхлили землю не хуже запряжённых волов. С невероятным усилием створки ворот поползли навстречу друг другу. Едва между ними осталась узкая щель, стража бегом ринулась внутрь. Ворота закрылись, и всё сразу стихло.

Всего за секунду над городом растянулся сияющий купол. Мне пришлось сделать пару шагов назад, чтобы магический барьер не сжёг моё иссохшее тело. Никогда не видел подобной силы. Где они берут столько маны, чтобы накрыть куполом весь город?.. За годы моего отсутствия многое изменилось!

Когда-то Стальград, за стенами которого они прячут трусливые задницы, принадлежал мне! Теперь же я всего лишь оборванец в лохмотьях… И у меня всё ещё нет тела, – подумал я и обернулся. Сердцебиение одинокого крестьянина в повозке удалялось от меня всё дальше и дальше. Немного поразмыслив, я выбрал другой план действий и отправился за ним.

***

Он ехал по дороге неспешно, склонившись к поводям, и пожёвывал листья табака. Повозка была нагружена провиантом, и возчику приходилось двигаться медленно, чтобы никакое колесо не попало в яму. Ставки для него были высоки: повозка может перевернуться на любой кочке и тогда он потеряет оброк, что так долго копила деревня.

Я без труда смог держаться на почтительном расстоянии от него и не отставать. Преодолев дорогу, мы подобрались к небольшому каменному мосту над рекой. Русло её уходило дальше в лес, где Хаггеш и перенесла моё тело через поток бурной стихии. За время всего пути возчик ни разу не обратил на меня внимания. Впрочем, нам встретилось ещё несколько нищих оборванцев, так что не мудрено, что моё блуждание здесь никого не удивляло.

Возчик проехал мост, и я двинулся за ним. После моста, буквально в десятке метров от него, начинались первые деревенские дома. Само поселение было небольшим: всего несколько десятков хижин, которые, как братья-близнецы, были похожи друг на друга. Крыши уплотнены сеном, а стены составлены из еловых брусков, на которых вырезаны замысловатые волнистые символы – словно примитивная живопись древнейших племён.

Слева от дороги стояли плотные ряды елей, острые верхушки которых напоминали наконечники стрел наконечники стрел. Силы стремительно покидали меня. Я волочил по деревне своё тело, и выглядел, как перепивший кагора монах.