Читать книгу Свет в красной тени - Хусеин Байрамкулов - Страница 9

Глава VII Полёт.

Оглавление

Утром во время завтрака мы увидели Чжан Синь. Она кивнула нам, но садиться с нами не стала. Потому мы поели с мужем вдвоём. Затем у входа в ресторан мы подождали её.


― Ну что, готовы? Такси скоро будет!


― Конечно, с чего начнём?

― Скоро увидите - сказала она и подмигнула, затем рассмеялась.


У входа нас ждало такси и тот самый парень, что нас встречал. На этот раз он был в шлеме и с недовольным лицом. Второй шлем он вручил Чжан Синь.

― Рад вас снова видеть! В этот раз тоже - вы на такси, а я за вами!

― Понятно, ну, поехали?


Мы сели в машину и поехали. Чжан Синь ехала на байке, обнимая этого молодого парня. Я думала, а сколько ему лет? А ей? Кто он ей?


Сперва мы приехали на площадь Сенадо. Макс осматривая всё заметил, что теперь точно чувствует себя как дома. Мы все рассмеялись, включая того парня.


Затем мы поехали на руины Святого Павла. Весь день мы изучали все узоры, рассуждали про диалог двух культур. Там нас и застал закат. После ужина мы вчетвером снова поехали в отель, попрощавшись у входа мы договорились увидеться завтра в тоже время.


Наутро мы были свежими и полны энергии. Мы сами подсели к Чжан Синь.

― Простите, мы вам не помешали?

― Вот и ещё отличие двух культур: я побоялась помешать и не стала беспокоить, а вы решили попробовать, а потом уже уточнить.


Мы все снова рассмеялись.

― Ну, я полагаю что это всё же особенности конкретного меня и моего несносного характера - сказал Макс.


Она улыбнулась. На выходе нас уже ждал это паренёк и машина с такси. Мы поехали. Прибыв на место мы взобрались на Макао Тауэр. Мы посмотрели на потрясающий вид с высоты на город. Я предложила прыгнуть, но Чжан Синь сказала, что никто не обрадуется, что мы так рискуем перед важным полётом и миссией. Я отметила, что она совсем как Кирилл и она прыснула в кулак.


Потом мы поехали в музей Макао. Много слушали про историю и рассматривали экспонаты. Вечером снова поехали в отель.


На следующий день мы поехали на А-Ма, и осматривали храм. От обилия благовоний Макс расчихался по-началу, но потом отошёл. Медитировать никто не стал. Оказалось, что никому из нас медитация не близка, что было очень забавным.



Потом мы направились на остров Колоан. Муж и тот паренёк с удовольствием уплетали португальские пирожные, а мы с Чжан Синь смеялись. Она иногда ерошила его волосы, на что он смотрел недовольным взглядом. После ужина в ресторане мы снова поехали к гостинице. И перед расставанием муж спросил:

― Простите, если мой вопрос покажется нетактичным. А кто этот паренёк, кем он вам приходится?



Я посмотрела на него неодобрительно и немного ревностно. Мне это казалось нетактичным, да и с чего бы ему знать, кто этот молодой мужчина является для этой сексуальной, привлекательной и умной женщины?

― А какие у вас догадки?

― Единственное, что мне приходит в голову - сын. Но вы же слишком молоды…

― Да, ему сейчас столько, сколько было мне, когда я его родила! 17 лет! Гу Лэй, а ты чего вот не представился?!

― Сама сказала не говорить ничего лишнего - сказал он обиженно

― Ну так это было в первый день!

― А когда можно было?

― Говорить лишнее? Никогда


Мы все снова рассмеялись.

― А вот когда было бы уместно сказать кто ты, представиться и назвать имя мог бы у отца спросить, раз у самого не хватает ума!


Она снова взъерошила его волосы. Она молодая мать. Чжан Синь не переставала нас удивлять. Вечером мы с мужем только и делали, что обсуждали как она молода и как сын похож и как мы не заметили очевидного. Нам оставалась ещё неделя в Макао.


***



Следующие три дня мы ходили по магазинам, покупая сувениры. Гу Лэй и Чжан Синь были с нами. Мы сидели в парке, в торговых центрах и кафе и общались. Обсуждали бесчисленное количество дел, что нам предстоит сделать. Она рассказала, что Уорд и Сингх полетели одной ракетой с европейского космодрома Куру. Пока рейс Макса откладывали из-за бюрократии и проверок он провернул ход конём благодаря рассчётам Эльмиры Иосифовны и его полёт будет с мыса Канаверал. Однако у Куру был свободный день и его забронировала частная компания и взяла на борт сразу двух астронавтов. Пока государства спорили и толкались - первой финишную прямую пересек частный бизнес. Потом мы два дня раздавали интервью, автографы и фотографировались - У Чжан Синь приближался полёт. В конце недели мы сели в машину и поехали в аэропорт, чтобы добраться до космодрома Вэньчан.На борту Макс спросил:

— Сколько лететь до Вэньчана?

— Часа три, если без пересадок. Но мы летим с пересадкой через Хайкоу, так что — все пять - ответила она.

— Если бы мы летели на моём байке, было бы быстрее. Но мама не разрешает.


Она толкнула Гу Лэя локтём в бок. После того как мы добрались до ворот она повернулась к нам и сказала:

― Дальше никому нельзя. Гу Лэй, отвези их потом домой и проследи чтобы нормально добрались.

― Хорошо, мам.


Она пожала руку Макса и обняла меня.


― До встречи! Я буду скучать.

― Да, до встречи.



Затем она обняла сына и внезапно заплакала.

― Гу Лэй, следи за отцом, присматривай за дедушкой и бабушкой. Я вернусь, я вернусь так скоро, как смогу! Я… Я обещаю!

― Да, я знаю. Или может я вырасту и сам к тебе приеду.

― Шутник!


Она рассмеялась и вытерла слёзы. Затем открылись ворота, она пошла. У входа в ворота она обернулась и помахала нам снова рукой. Мы стояли и смотрели некоторое время. Затем развернулись и уехали.

***

После приезда в отель следующий день мы просто молчали. Выходили позавтракать, Пообедать. Затем вечером спустились к выходу, надеясь, что там снова будет Гу Лэй. Он там был. Мы гуляли снова, сидели на скамейках в парке. И всё это в молчании. Затем утром мы собрались и поехали в аэропорт. Гу Лэй снова помог нам погрузить чемоданы в такси. Затем он поклонился мне и пожал руку Макса и сказал:

― Мистер, я очень рад, что познакомился с вами и очень надеюсь, что это не последняя наша встреча.


Муж улыбнулся. И затем поправил очки.

― Да, я тоже надеюсь.

― Обещайте присматривать за мамой


Мы все улыбнулись.

― Ну, тогда удачи, и до возможной встречи!

― Да, береги себя!


На борту самолёта нас сморил сон. Пересадка и ожидание в три часа мне уже казались пыткой. Затем мы посмотрели на борту несколько фильмов, так и долетели.

***

По прилёту и после прохождения регистрации нас обоих мамуля задушила в объятиях. В этот раз она решила обнять сразу обоих.


― Максим звонил своей и она мне через переводчик рассказывала про Чжан Синь! Это ж как тебе повезло с ней!

― Да, повезло - сказала я, почувствовала укол совести. Я сама же почти не звонила.

― Comment s'est passé votre vol ?

― Trés bien!

― Она спрашивает как вы долетели?

― Да

― С языка сняла! Я тоже бы это спросила!


Затем мы пошли к машине. Всю ночь мы рассказывали про Макао. Наутро никто не выспался. Утром я сделала пробежку, просто чтобы надышаться этой планетой. Затем днём за мы снова поехали в аэропорт. Из Москвы в Казахстан, а потом на машине и до Байконура. С трапа самолёта нас забрал очередной чёрный мерседес, но на этот раз без Кирилла. У ворот я попрощалась со всеми. Сперва обняла мамулю.

― Ты береги себя, одевайся там тепло и про меня не думай! Я справлюсь! Вон, снова в Пятигорск поеду и к Эльмире Иосифовне буду в гости заходить.

― Ну не плачь. И передавай ей привет.

― Ой… Хорошо… Ты справишься!

― J'ai toujours su que vous étiez trop à l'étroit avec nous!


Я улыбнулась и перевела её слова матери и потом ответила:

― Non


Она тоже улыбнулась в ответ и кивнула. Мы обнялись. Затем обняла мужа.

― Liefje, я буду скучать, но у меня есть преимущество - считая мгновения без тебя я знаю с какого момента начать обратный отсчёт до встречи с тобой, schat.


Я рассмеялась и вытерла слёзы.

― Я люблю тебя

― И я тебя, до встречи.

― До встречи.


Затем я пошла внутрь. На меня надели скафандр и помогли войти в ракету. Затем после того как я уселась начался обратный отсчёт.

― Ключ на старт! Запуск Двигателей! Десять. Девять Восемь…


Сердце дико стучало. Я сразу вспомнила всю неделю. Затем уроки по физике, как мы отклонялись от темы и обсуждали космос.

― Четыре. Три. Два. Один! Есть отрыв!

― Подтверждаю, есть отрыв

―Полёт идёт нормально. Преодоление стратосферы. Двигатели работают штатно!


Я летела в чудовищной тряске и боялась расстаться с завтраком и заблевать шлем от скафандра. Через некоторое время снова услышала голос.

― Отсоединение первой ступени!

― Есть отсоединение первой ступени!.


И тут огромная тряска стала невыносимой и меня вдавило в кресло. В глазах потемнело, а затем перед глазами появились красные пятна. Я дико замотала головой и мозг пронзила дикая боль. Об этом меня не предупреждали. Затем я обнаружила, что парю.

― Вы покидаете линию Кармана!


Я испытала дикий восторг и отстегнулась. Сразу же прильнула к иллюминатору и смотрела на землю.

― Сокол, как слышно? Как самочувствие?

― Слышно отлично. Вроде живая


Я услышала дружный смех сотрудников Центра Управления Полётами. И я, российская космонавтка с казахского космодрома начала свой путь. Я подумала что насколько ироничен факт того, что единственным членом экипажа, которая вылетела из дому, с родного космодрома - тайконавтка Чжан Синь. Я улыбнулась, вспомнив её. Затем я достала из-под кресла свою сумку. Её предварительно взвешивали и недовольно качали головой, что дополнительный груз больше, чем рассчитывали. Мне даже хотели запретить и я ответила:

― Слушайте, это я проектировала эти двигатели и рассчитывали нагрузку с запасом. И космонавт средний весит 85 килограммов, а во мне столько не наберётся.


В итоге хмурый чиновник разрешил, сославшись на то, что всю ответственность взял на себя Кирилл. Я вытащила толстую тетрадь, с металлической пружиной. Раньше мысль вести дневник мне казалась странной, а сейчас, когда я одна в космосе и делать решительно нечего - она показалась внезапно очень даже привлекательной. Я открыла его, взяла ручку. Колпачок повис и начал плавать в воздухе. Я сделала первую запись:


«На редкость отвратительный кофе и запах кислой капусты всегда были спутниками сотрудников Европейского Космического Агентства. Шум клавиш ноутбуков, писк приборов и шелест бумаги. Десятки людей смотрят на бесконечную вереницу фотографий, в поисках чего-то необычного, осознавая насколько мы ничтожны на своей планете в масштабах вселенной. «Космос учит смирению» - как говорила моя учительница по физике…».


Свет в красной тени

Подняться наверх