Читать книгу Солнце в тумане - Диана Викторовна Покормяк - Страница 7

До Дианы доходили слухи о том, что некто из ее прихода под псевдонимом «Марсель Моро» печатает запрещенные памфлеты, – в них этот смельчак беспощадно осуждает действия инквизиции, которой везде мерещатся ведьмы и колдуны. Никто из тех, кто осмелился перечить и противостоять церкви, надолго не задерживался на этом свете, и она переживала за этого отчаянного смельчака. «Выродков», которые сурово осуждают ведовские процессы, которые называют преследование ведьм, – преследованием фантомов, абсурдным действом, всегда на площадях ждут вечно полыхающие костры и ликующая толпа, – люди не видят перед собой на эшафоте человека, которому жизнь дана один раз, а лишь мерзкую ведьму или гнусного колдуна, – мир без них станет лучше, безопаснее: так внушает им церковь и они свято верят ей. Парижские католики бросили все силы на поимку «мерзкого» еретика, устраивали засады и терроризировали людей допросами, но Марсель Моро каждый раз искусно ускользал от них.

Один из его памфлетов Диана однажды нашла прямо у себя дома и ужаснулась своей находке. Она принялась кропотливо вспоминать, кто приходил к ней накануне за новой одеждой: угрюмая молочница Арлетт, пожилой улыбчивый кузнец Эмиль Коро, чересчур болтливый заготовщик леса Луи Трюффо и мелкий дворянин Стефан Фонтанель. Именно кто-то из них подбросил памфлет. Скрывается ли за кем-то из них сам Марсель Моро, – далеко не факт, но кто-то из них явно был его горячим поклонником и старался таким образом расширить круг его почитателей, подбрасывая щекотливые трактаты другим людям. Памфлет назывался «Околдованный мир». В нем Марсель Моро с беспощадным красноречием осудил священников за разжигание ведовской истерии. Он аргументировано доказал абсурдность процессов над колдунами и ведьмами. «Под жесточайшими пытками в колдовстве сознался бы и сам Епископ Парижский!» – писал он. А в конце памфлета он осмелился написать то, что католическая церковь ему точно не простит – он разоблачает действия каноников, утверждая, что основная цель преследования так называемых ведьм и колдунов – жажда наживы. После казни всё имущество «еретика» переходило церкви. Поэтому чем дальше, тем больше церковь не боялась посягать не только на состоятельных предпринимателей, но и на дворян. Монахов-доминиканцев Якоба Шпренгера и Генриха Инститориса, которые недавно издали трактат «Молот ведьм» Марсель Моро обозвал двумя фанатичными козлами, которые сделали миру волчью услугу в виде создания кошмарной вселенной, кишащей ведьмами, колдунами и бесами. Он предрекал этому ненавистному для него трактату мировую славу и был очень опечален, предвидя еще большее «помутнение рассудка у человечества, полное безумие и торжество невежества».

Диана, которая предварительно закрылась у себя в комнате на втором этаже, прижала прочитанный памфлет к сердцу и рассеянно посмотрела в окно. Эта рукопись произвела на нее ошеломляющее впечатление. Она вдруг осознала, что начала влюбляться в человека, которого совсем не знает, точнее в его поступки, в его храбрость и отвагу. «Вот бы узнать, кто же он?» – мечтала она.

Вскоре Диана решила рискнуть, и когда к ней снова стали приходить посетители из того самого списка подозреваемых, она пыталась «вывести их на чистую воду» задавая каверзные вопросы о ведьмах. Молочнице Арлетт она как бы невзначай рассказала вымышленную историю:

– Представляете, вчера монахи поймали на соседней улице ведьму! Свидетели утверждают, что она пару дней назад села на метлу и воспарила прямо к небу, – наверное, спешила на очередной шабаш!

Арлетт с неподдельным испугом перекрестилась несколько раз и произнесла дрожащим голосом:

– Помилуй нас, господи!.. Нечисти-то развелось в последнее время!.. Надеюсь, вскоре ее дьявольские косточки поджарят на костре!

– Непременно так и будет! – заверила Диана. – Наша церковь не допустит, чтобы ведьму выпустили!

– Только на святых отцов и надежда! – согласилась Арлетт.

И тут Диана осторожно предположила:

– А вдруг свидетелям померещилось?.. Мало ли… были же поздние сумерки…

– Это вряд ли…

– И вообще… существуют ли настоящие ведьмы? Я вот ни разу не видела, хотя много о них слышала.

– Да видела, я уверена в этом! – воскликнула упрямо Арлетт. – Только какая ведьма тебе признается в том, что она якшается с дьяволом?.. Ведь выглядят они, как обычные люди! – авторитетно заявила она.

– Да-да, вы абсолютно правы! – согласилась портниха.

– Эх, молодая вы еще, наивная! – отеческим голосом сказала Арлетт и прибавила: – Будьте осторожны, моя дорогая, не выходите ночью на улицу, остерегайтесь подозрительный людей!.. Всякая сатанинская нечисть любит шастать именно ночью!

– Спасибо за добрые советы, непременно приму их к сведению! – пообещала Диана.

После покупки нижнего белья Арлетт ушла, и Диана тут же вычеркнула ее из списка. Следующим пришел заготовщик леса Луи Трюффо. Он еще более жестко отозвался о ведьмах, не сомневаясь в их существовании. Он обвинил в колдовстве свою соседку и даже жену, выразив надежду, что скоро обе отправятся прямо к дьяволу. Диана снова убедилась в том, насколько суеверны люди. На миг предположив, что Арлетт и Луи могли специально всё это говорить, чтобы не вызвать подозрений, она все же отвергла эти доводы. Нет, сердце ее чувствует, что они действительно верят в ведьм и в колдунов. А потом в гости зашел кузнец Эмиль Коро. На его лице опять сияла добродушная улыбка. Он высмеял историю о летающей на метле ведьме, назвал свидетелей глупыми идиотами, и посоветовал им меньше пить. Диана просияла от счастья. Нашла! Это точно он подкинул памфлет. Осмелев, она извлекла рукопись из-за пазухи и протянула ему.

– Это ведь вы мне ее подкинули? – спросила она с замиранием сердца. Да, это он и он непременно доложен раскрыть ей личность этого неординарного Марселя Моро.

Эмиль непонимающе уставился на нее и поинтересовался с усмешкой:

– А что тут написано?.. Я ведь не умею читать… Наверное, объявление об очередной ярмарке? – предположил он.

Диана остолбенела и молча кивнула головой.

– Да не пойду я, на кой черт мне она, у меня ведь полно работы… – отозвался он и заторопился домой.

Портниха разочарованно посмотрела ему вслед. Оставался последний кандидат, но он все не приходил. Потеряв всякую надежду, она вдруг через неделю столкнулась со Стефаном Фонтанелем на берегу Сены и очень удивилась месту его прогулки, – оно было совсем близко от ее любимого дуба. С этим человеком она не решилась заговорить первой. Он, – дворянин, хоть и не очень знатный, но все же. Тем не менее, Стефан сам завязал непринужденный разговор со своей портнихой.

– Сегодня замечательная погода, не находите? – спросил он и подошел ближе.

Диана рассеянно ответила:

– Да, сегодня прекрасный день для прогулок…

– Отчего же вы так печальны? – заметил Фонтанель, пристально глядя ей в глаза.

Портниха решила провернуть с ним то же самое, что и с другими, напустив на свое лицо загадочный туман.

– Да понимаете ли, ко мне приходила одна постоянная клиентка и рассказала жуткую историю, произошедшую на соседней улице… – начала она, краешком глаза наблюдая за своим собеседником, который, судя по любопытному взору, настроился слушать ее очень внимательно.

– Что же там произошло? – спросил он с нетерпением. Есть на свете люди, как правило, это активные и деятельные особы, которые ненавидят паузы в разговоре и Стефан был одним из них.

– Несколько человек в сумерках заметили, как их соседка села верхом на метлу и вознеслась высоко к небу, а потом поспешила в сторону леса, огибая ловко облака и луну… Да, это определенно была ведьма… – Диана закончила свою короткую небылицу, сочтя ее достаточно убедительной, и стала ждать, какова же будет реакция на этот каламбур.

Стефан вдруг побледнел и воскликнул со злостью:

– Зачем вы выдумали этот бред?.. От вас я совсем не ожидал услышать подобную чушь! – он вскинул светлые брови кверху, плотно сжал губы, всем видом показывая наивысшую степень разочарования и досады.

Диана готова была провалиться сквозь землю от стыда. Он раскрыл ее план и унизил до глубины души. Но как он догадался, что она блефует?.. Как?

На лице Фонтанеля разыгралась настоящая буря эмоций – его бледность быстро ушла, теперь щеки пылали алым пламенем, а в голубых глазах сверкали вспышки яростного гнева. Он стал выглядеть настолько внушительно, что Диана отпрянула от страха. Но буря миновала так же быстро, как и пришла. Немного придя в себя, он сдержанно произнес:

– Я не знаю, для чего вы мне устроили этот экзамен, но хочу вас заверить в том, что больше не потерплю такого поведения с вашей стороны.

Диана не знала, что ответить ему. Признаться во всем, или просто попросить прощения? Теперь она увидела, – он чрезвычайно умен, такого не обхитрить, не обмануть, не ввести в заблуждение. Она почувствовала себя глупой гусыней, которая вступила в бой с неравным соперником. Портниха вдруг внимательно посмотрела в его глаза при свете дня. «Такие же голубые, как у того мальчика, которого я не могу забыть!» – озарило ее. Высокий, статный Фонтанель, с копной светло-русых волос действительно чем-то напоминал предмет ее давних грез. К тому же, тот мальчик тоже был дворянином. Это открытие сделало ее на миг храброй. Она, чувствуя, как земля уходит из-под ног, во всем ему призналась.

– Да, всё началось из-за памфлета, – этими словами она окончила свою исповедь.

– Это было смелым поступком, – рассказать такое постороннему человеку, – с теплотой произнес Стефан, неожиданно взяв ее за руку.

Диана несмело подняла на него свои глаза, ожидая от него подобие признания. Но Фонтанель только посоветовал:

– Сожгите эту рукопись!.. Если вдруг найдут, то у вас будут большие проблемы… Не скажу, что особенно симпатизирую этому Моро, но в отваге ему не откажешь, учитывая влиятельность и могущество церкви.

Вот и всё. Никаких саморазоблачений, и признаний в том, что он не верит в ведьм, колдунов, дьяволов и что именно он ведет борьбу с теми, кто отправляет на костер оклеветанных невинных людей. Диана грустно вздохнула и отняла руку. Нет, это не он, не Марсель Моро.

– А вы хотели бы, чтобы им оказался я? – догадался Стефан, глядя на нее повеселевшим взглядом.

Диана тоже робко улыбнулась и ответила:

– Был такой момент.

– Не расстраивайтесь!.. Я отнюдь не подхожу на роль мужественного борца с самым могущественным и коварным соперником, которого можно только представить себе…

– Католическая церковь тоже для вас враг, как и для Моро? – ухватилась за его слова Диана.

Фонтанель несколько мгновений оценивающе смотрел на нее, – она поняла: он размышляет, достойна ли она его откровений? Способна ли держать тайны в секрете?

Но пламя в его глазах быстро погасло. Слишком опасное время для того, чтобы болтать о своих сокровенных убеждениях с какой-то портнихой, которую он видел не больше пяти-шести раз.

– Уважаемая Диана, я глубоко верующий человек, и в церковь люблю ходить на мессы, и причащаться; пусть я не во всем разделяю методы католических прелатов, но альтернативы для меня нет. Посмотрите на протестантов, – вот где настоящие фанатики и душегубы, прикрывающие свои беззакония волею божией! – он замолчал и усталым взглядом посмотрел на Сену. В реке плыли белые облака-барашки, а между ними скользили прогулочные лодки с влюбленными парами.

Диана поняла, что надоела ему и, откланявшись, быстро ушла к крепостной стене, к воротам. На сердце была печаль, ведь она так и не нашла его, не напала даже на крохотный след. Стремительной походкой она шла домой, брезгливо морщась, ибо улицы Парижа сплошь были утыканы виселицами, на которых болтались тела, болтались без погребения долго, дабы устрашать своим видом потенциальных грешников. Она еще больше зауважала человека, который восстал против всего этого.

Неуловимый Марсель Моро, о котором она начала грезить, оставался таинственным незнакомцем, сокрытым в тени пока благоволившей к нему судьбы. Но Диана верила – когда-нибудь настанет благословенный день, когда эта самая судьба обязательно сведет ее с неординарным человеком, который сводил счеты с католической церковью с помощью острого словца не хуже, чем иные мечом.