Читать книгу Аристократ - - Страница 4

Я часто оперирую терминами "слабые" и "сильные". Хочу пояснить: слабым может быть самый сильный боец, самый богатый бизнесмен, самый опасный бандит, самый влиятельный политик. Эта слабость не в отсутствии ресурсов. Слабым делают злопамятность, декадентство, пресыщение, самообман, глупость, мстительность, мелочность.

Сила – это аристократизм духа, это избыток энергии, это здесь и сейчас, привязка к земле, витальная мощь, отсутствие того, что я назвал признаками слабости.

Я все никак не могу подобрать нужное слово, обозначающее внутреннюю силу, могущество, мощь, величие, потому что все эти слова имеют неподходящую окраску: все они будто кричат о доминировании, насилии, давлении, высокомерии, хотя я вообще не про это говорю. Проблема языка в том, что он создан стадом для стада, и все слова, описывающее силу, уже отравлены стадным пониманием, как “власть над”. И я беру это слово себе, вскрываю на операционном столе, вырезаю раковую опухоль, и зашиваю обратно. Теперь это слово – моё, теперь это слово – выздоровело.

Сила – это умение подвергнуть себя критике, принять эту критику и исправить что-то в себе. Сила – это умение переступить через себя. Сила – это умение давать, а не просить. Сила – это возможность делиться без ущерба.

Она не давит, она освобождает. Она не гордится, она – уверена: ей не нужно доказывать превосходства, ибо она и есть – превосходство. Ее уверенность – не поза, а естественность, как дыхание. И ее главная особенность – щедрость. Она дарит от избытка, а не из жалости. Она не вступает в отношения должника и кредитора, где есть “я тебе что-то дам, а ты мне это как-то возместишь”.

Витальная мощь – она обращена не вовне, а вглубь. Мощь, как вечный двигатель духа, поднимающий его ввысь. Мощь настолько естественная, настолько непосредственная, что ее излучение заставляет мир вокруг носителя менять свои очертания.

Теперь сила – это не мелочность тирана, теперь сила – это избыток, ищущий выхода.

Я вылечил силу.