Читать книгу Закон Китобоя - Виктор Григорьевич Балена - Страница 8

о том, как японские часы Seiko загадочным образом появились на руке начальника и ещё одного следователя, о золотых серьгах в ушах подозреваемых, о череде трупов и о чашечке кофе «без сухарика»

1

На каталке, прикрытое простынёй, лежало тело. Медицинский эксперт отбросил простыню.

– Похож на Шляпника, – сказал Юрьев.

– Это он, Сергей Николаевич, – сказал эксперт. – Родные подтвердили. Мы уже готовим заключение.

– Что ещё, Басов? – спросил Юрьев.

– Тело обнаружила хозяйка квартиры, – сказал Басов. – Квартиру сняла молодая девушка. Зовут Таня. Странные у нас люди, Сергей Николаевич, хозяйка взяла вперёд четыреста рублей и даже фамилию не спросила.

Они вышли на улицу. Юрьев вдруг поинтересовался у Басова:

– Басов, почему ты не женат?

Андрей не сразу нашёлся что ответить.

– Не тянет меня пока на это поприще, товарищ командир.

– Потому что ты не можешь ясно выражать свои мысли. А женщины любят ушами. Они со слов улавливают наши желания.

– Насчёт желаний у меня нет проблем. Здесь я мысли конкретно формулирую.

– Так, чтоб через час, Басов, максимум через два, девушка Таня была с фамилией.

– Есть у неё фамилия. Колосова Таня. Студентка МГУ.

– Если она действительно студентка.

– Сто процентов, Сергей Николаевич, отец член-корреспондент Академии наук.

– Найди её, Басов, и допроси. С ректором договорись, чтобы её на пару дней от занятий освободили. Девушке скажи, чтобы сегодня же уехала из города.

– А вы, Сергей Николаевич?

– Я в управление.

– Вы, Сергей Николаевич, почему не женаты?

– Потому что главным в браке считаю любовь. Чтобы жить рядом с человеком, надо его любить, Басов.

– Вы ведь развелись?

– Развёлся.

– Не любили?

– Любил…

– А жена вас?

– Любила.

– Так что же?

– Я с «формулировками задерживал», – улыбнулся Юрьев.

Он достал из кармана трёшку и протянул Басову:

– Андрей, возьми такси.

– На метро быстрей, Сергей Николаевич.

Чёрная «Волга» неслась по резервной полосе. Таня взглянула на отца.

– Ты опять из-за меня опаздываешь?

– Я предупредил, что задерживаюсь, – ответил отец.

Он был благодушно настроен.

– Я разговаривал с деканом. Он тобой доволен.

– Это хорошо, папочка?

– Мама говорит, что ты целыми днями дома сидишь, занимаешься.

– Это разве плохо, папочка?

– Хочешь на каникулы куда-нибудь поехать?

– Хочу, папочка.

– В Болгарию, например?

– Да, папочка.

– Сегодня поедешь со мной на дачу?

– Конечно, папочка.

– Тогда заеду за тобой, как всегда, после лекций.

Таня поцеловала отца, вышла из машины и пошла по дороге к университетскому корпусу.

Неожиданно на дороге появились «жигули». Машина, набирая скорость, неслась на Таню. Девушка не успела обернуться, как страшный удар настиг её.

2

В кабинете Мухинаса стоял запах фирменных сигарет. На столе лежала пачка Dunhill – редчайший дефицит той поры. На запястье следователя поблёскивали хромом новенькие Seiko. Японские часы и вовсе считались немыслимой роскошью. Юрьев подсел к столу.

– Сеня, я только что видел труп Шляпника, – сказал Юрьев, наблюдая за тем, как Мухинас потихоньку сдвигал рукав куртки, прикрывая часы на руке. – Кто-то идёт впереди нас и «выкашивает всё». Нельзя ли нам как-то подсуетиться, чтобы не отставать?

– Экспертиза дала заключение. Кожа идентична той, что пропала со склада на базе. Да это и без того ёжику было понятно, – равнодушно ответил Сёма.

– Это важно, Сеня. Ты молодец. Расскажешь это директору Самохину. Вызывай его на допрос.

Сеня сделал удивлённый вид.

– А некого вызывать, – ответил он.

– То есть?

– Директора вчера вечером из-под стражи освободили.

– Кто?

– Распоряжение начальства. Я думал, ты знаешь.

Секретарь подумала, что начался ураган, что ветром открыло дверь, когда Юрьев влетел в приёмную подполковника Крутова. Она вскочила со своего места с намерением защищать позиции. Семён, сопровождавший Юрьева, подмигнул девушке, давая понять, что ей не по силам остановить разыгравшуюся стихию.

Юрьев без стука ворвался в кабинет. Крутов пил чай. Человек он был немолодой и нервный. Он вздрогнул от неожиданности и выронил баранку, которую собирался откусить.

– Кто отпустил директора базы? – поставил вопрос ребром Юрьев.

Крутов видел, с какой непритворной наглостью Юрьев попирает ковровую дорожку его кабинета, на которую не без трепета ступают его коллеги. Он решил на прямо поставленный вопрос не отвечать и начал издалека.

– Я закрываю глаза на твои действия, Юрьев. Во всём иду у тебя на поводу. Ты делаешь, что хочешь. Тихо вьёшь из меня верёвки. Могу я за всё хотя бы избавлен быть от посещений адвокатов твоих подследственных, которых по-своему усмотрению ты оставляешь ночевать в тюрьме?