Читать книгу Он - Андрей Морозов - Страница 10

В щели хижины задувал зимний ветер, колебля пламя керосинового светильника. Сантьяго точил ножи у двери, его сутулая спина отбрасывала на стену тёмную, вытянутую тень, похожую на медведя, прижавшегося к бревенчатой стене.

Люс и Лаура перетирали и толкли растения: корни, кору, сухие листья, – всё, что помогло бы удержать под контролем силу.

Прошёл месяц после убийства губернатора. Полиция прочесала в их поисках весь штат, завалила проверками деревни, рыскала по дорогам, допросила всех, кто хоть раз в жизни покупал оружие или патроны. Но на Люса и Лауру выйти не смогла. Потому что не могла в принципе. Потому что пока Люс был проводником приручённой вроде бы силы – их способы не работали и уводили на пустые маршруты.

За всё это время Люс не задал ни одного вопроса по поводу чудовищного преображения Лауры. Постепенно Люс пришёл к выводу, что она просто этого не помнит. Дьявол вселился в неё лишь на короткое время и теперь Люс думал о том, почему он выбрал её, а не его. Возможно, он таким образом надеялся сохранить свои тайны, но Люс уловил всё без исключения. Только не мог описать это словами. Требовалась скрупулёзная расшифровка того, что впечаталось в его мозг раскалённым тавром. Знаки, связи, образы и обжигающая правда. Пока всё это оставалось за мутным маревом, потому что собственный разум Люса боялся проявить инициативу, пока им владел разум Вселенной, который явно противился возврату контроля.

– Ты жалеешь о случившемся? – спросил Люс у Лауры.

Она задумалась. Пестик в её пальцах продолжал автоматически давить в ступке жёсткие волокна.

– Да, разумеется, – сказала она. – Мне очень жаль Бебетто, внучку Сантьяго, даже полицейского с мэром. Но эту тварь губернатора я бы без сожаления продырявила ещё раз.

Сантьяго зло фыркнул, услышав этот диалог. Он практически перестал говорить после событий. Его мир съёжился до скота, Плуто, погоды и ножей. Семья сгорела в огне, а внучку он не мог даже навестить, в то время, как она залечивала ожоги в клинике. Люс с Лаурой настаивали, чтобы он ради собственной безопасности и для помощи внучке оставил их, но каждый раз натыкались на взгляд полный ненависти. Он жаждал возмездия и понимал, что у него одного не получится отомстить.

Так шли дни. В какой‑то момент Люс почувствовал, как что‑то меняется в Лауре. Он наконец осознал, что в ней, с самого начала, существовало нечто похожее на то, что овладело им. Причём, оно было гораздо сильнее того, с чем столкнулся Люс. И это оно впустило в неё демона, а не демон явился сам. И с того вечера, когда она выстрелила в губернатора, эта чужая сила, ранее не обнаруженная Люсом, перестала скрываться. Люс понял это, потому что Лаура перестала вмешиваться в происходящее. Меньше подсказывала. Меньше заботилась. Превратилась в обычную мексиканскую бабку. Люсу было больно смотреть на это, потому что он привык к остроумной, где‑то эксцентричной, интеллектуальной собеседнице. Глубоко эмпатичной и понимающей суть вещей. Сила обнаружила себя исчезнув!

Раньше взгляд Лауры часто был нечеловечески точным: она видела природу, причины и следствия. Сейчас взгляд Лауры стал просто человеческим – усталым, виноватым и злым.

Когда Сантьяго ушёл во двор – проверять овец, ругаться на ветер и взывать к небу об отмщении, – Люс и Лаура остались вдвоём у стола. Керосиновый светильник небольшим кругом света отделял их от чёрного, плотного мрака горной ночи.

– Он молчит, – сказала Лаура, тупо уставившись на огонь светильника.

Люс не спросил «кто». Он уже понимал, о чём она говорит.

– Давно? – спросил он тихо.

– Пару дней, – ответила она. – Раньше Он хотя бы… зудел в груди. Как фон. А теперь – пусто. Как будто Его никогда не было.

Её взгляд лишился жизненной искры и уверенности, к которым Люс привык за последнее время. Только усталость и растерянность.

– Он уходит? – спросил Люс.

– Думаю, Он решает, как уйти, – сказала она. – И… что с нами делать напоследок.

От этих слов в хижине стало ещё холоднее, хотя ветер снаружи почти утих.

Этой ночью Люс не спал. Лаура ворочалась на своём топчане, иногда тихо стонала во сне. Сантьяго храпел в соседнем закутке, поджав под себя руку с ножом. Люс сидел у погасшего светильника и слушал, как снаружи ветер вновь усилился, неся за собой метель.