Читать книгу Та самая психолог 2 - Степан Мазур - Страница 2

Следующий клиент был молодым человеком, родители которого твёрдо решили, что перед поступлением в институт ему не помешает прибраться не только в собственной комнате, но и навести порядок в голове. Как будто самой подготовки к экзаменам, сдачи ЕГЭ и нагрузки в образовательных учреждения и индивидуальных занятий с репетиторами было недостаточно. Это помимо курсов английского и занятий плаванием, совмещённых с занятиями в музыкальной школе. Тогда как сам клиент по его заверению хотел бы заниматься только фотографией и жизни своей, кроме как стать профессиональным фотографом, не видел.

Перегруженный информационно, измотанный физически, перед ней сидел нервный юноша, что совсем недавно был подростком, затем голос его поломался, плечи раздались в ширь и он понятия не имел, что с этим делать. В добавок ко всему, его звали Елисей. Имя, которое само по себе обязывало учиться огрызаться в обществе и давать отпор. Или стать размазнёй, снося все унижения и выпады.

Однако, клиент пошёл третьим путём и просто игнорировал большую часть выпадов, стараясь отвечать лишь на самые острые, когда не отвечать уже было нельзя. А помимо этого, единственное, что делал юноша незадолго до своего совершеннолетия, это обсуждал с ней, как «вдует тёлкам» и откровенно развлекался, вместо того, чтобы открыться перед ней и обнажить всё свои страхи.

– Я вот в сердцах не понимаю, чем этот ваш психоанализ от гештальт-терапии отличается? – в какой-то момент признался Елисей, чем заставил Киру задуматься о глубоких познаниях молодого человека. Ведь он был далеко не дурак, раз оперировал подобными терминами.

Единственное, о чём жалела Кира в своей жизни – это то, что курсов по психиатрии она так пока ещё и не окончила. Порой было бы проще разбираться с диагнозами людей, которые вроде живут свою обычную жизнь, но нет-нет и «маячки» их странностей поведения периодически всплывают на поверхность. Например, странная фигура Алексея Борисовича, к которому Кира была вынуждена ездить на дом для работы. Она так и не смогла раскусить его. Да что там раскусить, даже поцарапать не выходило. Ну что это может быть за человек. Больной? Да! Очевидно! Опасный? Да! Вероятно! Человек в свои пятьдесят лет так и не смог ни с кем выстроить отношений. Женщина для него – всегда объект, при этом собственная мать – единственный субъект. И то под вопросом.

«Может, всё еще сидит в нём какое-то чувство собственного ничтожества перед ней»? – задумалась Кира: «А невозможность говорить о своих переживаниях что значит? А отрицание страха старения и одиночества в пятьдесят? А отсутствие наследника? А жестокое пренебрежительное отношение к женщинам»?

Но какие бы мысли не посещали её, отвлекающие от происходящего в кабинете, она всегда возвращалась в него спустя мгновение. И перед ней сидел явно не псих, а просто молодой человек, которого система с попустительства родителей решила извести ещё в золотые годы. И вот чтобы из него не получилось нового Алексея Борисовича, холодного как лёд и использующего женщин как одноразовые перчатки, ей требовалось так подобрать слова, чтобы запомнились.

– А, ну тут всё просто, – улыбнулась Кира Елисею, довольная тем, что вышли хотя бы на «профессиональную» волну. – Хочешь знать, как работает психоанализ? Объясняю методологию. Допустим, ты не доволен, что у тебя чешется и болит жопа. И ты, такой, говоришь: «исправьте ситуацию, пока не расчесал!». А я тебе тут же включаю этот режим и говорю: «Ничего страшного, Елисей. У всех порой чешется. Иногда даже – болит. Распространённое явление. Расскажи лучше, в каком возрасте у тебя появились мысли о жопе?». И мы начинаем разбираться.

– Круто! – воскликнул клиент. – И легко запомнить.

– Тогда как гештальд ставит вопросы иначе, – продолжила она. – Он просит тебя открыться и рассказать, что ты думаешь в это время, когда у тебя чешется и болит жопа, обнажив для меня все эмоции.

– Кира Эдуардовна, а вы весёлая! – рассмеялся в голос клиент и тут же спросил. – Почему только кольца на пальце не вижу? Все весёлые ведь должны тролить кого-нибудь дома. Вам нужна публика, как любой актрисе.

– Актёрское мастерство всем порой необходимо, но без кольца я лишь потому, что всё время училась. И моё время веселиться только подходит, – увела разговор немного в сторону Кира с личного фронта и тут же вырулила на другую тему. – Давай тогда поиграем в ассоциации, – решила зайти с другого края Солнцева.

– Давайте! – тут же подхватил довольно эрудированный Елисей и взял инициативу в свои руки. – Вот какие образы у вас рождаются в голове, когда слышите слово «утилизатор»?

– Ну… – несколько растерялась психолог, которая сама привыкла задавать вопросы. – Представляю человека, который уничтожает всякий хлам. Например, старые машины.

– А я представляю человека, который лижет уточку! – воскликнул Елисей и заржал на зависть всем коням. – Ути-лизатор! Нет, ну вы поняли?

Кира поиграла бровями, стараясь отвергнуть всё, что на этот счёт думал Фрейд:

– Так, Елисей, ты вроде бы уже вырос из всех этих игрушек с уточками.

– Да, теперь меня интересуют игрушки другого рода, – ответил он и медленно подмигнул, делая «толстый» намёк. – Ну вы поняли…

– Поняла? – отыграла за дурочку Кира, разглядывая забавного кудрявого юнца, который, конечно же, мнил себя центром Вселенной, где чаще фигурировало лишь одно слово – самый. Будь то обаятельный, самый остроумный, самый желанный.

Но по сути самый создающий информационный шум, когда многим хотелось лишь тишину.

– Те, что продаются в секс-шопе! – уточнил клиент. – Но старые дураки говорят, что до восемнадцати лет нам нельзя ничего покупать в секс-шопе. Так как самого понятия «секс» для несовершеннолетних существовать юридически не должно. При этом эти же старые пердуны предлагают нам пользоваться презервативами. А разве презервативы не продаются в секс-шопе? И прочие латексные изделия. Я может, игрушку в виде члена хочу другу подарить на день рождения. Смешную. Или, может, мы с друзьями скинемся и купим ему бабу надувшую. Ну или козу. Это же как минимум смешно. Но почему эти глупые запреты работают тогда, когда не надо? Я понимаю, когда запрет идёт на продажу алкоголя и курева, но как они собрались решать демографический кризис, если вместо эротики нам подсовывают учебники, а я просто хочу избавиться от прыщей?

– Так, подожди. У меня много вопросов, – призналась Кира. – Во-первых, почему тебя интересуют надувные игрушки в виде козы?

– Потому что хрюшек не было! – хмыкнул Елисей. – Была ещё надувная собака, но это какой-то зашквар. Вот почему взрослый мир предлагает нам ебать надувных животных, делая их гораздо дешевле и доступнее, чем образы женщин? Я вот, может, андроида хотел бы купить. С вагиной вибрирующей. Всё как положено. Даже в кредит. Но карманных денег у меня хватает только на козу. И то в складчину. Другу. Конечно, можно пойти простым путём и игнорируя всякие презервативы, просто заниматься сексом с девчонкой попроще. Но я не думаю, что заделать следом ребёнка и самому при этом учиться, чтобы ещё только найти работу, это хорошая идея. Так откуда столько лицемерия во взрослом мире? Они заставляют нас читать рассказы об изнасилованных крестьянках и утопленных собаках, но рассчитывают на адекватное поведение? Да даже в детских сказках колобка схавали до последней крошки, как блинчик за завтраком, а ведь он был личностью! Так у кого мне было адекватности учиться? У Маши, что с медведем жила и которую родители бросили? У Ивана-дурака, что либо, из лужи пил, пока козлом не стал, либо на лягушке женился, ну чисто чтобы попробовать. Я поэтому ни разу не удивлён, что мои сверстники собакой хотят стать, чтобы об этом просто не думать. А некоторые в такой строгости живут, что и собаку то завести не могут. Так они придумали другой выход – гулять с воображаемой собакой! Хоббидоггинг называется. Но нет, взрослый мир начинает ворчать, даже когда подростки ходят по улице с поводком на проволоке, к которому ошейник приделан. А всё потому, что вас без разницы, чем мы заняты и чем нас пичкать, вам важнее то, чтобы мы проложили ваши дела. А дела ваши, я бы сказал, не очень. Что-то я не вижу вокруг небоскрёбов в каждой деревне, как в Дубае. Зато прекрасно вижу то, что передали нам наши деды. Да вся страна живёт на советском наследии! Но вот в чём принципиальное отличие. Там была разумная цензура. А вы предлагаете лишь ничем не обоснованные запреты. Поэтому, когда мне стукнет восемнадцать, мне одновременно можно идти в армию убивать врагов, проливая свою и их кровь ради высшего блага, но при этом нельзя употреблять алкоголь, который – о боже! – будет негативно воздействовать на мой организм, что конечно же, отразится на нём в дальнейшем. Но что там, вообще, в том вашем будущем будет, которое вы для нас строите? Не думаю, что хотел бы дожить там до пенсионного возраста. Поэтому мой вердикт, Кира Эдуардовна, просто. Мне нужны сиськи. Именно в этом возрасте. А потом мне, как и вам, уже ничего не будет нужно.

– Так, погоди, – нервно улыбнулась Кира от потока информации. – Во взрослом мире не всё плохо. Но, походу, ты просто… не желаешь взрослеть?

– Не то, чтобы не желаю, – уклончиво ответил Елисей, – но и восторга от этого не испытываю. Взрослый мир полон запретов. У вас же всех лица серые.

– Но ведь без запретов тоже никак. Это сразу приведёт к анархии, – тут же попыталась защитить взрослый мир Кира. – Все просто начнут бить друг друга на улице и… и…

– … что что? Перестанут платить по квитанциям? – прищурился юноша и победно откинулся на стуле. – Но вся эта хрень с банками, платёжками, налогами и прочими обязательствами это как раз средство удержания человека в рамках, которые со временем начинают душить. Не похоже ли это на захват питона или анаконды?

Кира замолкла, переваривая информацию. Порой и её внутренний пиздюк сопротивлялся и пытался всё отмотать назад, в тот мир, где она всё ещё папина принцесса и видно только переднюю сторону радужного пони.

Спасли часы, показавшие конец сеанса.

– А насчёт этого мы поговорим в следующий раз, Елисей, – победно подскочила Солнцева из-за стола, но парень в кресле посмотрел на неё так, что даже домашнее задание расхотелось давать.

В глазах по ту сторону, душа требует развлечений.

«Потому и протестует против всего и вся», – добавила Люба: «Его просто слишком нагрузили в последнее время. А рано или поздно на любой плотине случается перелив, если вовремя не открывать шлюзы».

– Давай так, Елисей. Если соберёте деньги на надувную куклу «другу», так уж и быть, я сама вам её куплю. А о козах и хрюшках больше не думай. Договорились?

В глазах юноши мелькнуло недоумение, а затем надежда.

– Правда?.. Нет, вы сейчас серьёзно?

– К сожалению, взрослым приходится держать слово, – кивнула Кира и проводила его до двери, пока не продолжил общение. – Бывай!

Взрослый мир немало перегибает, бряцая оружием. Украв у молодого поколения стремление к звёздам, он заменил её имитацией в виде виртуальных миров. Тогда как натуральный мир вдруг принялись «подкрашивать» дополненным миром. Но покемоны на фоне свалки – это всё ещё жизнь на свалке.

Кира вернулась домой без сил. Посреди коридора стоял кот. А прямо между ними висела сползшая вниз по стене обоина, на которое животное смотрело внимательнее, чем на временную хозяйку.

– Лютый… не надо, – выставила руку перед собой Кира, одновременно разуваясь другой рукой.

Вроде же только ремонт закончила. Почему обои подвели?

– И что ты мне сделаешь? – предупредил кот, подходя всё ближе к отклеивающемуся краю. – Накажешь? О, да я тогда тебя так накажу, век в сухих тапках ходить не будешь!

– Да не проживёшь ты век, шерстяное недоразумение! – снова предупредила кота Кира, не глядя вешая пальто на вешалку.

Конечно же, промазала. То упало на пол, собирая на себя шерсть.

«Блин, надо всё-таки робопылесос купить»! – решилась Кира, глядя краем глаза на разлетевшуюся от падения шерсть на полу, которую как будто квартал не убирали.

Тогда как мелкая божья коровка, очевидно показавшаяся на свет божий с балкона, привлекла внимание Лютого и этого сыграло роковую роль. Ведь стоило коту прыгнуть на неё, как она подлетела и села на обои, а затем сползла на самый край… злополучной обоины.

– Не-е-ет! – крикнула Солнцева, подрываясь с места до обоев.

– Сейчас я её поймаю-ю-ю! – возразил ей рыжий кот, впиваясь одной лапой в насекомое, а другое аккурат в край отклеившихся обоев.

Треск раздался как сердца треск. Сердце на миг бухнуло, а затем ушло в пятки, после чего, сделав круг, встало под горло.

– ТЫ!!! – рыкнула Кира, с печалью глядя как обойный клей отказался сдавать позиции и прекратил немотивированное отклеивание обоины, попросту порвав на тот моменте, где его было больше.

Оторвав кусок порядка метра, что ушёл вниз тоненькой полоской, Лютый приземлился с довольным видом. Ведь в лапе его была… божья коровка. Потому тут же отскочив от бесполезного куска обоев, он помчался с ней обратно на оставленный для него открытым балкон.

Кира включила больше света и погладила обои. Мягкие, нежные, красивые, подобранные в тон и по стилю общей обстановке, они теперь зияли серым куском стены. Холодная, злая, она как будто усмехалась над хозяйкой, напоминая, что… «последний рулон тогда забрали в магазине. И таких больше на складе нет, а обрезки ты выкинула на радостях».

– Не-е-ет! – тут же хлопнула ладошкой по стене Кира и сползла на коленки на пол.

Её любимые джинсы тут же собрали рыжую шерсть, а настроение было безнадёжно подпорчено. Но в этот же момент её озарило. Весь день пронёсся перед глазами и как будто звёзды на небе сошлись!

Достав телефон из сумочки, она тут же побежала на кухню, на ходу тыкая в контакт.

– Ало, Вова?

– Да, Кира, – зевнул человек по ту сторону динамика, так как это её вечер только начинался, а из-за разницы во времени в Сибири уже отходили ко сну из-за разницы в 3-4 часа.

– Слушай, а ты же в ремонтах шаришь? – припомнила она и Толю-соседа, и обоину в коридоре.

– Конечно! Я и по ремонтам могу, – тут же взбодрился Вова, уцепившись за новую возможность подзаработать. – А что?

– А то, что мне с соседом надо кое-что отремонтировать. Ну, мне кое-что, а ему – почти всё. Она пока толком только электрику сделал. А всё остальное, так сказать, в «режиме ожидания». Хочешь заняться ремонтом «под ключ»?

– Ну как «заняться»? – хмыкнул Вова Дрищев. – Мне же до тебя тысячи километров добираться. Это в Москву сначала лететь, потом до Ростова ещё день на поезде ехать. А я летать боюсь. Не доверяю я железной многотонной хрени, которая под небесами как птица летает. А что если там… шурупы хреново закручены? Что, если гайки плохо завинчены? Да и железо сейчас уже не то делают. Ну его нахрен!

– А если сразу тебе билеты на поезд возьму? Ну, от Новосибирска до Ростова? – подсластила пилюлю Кира. – С пересадкой через Москву, конечно. Да и по времени подольше, зато лететь никуда не придётся. Отдохнёшь пару дней в купе, выспишься, а по приезду сразу за работу возьмёшься. Со свежими силами.

– Ой, не знаю, не знаю. Да я с собой и инструмент-то взять не смогу. Так если только, по мелочи.

– Инструмент мы и тут взять сможем, – тут же прикинула Кира и добавила, вспомнив про обои и обойный клей. – С материалами заодно. У нас же доставка.

– Ну, это уже больше похоже на правду, – заинтересовался сибиряк в поисках работы. – А что по деньгам?

– По деньгам, – повторила Кира и вдруг вспомнила, что платить за работу надо даже старым друзьям. – А по деньгам не обидим, Вова. С соседом сейчас поговорю. Ты как берёшь? За объект при расчёте или почасово?

– Я за квадратный метр беру. Обычно, – немного подумав, ответил Вова, но вспомнив, что имеет дело с подругой дней его суровых, добавил осторожно. – А там большая квартира? Много делать надо?

– Так двушка у соседа. И у меня. Но у меня только обои поклеить, – прикинула Солнцева, но тут поймала недовольный взгляд Лютого. – Точнее, пока только обои, а там посмотрим, – тут же добавила она. – Да средние квартиры, так-то. За неделю управишься, если постараться.

– Неделю на две квартиры? – удивился даже Вова. – Как бы не месяц! А ещё дорогу туда-сюда приплюсуй. Это уже полтора. Да и с тобой мы посидим или как?

– Ну может и… месяц, – уже менее уверенно добавила Кира, прибавив к стоимости месячной работы человека билеты, накинув цену за инструмент и материала.

«А ещё его надо будет кормить»! – тут же добавила Люба.

– Посидим, конечно, – сказала уже не так уверенно Кира и вдруг поняла, что либо Толе придётся жить у неё, либо Володе, так как снимать ещё и гостиницу на месяц точно не вариант. Без последних штанов останется.

«А ещё Лютого надо родителям вернуть», – напомнило Альтер-эго и Кира глубоко задумалась.

Не так уж и просто в наше время поклеить обои.

– Ладно, Вова. Ты тогда спать ложись, – вспомнила про разницу во времени Кира, посмотрев на часы. – А я пока схожу к соседу, обмозгуем. А уже утром созвонимся и обо всё договоримся… Идёт?

– Лады, – ответил друг детства и первым положил трубку.

Кира тут же спустилась к Анатолию Лаврову. Открыл он в своей уже привычной ковбойской шляпе, которая на этот раз была не сплошь в паутине, но вся в белой штукатурке.

– Слушай, Толя. Ты один с этим ремонтом так до самого Нового Года провозишься, – сходу зашла она с козырных карт о взаимовыручке и добропорядочной соседской поддержке.

Сам Анатолий на это предложение лишь расширил глаза и сглотнул.

– И… что ты предлагаешь? – безмерно удивился он, в голове уже прокрутив немало вариантов, когда они съезжаются вместе, а квартиру отдают рабочим на растерзание, а когда бригада отдаст ключи от их нового рая, сами туда переедут или будут сдавать. А ключевое слово там – вместе.

Но Кира имела другие планы и потому добавила:

– Так давай я тебе мужика одного рукастого приведу в помощь. Ну как приведу? Привезу! – улыбнулась она.

– Да я как-то не планировал, – тут же был сбит с толку Толя, который только-только интернет провёл, чтобы сесть за работу. А все сбережения по жизни и так потратил на квартиру и лишь самое необходимое… включая шляпу.

– Да чего тут планировать? Сейчас Вова приедет и всем нам поможет, – тут же озадачила его Солнцева и принялась расписывать достижения друга в строительном деле лучше всякого резюме.

– А, ну раз во всём разбирается, то… надо брать, – наконец, вздохнул сосед, который и сам безмерно устал от ремонта, мечтая лишь лечь на диван и дня два не двигаться.

– Ну вот и давай билеты ему возьмём для начала, а как приедет, пусть сразу работает, – тут же предложила Кира. – А мы пока денег ему поднакопим за работу. Только надо что-нибудь сразу на материалы отложить и инструменты взять. Расходники всякие.

– Ага, расходники, – добавил уныло Толя, который хотел только всё старое из квартиры вынести, а уже потом делать ремонт. Комнату за комнатой. Не сразу.

В этом году ему бы и стола офисного хватило с компьютерным креслом, куда рабочий компьютер можно поставить. А дальше – по обстоятельствам.

Но с другой стороны, красивые соседки тоже не каждый день с предложениями захаживают. И если будет тормозить, то так и не наведаются за солью.

«А в такую квартиру и налоговая не сунется», – подытожил для себя Анатолий и в душе решился оформить кредит.

Один, небольшой, можно, а погасит с первой зарплаты. Айтишники всё-таки на пике спроса. Быстро закроет.

– Ладно, можно и Вову в помощь, – улыбнулся соседке Лавров, продумав все варианты.

Что может пойти не так?