Читать книгу Второй Великий Учитель трилогия - Александр Саян - Страница 30

Я подъехал к воротам, створы которых начали разъезжаться в обе стороны и оттуда выскочили вооруженные люди. Часть из них держала меня под прицелом, а остальные грубо вытащили из автомобиля. Бегло оглядев в поисках оружия, повели меня вглубь стаба.

Я шел в окружении направленных в меня стволов, с руками застегнутыми наручниками за спиной, и с любопытством осматривал окрестности. Вскоре меня подвели к внутренней крепости.

Таганка, в сущности, была обычным стабом, со своими магазинами и борделями. Как же без них. Но делилась на две части. Внутри был как бы город в городе, тоже окруженный стеной, со своими вышками и пулеметными гнездами. Во внешнем кольце жили люди, которые обеспечивали жизнь Стаба товарами, пищей и энергией, а муры базировались во внутренней крепости, где кроме казарм и штаба располагались тюрьмы и разделочное производство. Производство органов для перепродажи внешникам.

Я прекрасно знал все закоулки этого стаба, потому что во всех щелях и укрытиях притаились маленькие боевые осы, ожидающие часа икс. По стенам пробегали быстрые и незаметные зеленные насекомые с большими фасеточными глазами, а в воздухе не спеша барражировали обычные для Улья стрекозы.

В подвале штаба находилась очень охраняемая тюрьма для особо опасных пленников. А опасные они были для муров, потому что сидели там ветераны улья. Эти рейдеры обладали серьезными умениями и их органы особенно ценились внешниками. Местный знахарь по имени Менгеле, умел как‑то подавлять у пленников способность к применению боевых умений и заведовал этой тюрьмой.

Все мои попытки создать в этих помещениях скрытую базу из насекомых, не получались по двум причинам.

Во‑первых тюрьма представляла из себя железобетонный герметический мешок. Попытки прокопать через его толстые стены проход, требовали слишком долгого времени.

Во‑вторых по приказу Менгеле помещения тюрьмы каждый день обильно обрабатывались хлорной известью. Этот живодер был помешан на стерильности. Те насекомые, которые успевали залететь внутрь через открываемые иногда двери, неизменно гибли от отравления.

Вот в этой тюрьме по всей видимости и держали Меду. И моя задача была вытащить ее оттуда живой и невредимой.

Меня завели в большое помещение в здании штаба. В нем вольготно сидело и стояло около полутора десятков муров. Верхушка Таганки, догадался я. Во главе компании за большим столом расположился крупный, лысый мужчина с большими толстыми волосатыми руками, а рядом крутился Михалыч. Все уставились на меня. Прицелы моих конвоиров, продолжали смотреть в мою голову.

– Вот видишь, Барин, как я тебе и обещал, Дед явился собственной персоной. А ты не верил. – Произнес Михалыч.

– Обыщите его, – уже другим тоном скомандовал Михалыч моим конвоирам.

Меня тщательно обыскали, продолжая держать на прицеле. На стол Барина положили небольшой пенал, который был до этого в моем кармане. Мур выкатил на стол десять бусинок – пять черных и столько же красных и рявкнул – Где белки?

– Подожди, Барин, я уже видел такое у этого фокусника. Один раз его тоже так же обыскивали и белку не нашли, но потом у него белка из ниоткуда появилась – засуетился Михалыч.

– Так давай его распотрошим и посмотрим, что там внутри.

– Барин, я думаю, что он их в пятом измерении прячет. Слышал, что такие фокусники в Улье есть. Может и у этого такое же умение. А если порежем, то ничего не возьмем с дохлого, – и, повернувшись ко мне, спросил:

– Дед, ты принес белый жемчуг?

– Принес. Пять штук.

– Ну вот, видишь, принес, – облегченно произнес чекист и повернулся опять к главному муру.

– Так давай, выкладывай, – опять рявкнул Барин.

– Выложу, когда Меду из стаба выпустите. Выполняйте свою часть договора.

– Михалыч, я сейчас его буду по кусочкам делать меньше, пока он белки не отдаст.

– Да, хотел предупредить, – я встрял в чужой диалог, – я предполагал, что наши переговоры зайдут в тупик и приготовился к этому.

Все головы повернулись в мою сторону.

– У вас есть только один способ получить белый жемчуг, это выпустить Меду из стаба. Я понимаю, что вы меня в любом случае убьете, но пытать меня вы не сможете.

– Это почему мы не сможем? – удивился Барин.

– У меня есть одно очень простое умение. Я могу остановить свое сердце, когда захочу и безболезненно помру.

После минутного замешательства всей муровской компании, мозги у них не очень быстро работали, Михалыч начал что‑то шептать на ухо главному муру. Тот согласно кивнул и выдал команду.

– Эй, Менгель, тащи сюда эту бабу. Мы за базар отвечаем! Все будет по понятиям!

Человек интеллигентного вида с четким пробором в черных волосах исчез в небольшой двери в противоположном конце помещения. Ждали долго. Я лихорадочно думал, как вывести из комнаты жену, чтобы спокойно начать побоище, и чтобы никто ее не смог случайно пристрелить.

Во всех укромных местах этой комнаты притаились маленькие осы. Они неподвижно сидели за шкафами, под столешницей, на нижней поверхности стульев. Их было много, и я в любой момент мог отдать команду действовать ближайшим из них. А эти ближайшие следующим. Цепная реакция запуска атаки. Такая же система была настроена по всему муровскому стабу.

Минут через пятнадцать из той же двери появился доктор Менгеле, за ним Меда и три автоматчика, с направленными на девушку автоматами. Меда выглядела не очень, мешки под глазами и вся какая‑то сонная, словно ее только что разбудили. Мы обменялись взглядами. Какая же она все‑таки красивая!

Голова напряженно искала варианты:

– Как же ее вывести отсюда, чтобы я мог спустить с поводка своих бешеных насекомых? Если это сделать сейчас, какой‑нибудь придурок, что сейчас целится в нее может выстрелить со страху и все пропало.

Додумать эту мысль мне не дала Меда. Она резко закричала:

– Стоять смирно, уроды! Оружие на пол! Всем смотреть на меня!

Я с обожанием уставился на свою любимую красавицу. Она само совершенство, а как мило и остроумно изъясняется. Мне стало плевать на всех остальных, я не мог оторвать глаз от моей любимой. Я готов выполнить любой ее приказ. Готов с радостью умереть за нее. Высокое и радостное чувство переполняло мою душу.

Менгеле отстегнул наручники девушки, и она устремилась ко мне, не обращая внимания на пожирающих ее глазами остальных мужчин.

– Дедушка! Прости меня! Я старалась тебя не зацепить, но промахнулась. Как я себя ненавижу за это!

О чем она говорит я не понимал, я с обожанием слушал ее волшебный голос и мне больше ничего не надо было.

– Сейчас я тебя подлечу. Я же знахарь. Садись любимый.

Она усадила меня на стул и стала водить руками вокруг моей головы. Я наслаждался моментом. Но постепенно в результате манипуляций знахарки в моей голове начало прояснятся. Нет я не стал меньше обожать свою любимую, я также готов был за нее умереть, но в моей голове как бы прояснилось и появилась другая мысль. Пора начинать!

Я понял, что все муры в комнате околдованы также, как и я и не представляют опасности и устремился к окну. Открыл створки оконной рамы и из нашего помещения наружу вылетело облачко быстрых как молния насекомых. За окном они разошлись веером по всем направлениям и началось. Послышались крики, раздалась беспорядочная стрельба и звуки падающих тел с высоких стен внутренней крепости. Но меня это не очень интересовало, я развернулся и стал соображать, что дальше делать.

– Дед, ты как? Отошел?

– Отхожу. Что это было, Меда?

– Я тебе все расскажу любимый. Убей их и давай отсюда прорываться.

– Нет. Прорываться мы не будем. Эти надолго так? – Я кивнул головой в сторону оцепеневших муров.

– Пару суток как минимум, кажется.

Я подошел к столу Барина взял в руки рацию нашел нужный канал.

– Беркут, я Дед. Прием.

– Слушаю тебя Беркут – раздался знакомый голос.

– Вы где?

– Выдвигаемся к стабу, как договорились.

– Добро. Жду вас в штабе во внутренней крепости.

– Понял. Выполняю.

На улице стояла полная тишина. Вот так, десять минут и враг повержен. Даже самому не верилось, что так легко можно было взять неприступную Таганку. Конечно, в стабе осталось много живых людей, осы убивали только тех, кто с оружием в руках. Чтобы разобраться, кто из живых мур, а кто не мур мне и нужен был отряд Беркута.

– Слушай любимая, а ты можешь заставить его, – я указал на Барина, – открыть эту дверь? Меня она очень интересует.

За спиной главного мура красовалась огромная, чуть ли не до потолка, стальная дверь. Такую я видел только в кино, когда показывали ограбление американских банков. Меда дала команду Барину и тот суетливо начал набирать код на клавиатуре, встроенной в дверь, и крутить огромное колесо. Толстенная стальная конструкция бесшумно распахнулась, и я вошел внутрь. Вот он муровский Форт‑Нокс.

Внутри была внушительная коллекция незнакомого оружия внешников, какие-то ящики, пакетики и мешочки. Нашел целую гору споранов и гороха в мешочках, коробки с десятками черных и красных жемчужин, а на самом почетном месте стояла драгоценная маленькая шкатулка. Открыл и обнаружил один белый и блестящий шарик. Но все это меня мало интересовало. В углу я обнаружил футляр, как для скрипки, очень знакомых очертаний. Взял его и вышел.

– Меда, помнишь, ты просила меня подарить мою пушку? Вот, дарю такую же.

Открыл футляр и убедился, что не ошибся.

– Нужно в этом хранилище еще патроны к ней поискать. Думаю, что есть.

– А твоя где?

– Майору на сохранение отдал.

В этот момент в комнату ворвались вооруженные люди и наставили на всех автоматы. Я поспешил их успокоить.

– Спокойнее ребята! Расслабьтесь. Все под контролем.

Появился Беркут. Оглядел все внимательно и спросил:

– А с этими, что делать?

– Делай что хочешь. Они теперь твои. Не забудь допросить их как следует. Это все бывшее руководство стаба Таганка.

Муров стали паковать в наручники и выводить. Меда повела Менгеле и нескольких стронгов освобождать пленных из своей бывшей тюрьмы. По всему стабу закипела работа. Все ключевые места и огневые точки занимались стронгами. А в той же большой комнате штаба собрались командиры беркутовского отряда. Я сидел в кресле Барона, а несколько человек на ближайших к нему стульях. На лицах вояк играли улыбки, они искренне радовались такой легкой победе над неприступной цитаделью муров. Звучали предложения отметить это дело. Кто‑то притащил пару ящиков пива.

– Народ, вы рано радуетесь – заявил я открывая свою банку с пивом – это еще не все. Вы думаете, что внешники молча проглотят потерю своего главного союзника? Нам нужно готовится к обороне.

– У нас людей мало, – подал голос Самбист. Мы не сможем закрыть все дырки. Может загрузим все ценное и ходу?

– Нет мужики, так мы делать не будем. Самбист, ты не забывай, что с нами муравьи и они тоже будут помогать вам отбиваться. Этот стаб очень важен для них. Он находится на ключевом месте Внешки и будет костью в горле Внешников. А людей нужно набирать из пленных, их тут предостаточно. Пусть Майор, как ментат, займется сортировкой.