Читать книгу Селитьба - Анастасия Головачева - Страница 7

Дверь отворилась с тихим скрипом, и мы вошли внутрь – словно вскрыли капсулу времени. На вешалке, как будто вчера, висела бабушкина куртка, в которой она выходила вечером посидеть на лавочке. В углу скромно жались её тряпичные тапочки в фиолетовый цветочек. Я почувствовала во рту тот самый, ни с чем не сравнимый вкус её смородинового киселя, и губы сами собой тронула улыбка. Я вспомнила, как она ворчала, пытаясь втиснуть в эти тапочки ногу в толстом шерстяном носке.

Повернувшись, я увидела шторы с вышитым петухом. «Вышивала к своей свадьбе», – говорила она. Это воспоминание кольнуло душу, но боль была светлой и тихой, не такой, как по папе. Она согревала, а не жгла. Руки не дрожали, кровь в жилах не стыла.

Я обернулась к Агате, чтобы поделиться этим кадром из прошлого, но слова застряли в горле. Она стояла, вцепившись в косяк двери, белая как мел, и беззвучно плакала. Для неё этот дом был не капсулой счастливого времени, а лишь ещё одним доказательством: всё, что она любила, осталось в прошлом.

– Мам… – я сделала шаг, моя рука сама потянулась прикоснуться к её спине.

Она вздрогнула, как от удара током, и резко отшатнулась. Слёзы текли по её лицу ручьями, но в глазах не было ни упрёка, ни гнева – только всепоглощающая пустота. Та самая, что была во мне все эти месяцы. Она посмотрела на меня, но словно не видя, развернулась и, не сказав ни слова, побрела вглубь дома, оставляя на пыльном полу мокрые следы. Её плечи ссутулились под невидимой тяжестью.

Я осталась одна в прихожей. Светлая печаль, что согревала меня секунду назад, испарилась, сменившись леденящим чувством вины и одиночества. Мы были в одном доме, но в совершенно разных реальностях. Моя попытка «вернуть маму» разбилась о простую и страшную правду: её горе было глубже и тише моего. И я была его частью.

В эту гнетущую тишину ввалился Марк, таща наши чемоданы. – Я конечно знал что у женщин вещей много, но у вас че там кирпичи что ли?