Читать книгу Живой проект - Дарья Викторовна Еремина - Страница 23

Часть 1
22

Оглавление

«Сделанное профессором Высоцким заявление аналитики называют никак иначе, как жестоким ударом под дых родной корпорации. Но судя по отсутствию реакции со стороны президента LPI, этот удар Михаил не только пропустил, но и, кажется, вовсе не заметил. Что, вы думаете, интересует подвергшегося жесткой критике президента корпорации? Поищем ответ в мировой бирже тендеров! LSS LPI выиграла тендер на обработку данных с семидесяти спутников разорившейся на днях телекоммуникационной компании «Tele-3», чье имущество переходит государственной корпорации «Русь».

***

Федор Иванович позвонил утром второго июня. Александр только вышел из душа после пробежки.

– Доброе утро, Саша, ты еще не убегаешь?

– Здравствуйте, Федор Иванович. Десять минут у меня есть.

– Что ты скажешь о докладе?

– Вы не использовали ни одной присланной мной строчки.

– У тебя не так много времени для работы. Тебе пригодятся собственные тексты для публикаций. Слишком мало времени выделено на выступление, нужно было успеть сказать самое важное.

– Да, я обратил внимание, что для вас является самым важным.

Голос Александра оставался спокойным, практически безучастным. Профессор устало вздохнул:

– Я понимаю, Саша, первая часть моего доклада могла оказаться для тебя неожиданной.

– Вы подставляете себя под удар, Федор Иванович, – перевел тему живой проект.

– Саша, впереди еще столько работы, разве есть время для опасений, разве имеем мы право распылять силы на страхи?

– Будьте осторожны, Федор Иванович, – проговорил Александр, и голос его неуловимо потеплел, – я вам не судья, но есть люди, способные посчитать себя вправе остановить вас.

– Я смогу о себе позаботиться, мой мальчик. Ты так и не ответил на мой вопрос.

– Я считаю ваш доклад вполне цельным, поднятые вопросы животрепещущими, а выбранная манера изложения – самой верной.

– Саша… – ученый сделал паузу, – я понимаю твои чувства. Поверь, это борьба не против тебя и не против твоего вида, даже не против корпорации. Это борьба «за»! За человечество!

Александр промолчал. В этот момент ему вспомнилась Ольга и ее пример с чашами весов, на которые живым проектам недосыпали чувств. Он не мог не соглашаться с ней. Но тогда почему ему было столь неприятно продолжать этот разговор?

– Хорошего дня, Федор Иванович.

– И тебе, Саша.

Отключившись, живой проект присел в кресло, но сразу за этим поднялся и начал одеваться на работу.

***

Машина Михаила выруливала на шоссе и никому не мешала, когда старый баклажановый седан решил перестроиться со второй полосы на третью. Объезжавшая неторопливое безобразие по третьей полосе девушка на внедорожнике не нашла другого варианта, как вывернуть вправо и "встретиться" с машиной Михаила.

– Твою мать! – сказала девушка тоном праведного негодования.

Михаил заметил, что напугало девушку, но виновника уже и след простыл.

– Этот гад! – указала она пальцем в направлении Москвы.

Михаил остался в машине и рассказывал Петру о миловидной блондинке, состояния которой хватило на отключение управляющей электроники в машине, но не хватило доставить мозгов в собственную голову.

– Вика, ты передала страховой информация о ДТП? Знак поставила? – он обернулся назад, чтобы проверить.

– В ту же минуту, Михаил, – подтвердила LSS.

– Когда уже ты научишься уступать дорогу девушкам! – усмехнулся Петр через пятнадцать минут, оценив положение.

Михаил не без удивления посмотрел на ДТП новым взглядом. Вздохнул, качая головой: этого еще не хватало.

Услышав реплику Петра, девушка, подставившая лицо утреннему солнышку тут же, на обочине, согласно продолжила его мысль:

– Не говорите, мужчина! Всем нужно быстрее, а чтобы пропустить машину слева… справа… слева! Сотрите вашу систему управления, она ни к черту не годится!

Михаил с досадой посмотрел на друга: спасибо.

– Ладно, поехали, – вздохнул Петр, направляясь к своей машине.

– Куда это вы? А как же я? – запротестовала девушка.

– Страховой зонд подлетит с минуты на минуту, – крикнул ей Петр.

– Мужчина, это крайне невежливо с вашей стороны! – крикнула она Михаилу, садящемуся в машину и не удостаивающему ее ни малейшим вниманием.

Они уехали. Девушка заскучала и вернулась в салон автомобиля. Через минут десять, действительно, подлетел обещанный зонд страховой компании.

– Железяка, что это за высокомерный тип? – спросила его виновница происшествия.

– Владелец пострадавшей машины? – уточнил агент, управляющий зондом из офиса, а может из собственной спальни. – Вы новости смотрите?

– Новости? За кого вы меня принимаете?

Зонд облетал машину, снимая повреждения. Зависнув на мгновение рядом с лицом девушки, он направил на нее свой единственный глаз и произнес по-старчески устало:

– Это Михаил Юрьевич Королев, президент Live Project Incorporated.

Девушка с минуту молчала, зонд поднялся над ДТП.

– Он живет… здесь? – спросила она истончившимся голосом, практически взвизгнув на последнем слове.

– А вы думали на луне?

***

Несколько минут в салоне машины Петра было тихо.

– У нас готовы ролики с живыми проектами?

– Монтируют, по идее. Вчера должны были прислать версии, но ты решил покичиться своей властью и отправил меня в отпуск. Липа перекрыла доступы.

– Когда я забуду о встрече с представителями компании, лично приехавшими заключить контракт на несколько сотен миллионов, можешь отправить в отпуск меня, – ответил Михаил. – Ты их утверждаешь или на четвертом сами запустят?

– Я.

– Почему ты не доверяешь людям, которым мы платим зарплату за выполнение совершенно конкретной работы, и которые до твоего появления в компании как-то справлялись?

– Потому что все мы люди… – монотонно отвечал Петр, – а люди несовершенны.

– Да, вчера ты мне это доказал, – усмехнулся Михаил.

– И я в том числе. И ты.

– Демагог…

– Мы что-нибудь ответим Высоцкому или будем игнорировать?

– Игнорировать.

– Меня поражает твое спокойствие, – поморщился Петр. – Ты можешь подраться с единственным другом из-за бабы, но разобраться с клоном и создавшим его стариком ради собственной корпорации считаешь беспринципным.

Они въехали на территорию офиса. Петр не стал заезжать на стоянку и остановился на стихийной парковке недалеко от главного входа.

– Я уже привел свои доводы. Если у тебя отшибло память, покури травок. Высоцкий и Александр действуют последовательно. Я знаю чего от них ожидать. Ты же, друг мой, сделал совершенно конкретный выбор и, если теперь идешь на попятную, я имею право, во-первых, это знать, а во-вторых, поставить тебя на место.

Петр отстегнул ремень безопасности и положил затылок на подголовник.

– Миха, ты дурак, – сказал тихо. – О каком выборе с моей стороны ты говоришь? – он обернулся к другу.

Несколько мгновений они буравили друг друга взглядом, затем губы Михаила растянулись в улыбке:

– Ты прав, – он покачал головой. – Я – дурак. Я действительно думал…

Он засмеялся, отстегиваясь и вылезая из машины.

– Петя, а друг ли ты мне вообще? – спросил, облокачиваясь на крышу машины.

Петр не знал, что ответить. Если «быть другом» значило отказаться от призрачной надежды быть с женщиной, которую любишь чуть ли не с детского сада, то он не мог считать себя другом Михаила. Но это единственное, чего он не мог сделать ради него. Подняв лицо и встретившись с президентом взглядом, Петр так и не выбрал ответ.

– Ответь себе, мне можешь не отвечать, – усмехнулся Михаил и направился ко входу в здание офиса. – И иди уже в отпуск!

– Миха, стой!

Михаил обернулся к заму, потом вернул взгляд к входу в здание. Он думал, это сотрудники общаются перед началом рабочего дня, но теперь заметил то, что увидел его дальнозоркий товарищ. У подъезда толпились журналисты. Он усмехнулся, отвечая на запрос связи от PR-директора.

– Миша, у подъезда пресса. Какие распоряжения? – спросила Галина.

– Проводи в конференц-зал.

Он продолжил путь, наблюдая, как впереди освобождается проход. Через несколько шагов его догнал Петр.

В одном из лифтов ждала Галина. Когда президент с замом зашли и створки закрылись, она передала Михаилу планшет с перечнем вопросов, которые президент корпорации мог услышать от ожидающих его в конференц-зале корреспондентов. Проходя в свой кабинет, Михаил знакомился с вопросами.

– Доброе утро, Михаил Юрьевич, – поздоровалась Людмила, поднимаясь – звонили…

– Доброе, потом, – кивнул он, проходя к себе.

Присев в кресло, он продолжил чтение. Петр привалился к подоконнику, Галина села за стол.

– У тебя ответы на первый пункт противоречат ответам на второй, – поднял глаза Михаил.

Наблюдая, как он закуривает и продолжает чтение, Галина виновато пожала плечом.

– Галя, – поднял Михаил взгляд еще через пару минут, – мы не выбираем между сворачиванием деятельности «Живого проекта» и наделением живых проектов человеческими правами. Мне нужно это озвучивать, так не понятно?

– Понятно, Миш, но либо они такие же, как мы, люди и не представляют угрозу для человечества, либо не люди в принципе и вопрос о правах неуместен.

Михаил недовольно покачал головой и поднялся. Захватив пепельницу и подготовленные PR-отделом ответы, он подошел к окну. Передал планшет Петру.

– Люди представляют угрозу. Особенно, такие как мы, – сказал Михаил через минуту. – А вот животные под присмотром и говорящие холодильники – вряд ли. Пошли…

В большом конференц-зале головного офиса корпорации собралось около тридцати представителей прессы. Четверо сотрудников службы безопасности, двое из которых являлись живыми проектами, встали по стенам. Поприветствовав собравшихся, президент сразу озвучил, что не планировал обращать внимание на выступление своего бывшего сотрудника. Он нахмурился, заметив, что от силы половина оказалась реальными людьми, и сел за длинный стол.

Вопросы были ожидаемыми: каковы дальнейшие планы корпорации на выпуск клонов? Будет ли «Живой проект» бороться против наделения клонов человеческими правами? Как президент лично относится к заявлению старого друга семьи о том, что увеличение поголовья живых проектов может пагубно сказаться на развитии человечества?

Михаил отвечал следующее:

– Мы не планируем приостанавливать свою деятельность или менять ее направление, так же, как не планируем бороться против чего бы то ни было. Если у профессора Высоцкого освободилось время для подобной деятельности, вести ее – его право. Не реагировать на провокации – право корпорации. Желание профессора Высоцкого считать себя другом моего отца вполне оправдано. Но это не отвечает действительности. Приписывать же моему отцу свои опасения, касающиеся развития генной инженерии и использования ее на благо человечества, – значит открыто лгать. Мы обескуражены подобными выходками профессора и склоняемся к мнению, что покинув станцию и привычное окружение, он несколько двинулся рассудком. Посудите сами: на протяжении десятков лет профессор Высоцкий участвовал в разработке и подготовке живых проектов. А после выхода на пенсию корпорация, работе в которой он посвятил полжизни, вдруг становится врагом человечества; а живые проекты, которых сам же проектировал, становятся людьми. Где логика? Где здравый смысл?

– Вы относитесь к живым проектам как к животным или как к андроидам? – спросила женщина в первом ряду.

– Я отношусь к живым проектам как к живым проектам, – ответил Михаил. У него возникла свежая мысль, и президент чуть распрямился, продолжая: – Так или иначе, клонированием в мире заняты не один десяток компаний, но у нас есть и неявные конкуренты. Например, один из лидеров рынка в своем направлении – японская корпорация Toshiba Robotics, выпускающая хоть и менее походящих на людей профессионалов с электронной начинкой, но в не менее масштабных объемах и уж никак не менее успешно справляющихся со своими функциями. Почему же профессор Высоцкий не присовокупил разработки других компаний, специализирующихся на генной инженерии или роботов Toshiba Robotics к нашим живым проектам, выступая за наделение их человеческими правами? И какова вероятность того, что направленная против «Живого проекта» деятельность не оплачена одной из подобных компаний?

В зале поднялся гул. Галина и Петр переглянулись. Михаил сдержался, чтобы не достать сигарету. Он планировал ответить еще на пару вопросов и покинуть помещение. Уделенного прессе внимания было вполне достаточно. Он обратил внимание на быстрое движение сотрудника СБ у правой стены, на переферии зрения. Поднял взгляд к лицу живого проекта, и в тот же момент его откинуло назад. В зале послышался крик, Петр и Галина кинулись к президенту. Упав на пол вместе со стулом, он зажимал рану под ключицей.

– Какая сволочь… – поморщился зло.

– Лежи, – приказал Петр, прижав пытающегося подняться друга к полу.

В зале нарастал гам. Петр вытянул шею, осматриваясь. Двое сотрудников СБ под руки тащили обмякшего человека. Живой проект уже убрал ДЭШО, которым обезвредил стрелявшего.

Когда Михаил поднялся, выпроваживаемые службой безопасности журналисты ловили последние эксклюзивные кадры.

В течение нескольких минут в сети появились статьи, заголовки которых соревновались в остроумии: «Рабовладелец не планирует прекращать выпуск клонов», «Покушение на президента корпорации «ЖИВОЙ ПРОЕКТ», «Атака клонов неминуема», «Кто оплатил компанию профессора Высоцкого?», «Михаила Королева спас живой проект», «Кто заказал президента?» и прочие подобные. Не было выпуска новостей, где не муссировалась бы поднятая Высоцким тема и покушение на жизнь президента LPI. Игнорировать, как планировал Михаил, не получалось.

***

– Я хочу, чтобы этот живой проект был в моей личной охране, – говорил Михаил ближе к вечеру, когда из него вытащили пулю и он успел поспать.

– Будет, – Виктор стоял навытяжку, слушая распоряжения президента. – Максим у двери, но я оставлю еще пару парней. Когда вас забрать?

– Завтра в шесть утра.

– Насыщенный день, – усмехнулся Петр, когда Виктор покинул палату.

Он сидел на подоконнике, привычно вытянув ноги.

– А ведь, эта девка с утра попыталась меня остановить, – вспомнил Михаил.

Петр рассмеялся в ответ:

– Может ей еще и цветы послать за эту попытку?

– А пошли, – Михаил опустил голову на подушку. – Мне не нравится, что на меня покушаются без объективных причин.

– Мих, ты серьезно? – удивился Петр. – Что тебе больше понравилось бы: чтобы покушения не было вовсе или чтобы у стрелявшего были причины серьезнее, чем опасение за судьбу мира?

– Второе. И я серьезно, – Михаил встретился взглядом с другом. – Это не должно перерасти в истерию. Не факт, что следующий также будет использовать устаревшее оружие.

Поискав глазами свою одежду, Михаил указал подбородком другу:

– Подай сигареты, будь любезен.

– Тут запрещено курить, – качнул головой Петр.

– А ты пепельницу пока поищи, стаканчик что ли…

Петр поискал глазами что-нибудь, что могло сойти за пепельницу, и не найдя ничего подходящего, вернул взгляд к другу:

– Ты все еще хочешь отправить меня в отпуск?

– Да, это решено. Тебе нужно отдохнуть. Хоть у кого-то из нас должна быть свежая голова, а я не могу уехать.

– Я возьму яхту?

– Пепельницу мне найди и бери что хочешь.

Живой проект

Подняться наверх