Читать книгу Свет в красной тени - Хусеин Байрамкулов - Страница 4
Глава II Подготовка.
ОглавлениеЯнварское небо было затянуто облаками, эта зима выдалась сухой и почти бесснежной, однако если прошлое рождество мы ещё не знали что будет, то теперь, уже спустя год мы точно знали что я и Макс полетим с миссией. Прототипы корабля проваливались на испытательных стендах. В итоге февраль растворился в бесконечных попытках убедить чиновников в том, что материалы для корабля я заложила в чертежах не просто так. И что любую попытку удешевить ожидает провал. «Физику не обманешь» - любила повторять моя учительница на уроке. Странно что такая простая мысль оказалась невозможной для понимания чиновниками и депутатами. Спасение для меня пришло оттуда, откуда я не могла ожидать: вмешались политики и в результате оказалось, что мой «билет» решило оплатить правительство другого государства. Таким образом прототип построили должным образом и он наконец прошёл испытания.
Москва пыталась протолкнуть в члены экипажа для миссии своего человека. Они снимали репортажи о нём, потом были слухи о попытки скоррумпировать ЕКА, но потом этот человек проиграл конкуренцию индийскому кандидату - два биолога и врача казались лишними. Индия умудрилась заранее подсуетиться и оплатить контракт частной компании, таким образом он летел с другим астронавтом, инженером-механиком. В тоже время Кирилл, несостоявшийся кандидат связался со мной. Получив список кандидатов он увидел, что я там оказалась благодаря тому, что случайно оказалась в нужном месте и в нужное время и авторству открытия. Злая ирония в том, что все работники ЕКА часто привлекались к муторной работе и вынуждены были рассматривать снимки, когда не было заказов по профилю работ обеспечило меня местом. Для Кирилла же я была не просто соотечественником, но и дешёвым способом закрыть потребность присутствия нашего кандидата в международной миссии, которая вероятно была самой важной в истории человечества.
Сделка состояла в том, что я была теперь российским кандидатом и вылететь должна была с Байконура, хотя изначально планировали с космодрома Восточный. ЕКА облегчённо выдохнули, а деньги смогли перенаправить на постройку корабля и его доставку на орбитальную станцию у Кеплер 7, планеты у красного карлика. Оттуда мы на этом корабле и должны были отстыковаться от станции, а потом полететь на планету уже все одновременно. Каждое утро я вставала в 5 утра, вместе с мужем и мы делали пробежки и упражнения, чтобы привести себя в надлежащий вид. А потом стало известно, что Макс полетит на полгода позже, чем я. Он воспринял новость довольно странно:
― Ma chére, ты понимаешь,что это значит?
― Что я буду ещё полгода без тебя?
― Или, что я смогу быть с тобой весь твой тур по городам и все интервью. Так что я буду с тобой даже больше времени, чем ты ждать меня потом.
Я крепко обняла его со спины, уткнулась носом ему между лопаток. Муж отложил противень и выключил печь. Я ощутила его руки на своих руках. Уже без рукавиц.
― Ну, liefje, не плачь, я рядом
― Ты даже не представляешь… я…
― Не представляю, но я использую любую возможность чтобы быть с тобой.
Потом я чуть отстранилась и смотрела на него с улыбкой, смахнув слёзы. Он посмотрел на меня и сказал:
― Ну что, флай готов! Да и мы к полёту тоже готовы!
Я рассмеялась, а он смотрел на меня улыбаясь. Я потянулась чтобы снять с него очки.
***
Ужин у де Буров был как всегда шумным. Все решили нас проводить и устроить застолье перед полётом. Звучали тосты за то, чтобы Максимилиан показал всем бельгийский дух, а также чтобы я покорила сердца всех. И чтобы мы успешно стартовали. Полёт к станции тоже был сопряжён со сложностями. Хоть СМИ писали про планету в 12 световых годах, однако если лететь в сокращённое окно, то с гравитационным манёвром срок сокращался в два раза. Прототипы моих атомно-ионных двигателей тоже проходили испытание. Мы на ужине смотрели по телевизору репортаж, в котором они прошли все лабораторные тесты. Я смотрела на воплощение моих чертежей в жизнь и думала о том, что хочется уже скорее полететь.
В три утра мы уже были в аэропорту.
― Tyfus!5[5] Ненавижу регистрации и ожидания в аэропорту! Мне кажется что мы даже до станции у Кепплера долетим быстрее!
― Но лететь шесть лет. Если мои двигатели сработают, то три года.
― Три года - это тоже много. Благо что мы встретимся через два года с небольшим на станции и потом, после адаптации, оттуда полетим на твоём корабле уже на планету.
― Я не знаю что мы будем делать…
― Сейчас, полагаю - пристегнём ремни и будем надеяться, что через два часа, после посадки в московском аэропорту у нас не будут болеть уши. А потом - ну я буду в полёте писать коды и читать. А ты можешь писать свой дневник, держи.
Он вытащил из наплечной сумки и протянул мне толстую огромную тетрадь. Листы были скреплены железной дуговой спиралью, чтобы можно было из отрывать по-отдельности. Мой взгляд зацепился на название книги в его сумке и я улыбнулась.
― Хммм… «Координаты чудес»? Полагаю, что именно так воспринимается Кепплер-7. Местом чудес, а его координаты действительно ведут к чудесам.
― Может и так, я как раз доберусь до подаренных тобой книг и почитаю. Хотя для тебя эта планета скорее - лавка старинных диковин.
Мы вместе рассмеялись. Потом мы взлетели. Ничего особо примечательного в полёте не было, разве что Макс сказал, что раньше думал выражение «пластмассовая курица» на борту самолёта - это метафора. Ему никогда не нравилась еда в самолётах, впрочем в этом он был не одинок.
5
Брюшной тиф (ругательство, с фламандского)