Читать книгу Королева эльфов. Возмездие - Дарья Котова - Страница 7

Уже на подходе к их лагерю, Лориэн и его отряд услышали звуки битвы. К счастью, самые худшие опасения генерала Кровавая Роса не подтвердились, на эльфов напали не драконы, а люди, но сразу становилось ясно, что эта атака была хорошо спланирована. Влившись в бой, Лориэн со своим отрядом быстро нашел других генералов. Дивиэль обнаружилась на вершине холма, где командовала лучниками, а Хеильин – у подножия, он пытался руководить общими действиями. Честно говоря, получалось плохо, потому что людей было слишкоммного.

– Хеильин, где Релт? – постарался перекричать шум битвы Лориэн, подлетая к товарищу и опуская меч. Нелегко было прорваться к своим, нелегко. Они, конечно, ожидали атаки со стороны людей – граница же! – но не так скоро и не такую разрушительную.

– Лорда Ярость Ветра убили! – крикнул в ответ Хеильин, одновременно с этим раздавая указания.

Ни на миг Лориэн не позволил себе проявить слабость, он мгновенно отреагировал, скомандовав:

– Отступаем!

– Что?! – Хеильин так удивился, что даже отвлекся от боя. – Мы не можем бежать!

– Это приказ! – рявкнул Лориэн тоном, который не допускал возражений. Он уже много лет был, по сути, первым помощником Релта и привык командовать даже другими генералами. Поэтому Хеильин, какое бы мнение он не имел по поводу приказа, быстро принялся отдавать соответствующие команды.

Следующие несколько часов слились в непрерывный поток из крови, мечей, звона стали, криков раненных и ругани командиров. Лориэн верно оценил обстановку – в данной местности и с учетом внезапности нападения, они не могли эффективно отразить атаку. Пришлось отступать, теряя бойцов, но не так много, сколько могло бы быть. Люди, сначала энергично преследующие эльфов, постепенно отступили. Им было недоступно искусство легко идти по зарослям, они стали терять куда больше, чем эльфы, которым непролазная чаща давала немалое преимущество. Поэтому уже к ночи войскам Лориэна удалось отступить и перегруппироваться. К рассвету небольшая армия эльфов вновь встала лагерем, но на этот раз они были готовы не просто к нападению, а к полноценной войне. Лориэн отправил немалое число следопытов на разведку, параллельно отдавая еще десятки других указаний. Только к концу следующего дня, когда они убедились, что люди не только не стали их преследовать, но не намерены пока даже оставаться на территории Альэнэрэ, генералы немного успокоились и собрались на совет.

– Надо писать в столицу, Ярость Ветра ожидал нечто подобное, – заметил Хеильин.

– Ответ от королевы может прийти нескоро, нам надо быть готовым к тому, что ждет нас завтра, – заметил Лориэн, вытирая свой окровавленный меч.

– Поддерживаю, – высказалась Дивиэль. – Люди, как мне кажется, не успокоятся. Причем заметьте, на нас напал восток, не юг.

– Южане тоже не будут медлить, – хмыкнул Хеильин, складывая руки на груди.

– Релт ждал подкрепление, к нам скоро должны прибыть Каренор и Шайнэль, – поделился с товарищами Лориэн, поднимаясь и проходя к карте. Она немного пострадала во время боя, отчего приобрела вид еще более несчастный.

– Дивиэль, – обратился к женщине Лориэн, – удалось взять пленных?

– Да, есть даже парочка командиров… Или как они там у людей называются?

– Очень хорошо, я хотел бы поприсутствовать на допросе.

– Можем начать прямо сейчас.

– Нет, отправляйтесь вместе с Хеильином спать, я сам разберусь с пленными.

Если два генерала что-то и хотели сказать, то желание свое они не исполнили, молча поднявшись и выйдя. Уже за пологом палатки Хеильин вдруг поинтересовался у Дивиэль:

– А с чего мы его слушаем, а, Свет Зари?

– Да кто ж нас знает, – пожала плечами эльфийка.

А Лориэн в это время сел за письмо королеве. Обстоятельства требовали принятия немедленных мер. Помимо описания событий прошедшего дня, Лориэн добавил пару строк о своих опасениях насчет драконов. Он впервые за почти триста лет осмелился потревожить королеву и надеялся, что она сосредоточиться на общей угрозе королевству, а не на их личных отношениях.

Усталость давила на виски, к ней добавлялась боль от потери друга, которой он не давал волю все это время. Отправив послание в столицу, Лориэн все же решил отложить поход к пленникам и, последовав своему же совету, отправился отдыхать.

***

На широкой кровати из темного дуба, среди бесчисленных шелковых подушек лежали двое: брюнет с серебристыми глазами и красивая девушка с белыми, как снег, волосами и бледной кожей. Она напоминала духа зимы, может, из-за белоснежных ресниц и бровей или какой-то суровости во взгляде. Вилена'Тарнеш принадлежала к одному из знатных родов севера, и в каждой черточке ее необычной внешности проглядывали ее корни. Она была типичной северянкой и сильно выделялась среди столичной знати. Со своим женихом, принцем Эларом, она познакомилась, когда его высочество приехал на север по поручению отца. Драконье королевство, в отличие от Альэнэрэ, располагалось у подножия гор и имело вытянутую форму. Впрочем, территория его была не меньше, чем у эльфийского государства, зато немалая часть земель принадлежала северу, лорды которого очень любили свою независимость. Королю Дерим'Рагрену они подчинялись, но всегда имели свое мнение и не стеснялись его высказывать. По правде говоря, грубость северян была их отличительной чертой, наряду с честностью и верностью. Элару небыстро, но все же удалось столковаться с лордами севера, а когда он начал ухаживать за Виленой, те даже по-дружески сломали ему ребра. Пару раз. Потом Вилена прознала об избиении любовника и устроила взбучку всем своим многочисленным братьям. На севере правили три основных рода, давно переженившихся друг между другом, так что родни у леди Вилены было немало и вся мужская. Так уж сложилось, что в семье среди младшего поколения не было ни одной девушки, кроме самой Вилены. В итоге десяток братьев, две дюжины кузенов и еще с полсотни более дальней родни всерьез считали своим долгом отгонять от сестры всех кавалеров. К счастью для ребер Элара, Вилена характером была истинной северянкой и без проблем поставила на место многочисленных братьев. Под конец визита принца они даже "разрешили"ему увезти их сестру на юг и жениться на ней.

– Элар? – тихо позвала Вилена, переворачиваясь на живот и опираясь на локти. У драконов, как и у эльфов, не было тех глупых правил приличий, которые любили придумывать люди – бессмертные были за свободу любви и не придавала значения неформальным отношениям. Поэтому Вилена уже давно и плотно обосновалась в спальне своего жениха. Время они всегда проводили с пользой, но сегодня что-то пошло не так, потому что несмотря на полуголую невесту рядом, Элар продолжал лежать и смотреть в потолок.

Когда он не откликнулся, Вилена нахмурилась и принялась водить пальчиком по его обнаженной груди, на которой уже хватало шрамов. Драконы – народ неспокойный, Элар даже со своей невестой дрался, правда, терпел при этом сокрушительное поражение, ведь причинить вред он Вилене не мог (а она не стеснялась).

– Элар, если ты сейчас не ответишь мне, я вновь покалечу тебя и это очень меня расстроит.

Элар невольно улыбнулся, представляя разгневанную Вилену – нежную северную деву с топором в руке. Он не понаслышке знал, что она была опаснее своих братьев.

– Завтра мы уезжаем в Илкару, – произнес он, и Вилена, собирающаяся кое-что сказать, замолчала, обдумывая новость.

– И что мы будем там делать? – осторожно поинтересовалась драконица, перестав заигрывать с женихом, но не отодвинувшись.

– Там – ничего. Мы свернем по пути и направимся на север.

– А на севере мы что будем делать? – продолжила расспросы Вилена.

– Там я заручусь поддержкой твоего отца и начну гражданскую войну за престол.

На невозмутимом лице Вилены не появилось ни тени сомнения.

– Наконец-то, – произнесла она, обдумав сказанное. – Я уже думала, что ты никогда не решишься.

– Он мой отец, каким бы он ни был, – пробормотал Элар, а потом закинул руки за голову. – Но он сходит с ума со своими вечными опасениями. Я не желаю смотреть, как он втягивает мой народ в войну с эльфами.

Вилена удивленно приподняла брови.

– Он хочет воевать с эльфами? Твой отец? С Айрис? Она же милая королева, даже комара не прихлопнет, что ему от нее нужно? Как будто нам своих земель не хватает!

– Ему нужны не земли, ему нужна безопасность… Он всех теперь подозревает, меня – в первую очередь. Поэтому нам с тобой пора покинуть этот "гостеприимный"замок.

Он замолчал, и она не решилась нарушить тишину, воцарившуюся в спальне. Где-то за окном ржали лошади, кричали прохожие, звенели цепи, поднимающие мост, ведущий к замку. Все эти звуки едва ли долетали до верхних этажей королевской крепости, где располагались покои принца.

Элар так и вовсе не замечал ничего вокруг. Он думал об отце, о матери, о Вилене. Она была верной боевой подругой, в чем-то более твердой и жесткой, чем сам Элар. Может, на ее характер повлияли братья – быть единственной девочкой в семье непросто. А может, суровая жизнь на севере сыграла свою роль. Элар навряд ли когда-нибудь забудет день их знакомства. Он тогда осматривал крепость отца Вилены, и пока ее братья отвлеклись на вернувшихся из леса охотников, Элар прошелся по двору, остановившись у псарни. Северные собаки больше напоминали волков – и по внешнему виду, и по нраву. Даже нетрусливый принц не рискнул бы к ним приблизиться, поэтому он очень удивился, когда заметил, что в глубине псарни кто-то есть. Он тогда остановился у входа, всматриваясь в полумрак, и заметил беловолосую девушку, сидевшую на ящике в окружении стаи свирепого вида собак. Их огромные челюсти лязгали в дюйме от рук красавицы, но та словно не боялась их. Не умела. Потом Вилена часто шутила, что она выросла на псарне, поэтому такая странная. А она была не странная, она попросту не боялась. Собаки чуяли страх, но она словно была лишена его. Северная дева, стальная, непреклонная, невозмутимая. Может, поэтому она так понравилась ему – сам Элар никогда не считал себя обладателем всех вышеперечисленных достоинств, хотя жизнь под гнетом отца сделала его по-своему бесстрашным и жестким.

– Надо будет… – начал Элар, но тут же осекся – в спальню ворвался Ирвин.

– Быстрее беги! – шепотом закричал он. – Сюда идет Вирас со своими головорезами!

Элара и Вилену не нужно было предупреждать дважды. Они не медлили ни минуты, только принц, схватив меч, спросил:

– Что на Вираса нашло?

– Сегодня днем король был у королевы, – скороговоркой выпалил Ирвин, следуя за принцем и его невестой по тайному коридору. Они не могли бежать быстро, чтобы не шуметь – стены здесь были очень тонкие. – Я выяснил у служанок, что король расспрашивал у королевы, кто на самом деле был первым сыном: ты или твой брат.

Элар грязно выругался, позабыв на миг про свое знатное происхождение.

– Как не вовремя отец решил покопаться в прошлом, – пробормотал он, ведя друзей по тайным коридорам. – Ирвин, тебе сюда. Мы с Велиной пойдем другим путем.

– Я…

– Не спорь, – приказал Элар, кладя руку на плечо друга. – Вирас не должен заподозрить тебя в измене. Иди.

Ирвин свернул в указанное ответвление коридора, а принц со своей невестой продолжил путь. Чем ниже они спускались, тем холоднее становилось. У них не было времени одеться, а в тонкой ночной рубашке и одних брюках сложно не мерзнуть. Но Вилена не роптала, ей не привыкать к холоду. Элар же спешил, руками считая повороты. Никто, конечно, не освещал тайный ход, и если бы не драконья ловкость и хорошее зрение, они бы давно расквасили себе носы.

Несколько минут было слышно только их дыхание да тихий шорох ног. Элар молился о том, чтобы Вирас как можно дольше шел до его покоев, потому что если он обнаружит, что принц сбежал, то тут же пустится в погоню. О тайном ходе Вирас может и не знал, но мог закрыть ворота или заблокировать все выходы из города. И Элар готов был поклясться, что перед визитом к нему верный пес отца активировал артефакт, блокирующий магию превращения драконов в пределах столицы.

Наконец Элар с Виленой добрались до выхода из потайного коридора. Располагался он на заднем дворе, где, к счастью, уже не было слуг, потому что была глубокая ночь – короткий промежуток между поздним вечером и рассветом, когда весьзамок спит.

Стараясь соблюдать осторожность, Элар провел Вилену ко второму тайному ходу, позволяющему выйти из замка не через главные ворота – интуиция подсказывала принцу, что его там уже ждут. Караульные со стены как раз не просматривали этот участок, и парочка смогла успешно миновать двор и нырнуть в узкий каменный проход, который вывел их на вершину одной из сторожевых башен. Здесь караул не выставляли, вернее, он располагался лишь на нижних этажа, а вот верхние запирались и здесь стоял лишь один часовой-дозорный, которого Элар недолго думая вырубил со спины.

– Так, хорошо, вот веревочная лестница, сейчас привяжем конец… Ты пойдешь первой, Вилена.

– Нет, лучше ты. За тобой идет охота…

Элар быстро привязал лестницу к каменному зубцу башни и свесил ноги.

– Давай, я тебе помогу.

Но Вилена смотрела куда-то в сторону, за спину Элару. Там, в тени башни, кто-то был. Принц не успел отреагировать, как Вилена бросилась к нему и столкнула вниз. Пролетев едва ли не половину крепостной стены, Элар сумел-таки ухватиться на висящую рядом веревочную лестницу. Та протяжно скрипнула, но выдержала вес принца. До земли оставалось несколько метров, но Элара интересовала не она, а Вилена, чье лицо он успел заметить в просветах меж каменными зубцами. Сверху раздались крики, шум борьбы, женский визг. Элар начал подниматься, чтобы помочь, спасти Вилену, но тут в просвете вновь появилась девушка, которую держал Вирас. Она отчаянно вырывалась и все же смогла дотянуться одной рукой до лестницы и полоснуть невесть откуда взявшимся ножом по веревкам. Получилось у нее обрезать не всю лестницу, но под немаленьким весом Элара оставшиеся веревки порвались сами, и принц упал во тьму ночи. Над его головой раздался звук удара и хруст сломанных костей, а затем – тихий женский вскрик.

***

Совсем недалеко от королевского замка драконов, в одном из самых богатых домов столицы в небольшой комнатке, обставленной просто, но со вкусом, сидела девушка и старательно писала письмо. Это была весьма красивая, эффектная молодая женщина, с фигурой, которая бы ни одного мужчину не оставила равнодушным. Темно-зеленый кожаный костюм лишь подчеркивал все достоинства девушки, а провокационное декольте заставило бы даже вольнолюбивых эльфов смущенно прикрыть глаза. Диэль Свет Луны была дочерью Нейрис Свет Луны, в девичестве Нейрис'Арден. Здесь, в Драконье королевстве, ее еще хорошо помнили. Отчасти благодаря отвратительной репутации ее семьи, представителем которой теперь являлся один Вирас, кровавый палач его величества, а отчасти хорошая память населения заключалась в безумном побеге знатной драконицы и ее поспешное замужество. Брак с эльфом – это же немыслимо! В чем-то Диэль была согласна с окружающими. Несмотря на то, что девушка родилась и выросла в Альэнэрэ, она так и не смогла до конца привыкнуть к жизни среди эльфов. Будучи драконицей, Диэль остро чувствовала свою инаковость, хоть отец и приложил немало усилий, чтобы помочь любимой дочери. Не добавляли покоя и слухи, бродящие вокруг ее семьи. Половина населения Альэнэрэ (если не больше) считала, что Диэль приходится Мирэль Свет Луны вовсе не родной дочерью. Сроки, и правда, смущали, но кто знает, когда начался роман между красавицей-драконицей и эльфийским послом? Диэль и сама иногда сомневалась в родстве с отцом… Впрочем, он всегда оставался ее любимым папой, это не могли изменить ни слухи, ни правда. Пусть Диэль была непохоже на отца внешне, зато она пошла по его стопам и стала послом. Жила она в Драконьем королевстве уже пару десятилетий и за это время успела стосковаться по родине. Здесь к ней, вроде бы своей, но все же чужой, относились еще хуже, чем в Альэнэрэ. А случайные встречи с дядей Диэль и вовсе старалась вспоминать пореже. Конечно, было и свое удовольствие в жизни среди драконов, но он не перевешивало эльфийское прошлое. Так что на момент написания очередного письма Диэль все еще не определилась, к кому она больше тяготеет – к родным корням или к тем, которые ее вырастили. А сегодня вечером у нее и вовсе была другая задача – послание старому другу, который "скучал"на границе.

Вообще-то, написание писем не было ее любимым занятием, но для Лориэна Диэль делала исключение. Перо в ее руке легко, словно пташка, порхало по исписанному пергаменту. Она уже заканчивала письмо, придумывая оригинальное прощание, которое порадовало бы Лориэна, когда из коридора донесся какой-то шум. Вся веселость, с которой она сочиняла послание, слетела с нее, лоб прочертила хмурая морщинка, а в голубых глазах мелькнула тень тревоги. Посольство – не местный паб, здесь буянить никто не будет.

Воспитанная своим отцом, девушка-посол быстро встала, сложила недописанное письмо, убрала его в корсет и выглянула в коридор. Там уже бежал один из эльфийских дипломат, старый друг отца и глава посольства в Драконьем королевстве.

– Диэль, срочно сжигай бумаги! – крикнул невысокий темноволосый эльф. – Они пришли за нами!

Любой, кто работает в посольстве и участвует в дипломатических миссиях, знает, что его неприкосновенность заканчивается там, где пожелают хозяева. И если вчера вы спокойно танцевали на балу с соседями, то сегодня к вам могут явиться мужчины в неприметных одеждах и перебить всех. У послов жизнь была не менее опасная, чем у воинов!

Диэль выскочила в коридор вслед за товарищем и побежала к двери в самом конце, там располагался кабинет главы посольства, там же хранились самые важные документы. Пока эльф собирал последние, Диэль нашла огниво и подожгла искусно спрятанный в стене фитиль. Идею этой сложной конструкции когда-то предложил Мирэль, отец Диэль, и с тех пор им пока не удавалось ее опробовать. Что ж, настало время.

Фитиль, пропитанный особым маслом редкого дерева, растущего только в Альэнэрэ, вмиг зажегся. Пламя за секунды распространилось по всему зданию, причем оно разгоралось так быстро и сжигало все вокруг с такой скоростью, что невольно возникала мысль о магии. Все же папа у Диэль был очень умным. Если драконы что и успели найти – вряд ли, внизу не хранили ничего важного, – то сейчас все это горело вместе с ними.

Эльф собрал небольшой сундучок с бесценными документам, и они с Диэль бросились к окну. Первой выскочила девушка, радуясь, что на ней сейчас мужской костюм – в платье так не попрыгаешь! Ловко приземлившись на мостовую, Диэль поймала кинутый ей вслед сундучок. Она хотела было превратиться, чтобы улететь, но с удивлением обнаружила, что что-то блокирует ее драконью магию.

А в это время наверху раздался шум – еще больший, чем до этого, – и товарищ Диэль вывалился из окна с арбалетным болтом в груди. Выругавшись такими словами, которые леди знать не положены, драконица побежала вниз по улице. За ее спиной уже слышались крики. У Диэль была небольшая фора, и этого ей должно было хватить. Уцепившись за ремешок сундучка, она перекинула его через плечо и припустилась еще быстрее. Пару раз арбалетные болты задевали ее – один и вовсе пропорол бок. Диэль почувствовала боль и слабость, но продолжила бежать. Оставалось надеяться, что болт не задел жизненно важных мест.

Четверть часа бешеной погони – и Диэль оказалась у восточных ворот. Уже подбегая к ним, она увидела, что ее ждут. Но – о чудо! – к ней внезапно вернулась способность к превращению. И не тратя ни минуты, она обратилась в голубую драконицу и взлетела. Путь ее лежал на восток. Она возвращалась домой (а то здесь все какие-то недружелюбные сволочи).