Читать книгу Рожденный в песках - Райв Корвус - Страница 4

Как только наступил вечер, путники вошли в Долину Мертвецов. Айдан видел пески, что тянулись с юга, с запада и востока. Засушливые земли постепенно отдалялись, пока не исчезли из поля видимости. Временами из песка выглядывали темные камни, однако общий пейзаж был однообразен. Бренор уверенным шагом вел путников вперед. Никто не спорил с ним, и не мог знать пески так же хорошо. Иногда тааррун сверялся с картой Айдана, но в целом путь проходил в безмолвии. Когда наступил рассвет, они все еще шли, и только когда солнце полностью показалось на горизонте, сделали привал.

Аадвар наслаждался новой водой. Она была чуть солоновата, но утоляла жажду не хуже обычной. Насытившись, Айдан лег спать, пока его не разбудили на караул. Тааррун-изгой к этому времени уже спал. Аадвар посмотрел на широкую черную спину. Этот изгой, хоть и вел себя несколько настороженно после того, как открылся, но все же не настолько, чтобы дежурить днем и ночью. Был ли это знак, что их компанию не потревожат беды? В особенности то, что Проводник не захочет убить своих попутчиков? Айдану хотелось бы верить, что этого не случится.

Какое-то время аадвар просто наблюдал из-под навеса за горизонтом. Воздух дрожал из-за жары, но тут Айдан заметил фигуры на горизонте. Они словно бы медленно приближались и напоминали людей. Аадвар выпрямился и присмотрелся. Да, это были люди, хотя тот факт, что они шли по пескам в полдень, немного настораживал. Один из них споткнулся и чуть не упал. Хоть Айдан не был асирианином, а именно так и выглядели незнакомцы, в нем все же взыграло чувство жалости. Убедившись, что его голова закрыта от назойливого солнца, он вышел и помахал рукой. Путники его заметили и стали медленно приближаться. Айдан наблюдал за ними. Хотя в чем-то они казались ему странными, он все же до последнего верил, что это обычные люди, пока они не приблизились.

Внезапно Айдан заметил, что у одного из путников отсутствует нижняя челюсть, а у второго – рука. Они волочили за собой оружие, так словно это был ненужный груз. Быстро осознав свою ошибку, аадвар стал быстро будить остальных.

– Вставайте, к нам приближается нежить! – Айдан первым выхватил оружие и приготовился защищаться.

Вторым, кто приготовился к защите, был тааррун. Он выхватил кинжал и встал в боевую стойку. Однако из-за горизонта показалась целая толпа нежити. Они брели точно в сторону живых. Айдан понял, что им сражаться не выгодно: нежить так просто не убить. Если только не порубить на куски или не сжечь. Аадвар посмотрел в сторону изгоя:

– Ты можешь их сжечь до того, как они доберутся до нас?

Тот лишь пожал плечами.

– Попытайся, – произнес Айдан. – Остальные готовы?

Рядом с аадваром встали вархад и Зере. Девушка уже натягивала тетиву. Тааррун сделал жест рукой, но вместо яркого пламени вырвался лишь едва различимый язычок.

– Бренор! – Айдан повернулся к таарруну. – Неужели ты не контролируешь свой дар?

Тот лишь отвел глаза. Аадвар понял: он был прав – тааррун не всегда управлял своим магическим даром, но он не ожидал, что это проявится именно сейчас. До нежити оставалось лишь несколько шагов. Айдан мысленно приготовился к своей последней битве. Еще один шаг, и он сделал выпад вперед. Его клинок снес голову мертвецу. Тот замер, но все еще мог стоять. Быстро уклонившись от встречной атаки, рубанул по руке следующее умертвие. Вархад с изогнутыми клинками закружился в своеобразном танце, с легкостью рассекая гнилую плоть и конечности. Юнец же выставил свое оружие вперед, но все еще не рисковал атаковать. Зере выпускала стрелу за стрелой, но это не сильно помогало. Она вынуждена была отступать, и тогда Айдан направился к ней. Прорубая себе путь, он не сразу заметил, что одно из умертвий замахнулось саблей. Взмах, и аадвар почувствовал, как бок пронзила боль. Резко отступив, он прикоснулся к ране: текла свежая кровь. Не успел он ничего сделать, как рядом показался Бренор. Он приложил ладонь к ране, и та быстро затянулась. После тааррун вытянул руки вперед, и тут из ниоткуда появилось пламя. Оно опалило несколько мертвецов, но даже охваченные огнем, они все еще могли двигаться.

Зере отставила в сторону свой лук и взялась за кинжал. Сражаясь бок о бок с юношей, они пытались не умереть в этой схватке. Айдан все еще чувствовал боль, но кровь из зажившей раны уже не текла. В следующий миг он попытался отрубить руку мертвецу, который замахнулся на Бренора. Конечность повисла на копье, но второй конечностью мертвец попытался нанести удар. Тааррун ловко увернулся и встал к аадвару спиной к спине. Кругом были мертвецы. Они шевелились, хрипели, некоторые сгорали в огне, но все еще могли двигаться. Краем глаза Айдан заметил, что вархад практически утопает в толпе умертвий, но сражался настолько яростно, что даже просто наблюдающий за этим Айдан внезапно загорелся инициативой. Он увернулся от медленной атаки мертвеца и клинком рассек тому руку. Полилась гнилая кровь, но умертвие даже не шелохнулось. Айдан в последний миг увидел, что еще один мертвец замахивается на него копьем. Он почувствовал, что не успевает увернуться, но тут откуда-то прилетело копье и насквозь пронзило мертвяка.

Айдан оглянулся. Он не заметил, как к ним приблизился караван тааррунов. Те приготовили оружие и уже были готовы вступить в бой. Внезапно аадвар услышал грубую речь в нескольких локтях от себя. Обернувшись, он понял, что это Бренор. Он не понимал слов, но таарруны после этого вступили в схватку с нежитью. Теперь их было примерно равное количество: таарруны, которые были примерно на голову выше мертвецов, легко раскидывали умертвий, пронзали их тела копьями и палками, мешая им двигаться. Тут с рук изгоя сорвался шквал пламени. Все мертвецы, что стояли рядом с ним, загорелись. Некоторые из тех, что уже горели, падали, обращаясь в обугленные трупы. Но бой все еще продолжался.

Айдан резал мертвую плоть. В какой-то миг он схватил одного из умертвий за руку и не с первого удара отрезал конечность. Существо еще пыталось схватить его второй рукой и раскрыло гнилую пасть. В этот миг голову тому отсек незнакомый тааррун. В какой-то момент, когда враги расступились, аадвар оценил обстановку. Зере вместе с юнцом и им помогают незнакомые таарруны. А вот вархаду заметно сложнее: его окружили умертвия, и уже успели несколько раз ранить. Их гнилые руки хватали полузверя, но тот, как истинный зверь, вырывался из их хватки и пытался ранить мечами. Айдан свистнул, привлекая внимание Бренора, а после указал на наемника. Тот кивнул – похоже, что понял.

Аадвар ловко нырнул под удар мертвяка и быстро направился в сторону вархада. Тех умертвий, что пытались преградить ему путь, охватывал огонь. Айдан успел в самый последний миг: мертвые уродцы уже вцепились в получеловека, и один из них замахнулся саблей, которая расширялась на конце. Айдан отсек руку умертвию. Его противник не издал и звука. Просто развернулся, глядя мутно-белыми глазами, и нелепо открыл рот, словно силясь что-то сказать. Аадвар быстро подступил к умертвию, которое вцепилось корявыми пальцами в плечо полузверя. Со второго удара он отсек конечность, и вархад вырвался из хватки, ранив еще одного мертвяка, который удерживал его.

Тут на Айдана напало умертвие без рук. Навалившись всем телом, нежить пыталась в него вцепиться гнилыми зубами. Какое-то время аадвар удерживал его тело, отпихивая руками, но тут алебарда снесла умертвию голову, а после подсекла одну из ног. Откинув мертвую тушу, Айдан оглянулся. Это был один из незнакомых тааррунов. Почти весь его торс и руки были покрыты ритуальными шрамами. Этот сильно отличался от других: его удары – быстрые и смертоносные. Он легко отсекал умертвиям конечности, оставляя дергающиеся тела на песке. Еще несколько мгновений – и бой был окончен. Практически все мертвяки оказались недееспособны, но все еще дергались. Их пришлось сжечь, и тут помогло умения Бренора. Хоть и не всегда, но он делал так, что тела умертвий охватывало пламя, и они медленно сгорали.

Айдан осмотрелся. К его удивлению, почти все были живы, хотя некоторые оказались ранены. В том числе и таарруны. Аадвар быстро понял, что нужно делать. Смочив вином лоскут ткани, он стал обрабатывать раны. Практически все приняли эту формальность как должное. Только наемник-юнец дергался, когда Айдан стал обрабатывать его раны. Это мелочь, но она была необходима: раны от умертвий, пусть и не были смертельны, но они могли загноиться или вызвать заболевание. Обрабатывать их просто необходимо – иначе смерть.

Вдруг один из незнакомых тааррунов на своем языке заговорил с Бренором. Тот неохотно ему ответил, а после вопрошающий – крепкий мужчина с седыми волосами – задумчиво кивнул.

– И что это было? – спросила Зере, вытаскивая из мертвеца стрелу.

– Он говорит, что я недостоин быть одним из них, но раз я приношу пользу, то меня не тронут.

– После того, как ты помогал убивать умертвий? Несколько несправедливо.

Тааррун снова заговорил, однако вместо ответа ему, изгой произнес:

– Он говорит, что ты не понимаешь наш род, мятежница.

Вархадка лишь усмехнулась и принялась дальше собирать стрелы с тех, кого еще не предали огню. Полузверь с изогнутыми клинками загадочно молчал. Ему досталось больше других, однако вел он себя достаточно бодро, так словно это не его кусали мертвяки.

– И что теперь? – вмешался Айдан. – Они наверняка с нас потребуют плату за помощь?

– Я ничего с тебя не возьму, маленький человек, – внезапно заговорил тааррун. – Ты сражался доблестно, наравне с нами. Это делает тебе честь. Но законы пустыни гласят, что тот, кто нуждается в помощи, получит ее. Сегодня я тебе помог, завтра, возможно, ты поможешь мне. Или кому-то другому. Это не важно...

Внезапно один из воинов тааррунов упал на землю. К нему тут же приблизились сородичи: в основном женщины и дети. Одна из них, самая старая, обратилась на тааррунском языке к мужчине, который говорил с аадваром. Тот помрачнел и сухо добавил:

– Похоже, одному из нас не пережить этот бой.

Однако тут вмешался Бренор:

– Позволь мне попытаться затянуть его раны. Это не гарантирует его выживание... Но может, он так протянет немногим дольше.

Тааррун надменно посмотрел на изгоя. В его взгляде читалось презрение, однако раненый что-то сказал на родном языке. Главный, а Айдан в этом не сомневался, тааррун все же кивнул, давая шанс изгою. Бренор приблизился. Мгновение он осматривал раненого. Аадвар тоже к нему присмотрелся. Это был достаточно молодой тааррун, однако досталось ему достаточно сильно. Алая кровь, вытекающая из ран, окрашивала песок. Бедняге долго не прожить. К тому же, он может быть заражен. И тут Бренор начал колдовать. Делая пассы руками, он что-то шептал. Делал ли он это затем, что это помогало концентрироваться, или просто он не умел иначе, Айдан не знал. Тут раны таарруна засветились красным светом. Его тело приподнялось, и произошло нечто странное: кровь, которая до этого вытекала из тела, внезапно остановилась и вползла в тело, точно это были мелкие змеи. Не вся, конечно, но аадвар видел, как раны стали заживать сами собой. Даже огромный рубец на животе. Еще несколько мгновений, и красное сияние сменилось странным черным цветом. Бренор что-то сделал с телом своего сородича, но никто не понял что именно.

Вдруг некогда раненый тааррун приподнялся, а после встал. Он с изумлением осматривал свое тело. Вместо ран на черной коже виднелись едва заметные рубцы. Тааррун что-то произнес на своем языке, и его снова окружили сородичи. Все его осматривали, однако не видели кровоточащих ран. В какой-то миг даже вождь этого племени смягчился. Без презрения он посмотрел на уставшего Бренора и тихо спросил:

– Что вы потребуете за то, что спасли от смерти одного из нас?

Вархад уже хотел что-то сказать, но его перебил Айдан:

– Если поделитесь с нами припасами, я дам вам дорогую монету.

– Мы это сделаем просто так. Нам не нужны твои деньги, маленький человек.

Тааррун что-то произнес на своем грубом языке, и одна из женщин взяла мешок и поднесла его аадвару. Тот раскрыл его и посмотрел. Там было полно сушеной еды: мясо, фрукты. Айдан сразу завязал мешок и закинул его на спину.

– Неужели вы ничего не попросите в замен? – удивлялся аадвар.

– Мы идем в сторону поселений асириан. Чтобы обменять наши находки на припасы. Тем более: мы в пустыне. Тут все, кто жив, нам друг. А если нападет или обманет нас – будет хуже ему. Таарруны запоминают врагов. Именно поэтому мы истребляем Проводников: они когда-то стали врагами тааррунов. И мы это помним.

– Но не всех, – заметил наемник-юноша.

– Только тех, кто не вредит своими талантами, и то – зачастую их изгоняют, так как они слишком опасны.

Айдан все же запустил руку в кошелек и извлек оттуда горсть серебряных монет.

– Все же, это справедливо, – он протянул ладонь с деньгами. – Вы пострадали из-за нас, так что, думаю, стоит вам отплатить добром, как это сделали вы. Без вас нам пришлось бы трудно разбираться с нежитью.

Тааррун скрестил руки на груди, однако одна из женщин приняла монеты. Почти сразу она протянула флягу с чем-то. Айдан был в недоумении, однако Бренор ему подсказал:

– Пей.

Аадвар принял флягу и глотнул. Жидкость на вкус была солоноватой и теплой. Айдан невольно поперхнулся, но все же вода, или что это было во фляге, оказалась как нельзя кстати. Женщина тоже отпила из фляги и на вполне обычном асирианском языке произнесла:

– Текшур, воин. Мы признаем тебя одним из нас. Ты добрый, и это делает тебе честь. Возьми это, – она протянула амулет с символом. – Мы нашли это в песках...

Айдан узнал символ Верховной жрицы тааррунов. Изумившись находке, он оборвал речь тааррунки:

– Где вы это нашли? На карте можете показать?

Женщина кивнула, и аадвар достал карту. Несколько мгновений она раздумывала, а после ткнула когтистой рукой в ничем неприметную местность.

– Он вас проведет, – она указала на изгоя. Бренор присмотрелся к карте и кивнул. – Мы уважаем силу. Ты был силен, как и твои товарищи. Для нас честь найти себе подобных.

Айдан на миг задумался, но быстро стал понимать, к чему клонит тааррунка.

– То есть у вас все сражаются? Даже женщины и дети? – с опасением спросил он.

Тааррунка кивнула. В этот миг их вождь что-то ей сказал на их языке. Женщина тут же развернулась и приняла копье из рук другой тааррунки, которая была моложе ее. Вдруг эти существа снова выстроились в несколько рядов и направились дальше. Тааррун, которого аадвар принял за вождя, пошел почти самым последним. Раньше всех шли старые таарруны. Дети оказались окружены более взрослыми сородичами. Среди взрослых, Айдан увидел того самого воина, который успел отличиться в бою. Он был рядом с такими же воинами и создавали в караване некий костяк сильнейших, где-то посредине всей толпы. Очень скоро таарруны обошли наемников, аадвара и изгоя, а после превратились в черные фигуры где-то на горизонте, пока их не скрыл песок. Айдан еще какое-то время смотрел им в след, но тут внезапно заговорил Бренор:

– Еще повезло, что вам не пришлось видеть убийство одного из нас...

– Убийство? – переспросил аадвар.

– Да. Иногда наши добивают смертельно раненых, после чего их плоть делится между сородичами. Сначала родичи, потом по положению. Думаю, вы бы после этого стали презирать нас.

– Такое себе, – вмешалась Зере. – И после этого нас считают дикарями. После такого я сомневаюсь, что звание "варвар" относится не к нам.

– Но с чем это связано? – смутился Айдан.

Бренор передернул плечами:

– Кровь от крови, плоть от плоти. Все, что родилось среди нас, среди нас же и умрет.

– Я давно общался с Сатритом, тоже таарруном, но он никогда о таком не рассказывал.

– Может правильно сделал. Это не то, что хочется рассказывать, – Бренор оглянулся и зацепился взглядом за укрытие. – Его бы переместить. Пока солнце не зашло.

Айдан посмотрел на небо. Солнце все еще было в зените, однако уже медленно склонялось в сторону запада. Они так и поступили: развернули палатку чуть поодаль от останков мертвецов. Уснуть все так и не смогли, так что медленно, пространно смотрели вперед и ждали, когда наступит вечер. А после направились в путь.

Пески уже скрыли следы тааррунов. Ветер медленно перекатывал барханы, словно морские волны, лишая даже малейшего шанса на то, чтобы сориентироваться в пустыне. Возвышенности были там, где вчера виднелись низины. И только камни безмолвно наблюдали за путниками. Вскоре настала ночь, но они все еще продолжали идти. Над их головами было небо, усыпанное звездами, однако видимости толком никакой и не было. Аадвар и асириан шли почти интуитивно в темноте, тогда как вархады чувствовали себя во мраке превосходно. Луна так и не показалась, почти за все время, и тогда путники зажгли факелы. Мрачный, пустынный пейзаж преобразился: теперь тени наталкивались на возвышения и с трудом освещали то, что было спрятано в низинах. Языки света скользили по земле, иногда преображаясь в причудливые формы. Весь мир преобразился, разделившись на свет и окружающую их тьму. Иногда формировались странные силуэты во мраке, словно бы там могли притаиться дикие звери. Но тут, поднявшись на один из барханов, Айдан заметил впереди руины какого-то города. Он оглянулся и заметил Бренора, который тоже остановился, вглядываясь во тьму.

– Ты тоже видишь руины? – спросил аадвар.

Тааррун некоторое время молчал, внимательно присматриваясь. Однако рядом с ними остановилась Зере. Посмотрев на изгоя, а потом вперед, почти сразу произнесла:

– Похоже, что он мало что видит в темноте... О, я смотрю, мы таки добрались до нужного места?

Айдан сверился с картой.

– Похоже, что да. Мы нашли один из затерянных городов. И в этот раз тут явно есть на что посмотреть.

Зере потерла ладони, однако аадвар не разделял ее интересов:

– Не факт, что мы найдем там что-то дорогое, но я надеюсь, что там мы увидим что-то, что даст нам ответы на вопросы.

К ним приблизился вархад с кривыми мечами. Уперев руки о бока, он внимательно осмотрел руины. После чего приподнял руку и жестом охватил весь пустующий город.

– Будем честными: нас тут интересуют деньги, – сказал он. – А что до вопросов... У тебя они есть к этим развалинам?

– Конечно, – Айдан поправил мешок на спине. – Ты знаешь, что раньше песков не было? Да и тааррунов, в привычном для нас виде, тоже.

– Думаешь?

– Уверен. И где еще мы найдем тайны, как не в местах, где толком не было людской ноги?

Наемники, Айдан и тааррун посмотрели на руины. Аадвар знал, что в целом он прав: места, до которых трудно добраться, почти наверняка хранят тайны времен. Особенно, если до них не добрался новый культ. Потому как он почти полностью похоронил знания прежних веков. А для такого, как Айдан, важны были именно первозданные знания, а не их огрызок с чьих-то слов.