Читать книгу Возвращение в прошлое. Второй шанс на месть и любовь - Анастасия Дес - Страница 3

ГЛАВА 2

Оглавление

Пять лет назад она подумала, что у него красивые руки.

Это воспоминание ударило сильнее, чем мог бы ударить нож.

Сайрен приближался через зал, приветствуя тех, кто был полезен, и не замечая тех, кто был только мебелью при власти. Он двигался как человек, который уже знает, где будет стоять через десять лет, и никогда не сомневается, что доживёт до нужного места.

Аделина знала, что он скажет.

«Лорд Сайрен Дорн, к вашим услугам».

Потом посмотрит на её бокал.

Потом заметит, что она почти не пьёт.

Потом спросит, тяготит ли её шум дворцовых приёмов.

Потом с чуть заметной улыбкой скажет, что это редкость — встретить человека, который умеет скучать красиво.

Раньше её это рассмешило.

Теперь едва не стошнило.

— Миледи Вейр, — произнёс сопровождавший его придворный, — позвольте…

— Нет, — сказала она.

Слово упало между ними так резко, что даже музыканты будто на вдох сбились с такта.

Придворный растерялся.

Сайрен остановился.

Вблизи он выглядел моложе, чем ей помнилось. Ещё не таким гладким, не таким отполированным. На лице больше жизни, чем у того человека, который стоял у её помоста. Но глаза уже те же. Серые. Терпеливые. Никогда не пустые.

— Простите? — вежливо спросил он.

— Я сказала «нет», — повторила Аделина, переводя взгляд с придворного на Сайрена. — Не стоит представлять нас друг другу. Я и так знаю, кто вы.

Повисла пауза.

Она почувствовала, как несколько ближайших людей замолчали. Не полностью. Но достаточно, чтобы уловить тон.

Это было невежливо.

Неправильно.

Интересно.

Именно поэтому Сайрен не ушёл.

Он наклонил голову.

— Боюсь, в таком случае я поставлен в невыгодное положение, миледи. Вы меня знаете. А я вас, по-видимому, ещё нет.

«Лжёшь», — подумала она.

В прошлой жизни он выбрал её задолго до первой беседы.

Выяснил размер долгов дома Вейр. Возраст отца. Состав приданого. Слухи о древних правах их рода. Даже то, как часто Мирель болеет зимой.

Он всегда приходил подготовленным.

— Аделина Вейр, — сказала она. — Теперь положение исправлено.

Что-то мелькнуло в его глазах.

Не раздражение. Это он контролировал слишком хорошо.

Интерес.

Она не позволила себе ни шагу назад.

— Рад знакомству, миледи Вейр.

— Не уверена, что могу ответить тем же.

Придворный рядом совсем притих. Кто-то из дам обернулся веером в их сторону.

Сайрен медленно улыбнулся.

— Какая жалость. И всё же надеюсь, со временем вы перемените мнение.

Она почти рассмеялась.

Со временем.

Да, со временем она выйдет за него. Потеряет отца. Потеряет дом. Потеряет тело как своё собственное, потому что всё, что он захочет, будет происходить как будто само собой. Со временем она научится распознавать его шаги ещё до того, как он войдёт в комнату. Со временем поймёт, как выглядит любовь, когда ею пользуются как кандалами.

— Сомневаюсь, — произнесла Аделина.

Сайрен посмотрел на неё чуть дольше, чем требовали приличия.

Этого хватило, чтобы она поняла: он уже перестраивает тактику.

Не обаяние. Интерес.

Не мягкость. Настойчивость.

Препятствия он любил сильнее покорности.

— Тогда хотя бы разрешите мне считать это вызовом, — сказал он.

— Вы часто принимаете чужое нежелание за приглашение?

Уголок его рта дрогнул.

— Только когда оно выглядит столь осмысленным.

Он ушёл первым. И этим, конечно, тоже выиграл бы в прошлой жизни — оставил бы за собой лёгкую недосказанность, из которой потом выросло бы её любопытство.

Теперь, когда он отошёл, Аделина позволила себе вдохнуть.

Только один вдох.

Потом ещё один.

Руки дрожали.

Снаружи она стояла неподвижно, с прямой спиной, как учила мать. Внутри всё ещё тянуло узлом от памяти о петле и от его близости, которая по-прежнему действовала на тело как яд, слишком давно введённый в кровь.

— Это было смело.

Она обернулась.

Женщина в лиловом платье смотрела на неё с осторожным восхищением. Леди Марис Тейн. В прошлой жизни одна из тех, кто сначала дружил с ней, а потом отошёл слишком далеко, когда дружба с женой Сайрена стала опасной роскошью.

— Скорее неразумно, — сухо сказала Аделина.

— При дворе иногда это одно и то же.

Марис слегка улыбнулась и поплыла дальше по залу, оставив после себя запах ириса. Аделина запомнила этот короткий обмен. Леди Тейн могла пригодиться. У неё был язык, который знала вся столица.

Но сейчас важнее было другое.

Нера.

В прошлой жизни служанка погибла через три дня, сорвавшись с дворцовой лестницы после того, как случайно увидела встречу одного из доверенных людей Сайрена с церковным казначеем. Тогда Аделина не узнала об этом вовремя. Даже имени девушки не вспомнила, пока не стало поздно.

Теперь вспомнила.

Она быстро оглядела зал.

Служанки двигались вдоль стен с подносами и графинами. Белые передники. Опущенные глаза. Невидимые, пока не понадобятся. Её взгляд зацепился за тонкую тёмноволосую девушку у западной галереи. Слишком юная. Слишком напряжённая. Прижимает поднос к животу, когда мимо проходят знатные господа.

Нера.

Живая.

Сердце сжалось неожиданно сильно.

Аделина двинулась к ней, не думая, насколько это странно выглядит — дочь старого дома, идущая через ползала ради безымянной прислуги.

Каэль Морвейн следил за ней. Она чувствовала это почти кожей.

Пусть.

Нера заметила приближение слишком поздно и дёрнулась, как птица, увидевшая тень ястреба.

— Миледи?

— Как тебя зовут?

Девушка растерялась.

— Нера, миледи.

Точно.

Слишком обыденное имя для памяти о смерти.

— Кто велел тебе сегодня разносить вино на галерее?

— Старшая распорядительница, миледи.

— Передай ей, что леди Вейр требует тебя к себе в комнаты после приёма.

— Но я…

— Передай так, — повторила Аделина.

Нера моргнула.

Потом быстро кивнула.

Она не понимала, что происходит. И не должна была.

Аделина хотела сказать ещё что-то, но осеклась, потому что в этот момент на западной галерее мелькнул человек в тёмно-синем с серебром. Молодой священник? Нет. Секретарь казначейства. Тот самый, чьё лицо всплыло у неё в памяти слишком поздно. Через три дня именно он столкнёт Неру с лестницы, когда поймёт, что его узнали.

Если только история не изменится раньше.

Аделина сделала вид, будто выбирает бокал с подноса, и краем глаза проследила за мужчиной. Тот задержался у колонны, принял свёрнутую записку от лакея, сунул в рукав и исчез за занавесью служебного прохода.

Вот так начиналась империя Сайрена.

Не в тронном зале.

В таких вот проходах.

В чужих рукавах.

В людях, которых никто не запоминает.

— Миледи, — тихо позвала Нера, — я чем-то провинилась?

Аделина опустила на неё взгляд.

— Нет. Именно поэтому ты сделаешь всё, как я сказала.

Девушка ещё сильнее побледнела и снова кивнула.

Хорошо.

Одна маленькая жизнь уже сдвинулась с линии, по которой должна была скатиться в смерть.

Этого было мало.

Но достаточно, чтобы впервые за этот час Аделина почувствовала не только ужас, а ещё и злость. Полезную. Холодную.

Она развернулась и почти сразу столкнулась с чьим-то плечом.

Не с Сайреном.

Ткань чёрного камзола. Запах кожи, дыма и ночного дождя, хотя на улице стоял сухой весенний вечер. Аделина подняла глаза.

Каэль Морвейн смотрел сверху вниз без малейшего желания смягчить впечатление.

Вблизи он казался опаснее, чем издали. Лицо слишком резкое, чтобы нравиться всем подряд. Рот красивый, но жёсткий. Взгляд человека, который привык не верить первым словам, первым улыбкам и первым клятвам.

— Прошу простить, — сказал он, не делая ни шага назад.

Тон был ровным. Почти ленивым.

Но стоял он слишком близко.

Она могла бы отступить.

Не отступила.

— Вы не выглядите виноватым.

— Я редко виноват в том, что на меня идут не глядя.

Сказано было сухо. Почти грубо. И всё же в его глазах мелькнула тень интереса.

Он видел её разговор с Сайреном.

Видел, как она остановила служанку.

Он складывал куски.

— Тогда будем считать, что столкновение было общим, — ответила Аделина.

Каэль опустил взгляд на её руку.

На кольцо.

Задержался на мгновение.

Потом снова посмотрел ей в лицо.

— Леди Вейр.

Он произнёс её фамилию так, будто пробовал вес чужого клинка на ладони.

— Лорд Морвейн, — сказала она.

— Меня не представляли.

— Я, как вы могли заметить, не слишком жду представлений.

Это почти вызвало у него улыбку.

Почти.

— Осторожнее, миледи. В столице это могут принять за характер.

— В таком случае столице давно пора привыкать.

На этот раз уголок его рта всё-таки тронулся.

Едва заметно.

Опасная перемена. Такая, какую хочется заметить снова.

— Вам уже говорили, что вы разговариваете так, будто знаете больше, чем должны? — спросил он.

«Только мой будущий палач», — подумала она.

— А вам говорили, что вы задаёте вопросы, не имея права на ответы?

Каэль чуть наклонил голову. Будто получил именно то, на что рассчитывал.

— Часто.

— И всё же продолжаете.

— Иногда люди сами выдают нужное, если их не перебивать.

Тишина между ними продлилась секунду дольше приличного.

Этого хватило, чтобы Аделина поняла: он не просто опасен. Он привык давить молчанием так же умело, как Сайрен — вежливостью.

Разница только в том, что рядом с Сайреном воздух становился тесным.

Рядом с Каэлем — острым.

— Тогда сегодня у вас плохой вечер, — сказала она. — Я не в настроении быть полезной.

— Вижу.

Он не спросил, почему.

Не поинтересовался самочувствием, не предложил сопровождение, не попытался обаять. И именно это, вопреки всякой логике, ослабило тонкую удавку у неё под рёбрами.

Он не играл в заботу.

Он просто наблюдал.

— Но, — продолжил Каэль, скользнув взглядом в сторону, туда, где недавно стоял Сайрен, — я бы на вашем месте внимательнее выбирал тех, кого хочется злить при первом знакомстве.

— А я и не хочу их злить.

— Правда?

— Я хочу, чтобы они ошибались.

Теперь он улыбнулся по-настоящему.

Очень коротко.

Очень опасно.

Будто услышал нечто, что может однажды принести ему прибыль.

— В таком случае, леди Вейр, надеюсь, сегодня вам это удалось.

Он ушёл так же бесшумно, как появился.

Аделина осталась на месте ещё на пару мгновений, чувствуя странное, почти болезненное напряжение вдоль позвоночника.

Он ей не поверил.

И правильно сделал.

Но он её услышал.

Это важнее.

К концу приёма Сайрен больше не подошёл. Только один раз она поймала на себе его взгляд через зал. Спокойный. Задумчивый. Уже просчитывающий. Её отказ не оттолкнул его. Зацепил.

Плохо.

Очень плохо.

И всё же она не изменила бы ни слова.

Когда двор начал редеть, Аделина покинула зал одной из первых. Внешне — с безупречной сдержанностью. Внутри — с чувством, будто только что вошла в дом, где когда-то горела заживо, и теперь ей нужно пройти через каждую комнату ещё раз. Осознанно.

В семейных покоях её уже ждала Нера.

Девушка стояла у дверей, сжав пальцы так крепко, что костяшки побелели.

— Миледи, я пришла, как вы велели.

Аделина прошла мимо неё в гостиную и только там позволила себе выдохнуть. Комната была такой же, как тогда. Серебристая обивка кресел. Камень в камине. Стол у окна. Даже книга, оставленная утром на подлокотнике, лежала под тем же углом.

Пять лет ещё не случились.

Пять лет могут не случиться.

— Сядь, — сказала она.

Нера испуганно уставилась на кресло, будто это ловушка.

— Я не могу, миледи.

— Тогда стой. И отвечай честно. Сегодня на галерее ты что-то видела?

Девушка замерла.

Вот так.

Попала.

— Нет, миледи, — быстро сказала она. — Ничего.

Ложь.

Плохая. Детская. Паническая.

— Нера.

— Я ничего не видела.

— Если ты продолжишь, тебя убьют.

Девушка побелела так резко, будто кровь ушла из лица разом.

Её губы задрожали.

— Миледи…

— Кто это был?

Нера прижала ладонь ко рту. Слёзы выступили мгновенно, но она ещё держалась.

— Господин из казначейства, миледи. И какой-то слуга. Я не нарочно. Я просто… я несла графин. Они стояли за занавесью. Я услышала, как тот господин сказал, что «Дорн хочет список уже к новолунию». Потом заметили меня. Тот слуга улыбнулся и спросил, давно ли я тут. Я убежала.

Список.

Какой список?

В памяти что-то шевельнулось. Неясное. Связанное с церковными пожертвованиями. С военными поставками. С именами вдов, чьи земли потом неожиданно переходили под управление короны.

Слишком туманно.

Проклятая магия.

— Слушай меня очень внимательно, — сказала Аделина. — С этого момента ты никому не говоришь, что видела тех людей. Никому. Даже если тебя будут пугать, даже если будут обещать деньги, даже если кто-то скажет, что говорит от моего имени.

— Да, миледи.

— Завтра утром ты уйдёшь из дворца.

Нера вскинула голову.

— Но меня не отпустят.

— Отпустят.

— Куда я пойду?

— Пока ко мне в городской дом. Потом решу.

Нера смотрела на неё так, будто не понимала, спасают её или продают.

Справедливо.

В прошлой жизни Аделина тоже не всегда понимала, что происходит, пока её уже не загнали в угол.

— Почему вы это делаете? — шёпотом спросила девушка.

Потому что я помню, как тебя нашли.

Потому что твоя кровь была на камне, и никто даже не потрудился назвать это убийством.

Потому что я слишком много раз стояла и смотрела на последствия, вместо того чтобы вмешаться раньше.

— Потому что мне не нравится, когда за молчание платят смертью, — ответила Аделина.

Нера опустила глаза и заплакала.

Тихо. Беззвучно.

Аделина отвернулась к окну.

Во дворе гасили факелы. Ночь над Солмиром была тёмной, плотной, почти бархатной. Где-то за этими крышами Сайрен, возможно, уже спрашивал о ней. Где-то в другом конце города Каэль, вероятно, тоже складывал сегодняшние разговоры в ту коробку у себя в голове, где хранят полезное, опасное и то, что лучше не упускать из виду.

Она прижала пальцы к подоконнику.

Один день.

Всего один день, и нить уже пошла иначе.

Мало.

Достаточно.

— Нера, — сказала она, не оборачиваясь, — завтра ты проснёшься до рассвета. Возьмёшь только то, что сможешь унести сама. Остальное оставишь.

— Да, миледи.

— И ещё одно.

— Да?

Аделина посмотрела в чёрное стекло окна, где отражалось её собственное лицо. Молодое. Живое. Слишком спокойное для женщины, которая умерла утром.

— С этого вечера перестань считать себя маленьким человеком, которого никто не заметит. Именно таких убивают первыми.

За спиной стало совсем тихо.

Потом Нера выдохнула:

— Да, миледи.

Когда девушка ушла, Аделина долго стояла у окна, не двигаясь.

А потом впервые за весь этот новый старый день позволила себе произнести вслух имя человека, которого собиралась уничтожить.

— Сайрен.

Тихо.

Без дрожи.

Как приговор, который ещё не услышал адресат.

Возвращение в прошлое. Второй шанс на месть и любовь

Подняться наверх