Читать книгу Он - Андрей Морозов - Страница 9

-– И что? – спросила Лаура, когда они вышли. – У тебя в планах посетить тысячи городов?

Она явно сомневалась в успехе затеянного Люсом, и он поспешил приободрить её.

-– Некоторые отравы для тараканов рассчитаны на то, что отдельные особи, вляпавшись в неё, принесут смерть к источнику, месту гнездования.

-– Полагаешь, что мэр станет нулевым пациентом и далее твоя благодать разойдётся по миру? Зачем нам тогда губернатор?

-– Ускорить процесс. На мэре мы испытали, теперь ударим серьёзней.

Отпустив Сантьяго, они сели в ближайший автобус направлявшийся в столицу штата. Люса переполняло чувство всемогущества, но в то же время оно соседствовало с неуверенностью, которая навязчиво шептала ему, что он слишком зарвался.

-– Как думаешь, Лаура, я вправе так поступать? Мне кажется, я упускаю что-то.

Лаура отвлеклась от разглядывания своих рук, которые утратили жилистость и очистились от пигментных пятен.

-– Если и так, то мы заплатим за это, не сомневайся. Двери в Ад ты всё равно уже открыл.

-– Полагаешь, всё-таки в Ад?

-– Насилие даже над самой чёрной душой не делает тебе чести и питается низменной силой. Суть божественного проявления – раскаяние и любовь. Мэра же ты растоптал и унизил. Но ты и не Бог. Расслабься, воспринимай себя как оружие. Карающий меч.

-– Да причём тут Бог, вообще! Как он позволяет безликому нечто через меня ломать всё, с чем соприкоснётся?

-– Бога нет, в таком случае. А твоё нечто упорядочивает мир в соответствии со своими предпочтениями. Которые в глобальном смысле всего лишь сводят хаос к нулю. В частном смысле – к нашей смерти.

-– То есть я двигаю мир к смерти?

-– Ну, сам ты безусловно движешься к смерти. Куда ещё ты можешь двигать всё, чего касаешься? Как и все мы.

Люс никак не хотел соглашаться с Лаурой. Выходило, что все люди рабы своего существования, итогом которого является смерть. То есть вечное ничто. И любая деятельность, хоть исключительно добродетельная, хоть невыносимо позорная устремляет мир назад, к точке исхода. И настоящая благодать наступит во Вселенной только тогда, когда всё свернётся, умрёт и перестанет гореть.

-– А как же страдания и лишения людей? Пусть их всех ждёт ничто, но почему для кого-то путь к нему сытый и довольный, а для кого-то полон несчастий?

-– По сути, никакой разницы нет, раз итог один. Длительность несчастий или благополучия ничто по сравнению со временем небытия. С вечностью. Ты же не печалишься о судьбе динозавров, хотя они властвовали Землёй десятки миллионов лет.

-– Тогда зачем всё это? Я чувствую себя Дон Кихотом!

-– Вот! Ты уже близко. Только вместо ветряных мельниц твой противник – смерть! Это смешно только на первый взгляд, но… посмотри на мои руки! – Лаура повертела ладонью перед моим носом. – Какая гладкая кожа! Это знак того, что смерть отступает, не находишь?

-– В таком случае я увеличиваю хаос, оттягивая неизбежное! Против исходного замысла!

-– Кто знает, кто знает. Возможно, так быстрее всё рухнет. Не сделаем шаг, не узнаем.

Автобус несколько часов двигался вдоль горной гряды поднимая за собой шельф пыли пока не выехал на асфальтированную магистраль. Вдоль дороги понеслись небольшие поселки, которые по мере приближения к столице штата заметно росли этажами домов. В конце концов они въехали в царство стекла и бетона, где деревьям было позволено расти либо в парках, либо специально огороженных местах тротуаров.

Автостанция располагалась недалеко от центра, поэтому они решили пройтись пешком.

Лаура с любопытством разглядывала рекламную мишуру и прелести городского дизайна.

-– Да уж, – заметила она. – Даже не знаю, как бы я впихнула сюда свои травки.

-– Да нет ничего проще, – заметил Люс, поддавшись откуда-то взявшемуся ребячеству. – Давай зайдём. – Он указал на ближайший торговый центр.

Лаура недовольно ворчала, поправляя платок, когда они вошли в прохладный зал торгового центра. Их встретили мозаичный пол, стеклянные витрины, вывески, реклама и общее ощущение кондиционированного благополучия, отрезанного от уличной жары и смога.

– Здесь продают одежду, электронику и игрушки, а не сушёные вершки с корешками, – смущённо шептала она.

– Справедливость должна быть повсюду, – мягко улыбнулся Люс. – Даже в этом синтетическом раю.

Владелец торгового центра, Рамиро Мендоса, спустился по лестнице, обрамлённой пальмами в кадках. Ухоженный мужчина лет пятидесяти с безупречной улыбкой. Вряд ли он понимал, зачем вообще покинул свой кабинет.

– Вы не по профилю, – начал он, бегло глянув на Лауру, одетую в пёстром деревенском стиле. – У нас элитные бренды, никакой кустарщины…

Он замолчал на полуслове, когда Люс встретился с ним взглядом.

– Вы же гибкий человек, с широким сердцем, – сказал он, подойдя вплотную и тронув его за рукав. – Травы, исцеление… Живое дело, провинциальный колорит. Это украсит ваш центр.

Внутри Рамиро что‑то сдвинулось. Ему захотелось быть великодушным. Захотелось так сильно, как он не хотел ничего со времён юности.

– Да… да, конечно, – он не узнавал свой голос. – Мы найдём место. Лучшее место.

Лаура напряглась.

– Хватит, – её пальцы сжали руку Люса. – Это уже не помощь. Это опять насилие.

– Просто маленькая поправка мира, – отмахнулся он.

– Миру не понравятся такие поправки, – сказала она жёстко. – Пойдём.

Оставив директора в недоумении, посреди его собственного мраморного королевства, они направились к своей первоначальной цели.

В администрации штата их приняли более чем почтительно. Секьюрити метнулись навстречу, только они появились на пороге и уважительно сопроводили к губернатору.

Они вошли в роскошный кабинет и оказались с глазу на глаз с человеком жутко напоминавшем Гильермо дель Торо.

Сверкнув ослепительной улыбкой, он пригласил гостей расположиться в креслах и отдал короткое распоряжение секретарше.

Длинноногая модель вкатила в кабинет столик с напитками и закусками, и улыбнувшись в 32 идеальных зуба поспешно выскочила за дверь.

-– Я ждал вас, несомненно, – начал губернатор, – и готов выслушать. Только есть одна проблема. Многие, обращаясь ко мне, почти никогда не могут сформулировать конкретные пожелания. Вроде бы и понятно, что творится какой-то беспорядок, но его решение выходит за рамки моих полномочий. Вот, скажем недавно, пришёл ко мне проситель и утверждает, что проезд в общественном транспорте слишком дорог! Как будто я могу директивным решением удовлетворить его требование и снизить стоимость проезда. Я могу, конечно, но ко мне тут же придут транспортники и потребуют снизить налоги! Иначе мы лишимся общественного транспорта, и федералы влезут в нашу жизнь.

Люс слушал губернатора и понимал, что его окутывает какая-то броня. Он своей болтовнёй показывал, что Люс никак на него не действовал и ждал, когда он это поймёт.

-– Времени на объяснения мы тратим немало, чтобы снизить градус недовольства, но всяким общественным организациям этого мало. Им вынь, да положь, а у нас бюджет. Вы кого, кстати представляете?

Лаура посмотрела на меня и ухмыльнулась.

-– Чуешь затык? Силы гуляют повсюду!

И действительно, энергия Люса стекала с губернатора как с гуся вода.

Он же, довольно поглядывая на них, включил телевизор, приглашая ознакомиться с новостями.

На экране встревоженная репортёрша вещала последние события: «Невероятно чудовищная полоса несчастий обрушилась на городок в предгорьях Сьерра-Мадре. Полицейский погиб в перестрелке с наркомафией, его беременная вдова безутешно рыдает, узнав об этом…», «Собаки растерзали хозяина кинологического центра, подробности устанавливаются…», «Грабители сожгли дом недавней победительницы лотереи, семья погибла, девочка по счастливой случайности спаслась…», «Мэр обнаружен повешенным в своём особняке, основная версия – самоубийство…»

-– Я уже призвал Национальную гвардию. Сделаем всё, чтобы предотвратить беспорядки. Теперь готов выслушать вас. С чем вы пришли ко мне?

В Люсе вскипела чудовищная ярость. Он понял, что причина всех этих трагических событий не скрываясь сидит напротив него и нагло ухмыляется, чувствуя свою безнаказанность. Он обратился к Вселенной с требованием уничтожить это невероятное зло, но Вселенная спокойно колыхалась, как будто ничего не произошло. Люс с досадой осознал, что не имеет никакой власти, а лишь служит проводником непонятной ему идеи. Обычный раб! Он бросился к губернатору с намерением придушить его, но рухнул вниз, словно подкошенный. Его сковало невероятной силой, и он беспомощно скорчился на полу на грани потери сознания. Произошедшее дальше запомнилось ему как невероятный бред. Лаура взглянула на него страшными, пустыми глазами, и перешагнув через него медленно направилась к губернатору. Она словно пробивалась сквозь плотную тягучую субстанцию, но неумолимо двигалась к цели.

Губернатор разинул свой рот до предела и из него вырвался чудовищный звук, похожий на трубный рёв слона и рычание льва одновременно. Лаура ответила ещё страшней. У Люса заложило уши, но он странным образом понял значение этой ужасной перепалки. Это был многослойный и немыслимо плотный поток информации, который уложился в два коротких крика с обеих сторон. Затем Лаура дотянулась до губернатора и от них будто разошлась невидимая обжигающая волна. Губернатор неестественно выгнулся, взревел ещё неистовее, словно посылая проклятье и тряпичной куклой осел на стул. У Лауры подкосились ноги, и она упала на четвереньки тяжело хрипя. По её телу пробежала судорога и она вдруг как будто очнулась от наваждения. Резко встав, она достала откуда-то из юбки револьвер и взвела курок, направив дуло на безжизненного губернатора.

Раздался выстрел, и тело губернатора откинулось навзничь. «Это тебе за Бебетто!» – Лаура отбросила в сторону дымящийся револьвер и подхватила Люса за руки.

-– Валим отсюда! – вскричала она и потащила его к выходу.