Читать книгу Второй Великий Учитель трилогия - Александр Саян - Страница 26

Уже было темно на улице, но я сидел на веранде возле остывшего чайника и переживал разговор с Медой. Мы впервые по-настоящему поссорились. В конце перепалки она даже заявила, чтобы я сегодня спал на своем диване и что она меня больше видеть не может. Я сидел и решал – мне сейчас пойти к ней подлизываться или на утро перенести? Я уже готов был сдаться и согласится на ее требования.

После возвращения с учений, я Меду видел редко. Она рьяно лечила и опекала своих крестников. Первые два дня даже домой не приходила, дежурила в больнице. Раны у новичков по меркам Улья были пустяковые, но Меда есть Меда.

Затем она их устраивала в стабе. Бесплатное общежитие для новичков ей не нравилось. Антисанитария, тараканы и плохая компания из алкоголиков. Она ходила ругаться с Мэром, а потом поселила Логана в своей бывшей квартирке, благо ее никто не занял, а Лару подселила к Маше.

Возле детей крутились какие‑то подозрительные личности. Логан сам тянулся потереться возле вечно бухих рейдеров, послушать про их героические подвиги. А недавно к Ларе пробовал приблизиться Хряк со своей ручной шалавой. Пытались, наверное, ее в бордель завербовать, но Меда их так нагнала, что не скоро еще сунутся.

Сегодня она пришла с работы и заявила, что хочет поселить детей в нашем доме. Я ей пытался возражать, что нельзя так рьяно опекать новичков. Им нужно самим научиться выживать в Стиксе. И еще – они по меркам Улья уже не дети, Логан на пол головы выше меня. Предлагал ей устроить Лару уборщицей в больнице и что готов ей платить зарплату из своего кармана – споран в день. Сам недавно у Хряка за пол спорана работал. А Логана к Беркуту пристроить. Там нормальные ребята, не обидят. И еще говорил, что после принятия красного жемчуга, что она из меня выбила, у подростков, возможно, появятся полезные умения и они будут нарасхват.

На что девушка отвечала, что и без советов сопливых Лару в больницу на работу приняла, а Логана на убой Беркуту не отдаст, у него каждый месяц пол состава отряда гибнет. Назвала меня жмотом, эгоистом и ушла, всхлипывая спать.

Раздался звонок. Я недавно нанял спеца, который оборудовал мой дом электронными замками и системой видео наблюдения. Звонили в дверь у ворот с улицы. В мониторе была видна одинокая фигура с капюшоном на голове. Дал команду приготовиться маленьким охранникам и нажал на кнопку открытия замка. Во двор зашел человек снял капюшон и громко спросил:

– Здравствуйте. Разрешите войти?

Голос я узнал. Этот человек недавно уже был в этом дворе.

– Проходите, садитесь, – указал на пустой стул.

– Я вас слушаю.

Человек представился – меня зовут Майор, я пришел передать важную информацию, касающуюся вашей безопасности.

Протянутую мною руку пожала сильная ладонь.

– Рассказывайте, что вы в своем Институте придумали.

– Я не от Института, а как частное лицо. Из Института я уволился.

– Вот как! Ну все равно рассказывайте, что вы хотели сообщить.

Это был тот самый военный, который в прошлую встречу делал зону тишины и распознал, что стрекоза – это не иллюзия. И вот, что он мне поведал:

После нашей последней встречи, срочно вернулись в Институт. Вуду был сильно напуган и всю дорогу нервничал. В Институте начались и продолжались каждый день ученные советы. Мнения ученных разделились, и они никак не могли договориться между собой. Большая часть, а это были в основном молодые рядовые сотрудники, стояла за мирное сотрудничество, но старая верхушка ветеранов Улья хотела продолжить силовой вариант. Доходило даже до мордобоя, так страсти раскалились.

Его на эти совещания не приглашали – простой наемник, не ученный, но сплетни доходили. В конце концов победило меньшинство, и они решили захватить Меня Деда в плен. Несколько ученных в знак протеста подали в отставку.

В Институте практически произошел переворот. Раньше высшим органом власти был совет и по всем основным вопросам решение принимало большинство этого совета, но теперь совет был объявлен совещательным органом, а решения будет принимать президиум совета во главе с директором.

Для осуществления операции захвата решили привлечь внешников с их техническими прибамбасами. А возглавить операцию должен был он – Майор. Майор со своим несогласием промолчал, да и кто будет его согласия спрашивать. Приказали: «Вперед, выполнять, наемник!»

Служить рядом с внешниками, это был слишком большой перебор для его принципов, и он ночью потихоньку ушел. И вот сейчас сидит передо мной.

– Вы, наверное, с дороги, голодный. Сейчас я вас угощу чаем.

Я пошел на кухню за кипятком и чаем. Принес нарезанной колбасы и хлеба. Майор благодарно на меня взглянул и стал это с аппетитом наворачивать. А я молча наблюдал за ним. На провокатора не похож, производит впечатление честного человека. Ясные глаза, мужественное лицо, чувствуется, что повидал немало. Чуйка молчит. Когда он доел я предложил:

– Майор! Я вам верю. Предлагаю перейти на ты и расскажи пожалуйста о себе. Что ты хочешь в этой ситуации для себя?

Оказывается, он был до мозга костей военным спецназовцем. Суворовское, а затем высшее военное образование. Воевал в Чечне, Сирии, Ливии, в Центральной Африке и еще кое‑где. Занимался специальными операциями – ликвидации, захват в плен, подрывы, диверсии и все такое прочее. Попав в Улей, занимался тем же самым, больше ничего не умел. Нанимался в разные крупные стабы и участвовал в местных междоусобных войнах. После приобретения приличного опыта и нескольких умений его заметили в Институте и пригласили на работу.

В Институте он занимался тем же самым. Платили хорошо. Окружение приятное – интеллигенты, ученые. Сначала очень даже нравилось, а потом он узнал про контакты с внешниками. Ему часто поручали обеспечивать безопасность караванов с секретным грузом к внешникам и обратно. В институт приезжали люди в скафандрах и противогазах.

У майора были свои счеты к внешникам. Он потерял несколько друзей из‑за них, и его подруга попала на разделочный стол к мурам. Майор начал планировать свой уход из Института. Спусковым крючком послужила встреча со мной, куда его взяли в качестве ментата. Муравьи ничего плохого для него или его близких не сделали, и он решил поменять сторону.

Для себя за этот поступок он ничего не просит, но, если нужен его профессионализм, готов служить и воевать. Может быть охранной у меня, раз его прежние работодатели готовятся к захвату.

– Майор. А какие у тебя умения, если не секрет?

– Клокстопер, снайпер, сенс, ментат и еще кое‑что по мелочи. Я уже почти тридцать лет в Стиксе.

– Прилично! Знаешь мне сейчас охрана не нужна. Уже есть. А вот в ближайшем будущем ты мне можешь очень даже пригодиться. Найди Беркута. Скажи, что от меня. Я думаю, в его отряде тебе самое место. Возможно, скоро начнется заварушка с внешниками, вот тогда ты и все беркутовцы мне очень понадобитесь.

Ударили по рукам, Майор ушел, а я стоял и смотрел ему в след. Да сильный и опасный для врагов профессионал. С его умениями и особенно клокстоперством, он бы за пол секунды мог бы разнести все вокруг, мои осы даже почесаться бы не успели.

Теперь придется готовится воевать на два фронта. Институт добавился во враги.

Вдруг почувствовал, что меня со спины обнимают.

– Я все слышала.

– Вот видишь Меда, брать детей к нам в дом слишком опасно.