Читать книгу Леран: Заповедь Забвения - - Страница 5

Холодный ночной воздух обжигал лёгкие, как иглы изо льда. Леран, всю жизнь проведший в уютной, наполненной теплом книжной пыли башне, чувствовал себя слепым и оглохшим. Каждый шорох под ногами – хруст замёрзшей травы, шелест последних осенних листьев – заставлял его вздрагивать. Его сердце, привыкшее отмерять ритм лекциями и перерывами на чай, теперь бешено колотилось где-то в горле, сбивая дыхание. Он шёл, сжимая в кармане кулак, в котором лежал тот самый, отколовшийся фрагмент амулета. Его холодная, металлическая поверхность казалась единственной твёрдой точкой в этом поплывшем, враждебном мире.

Алиса, напротив, двигалась бесшумно, как тень. Её тёмный плащ сливался с ночью, и лишь лёгкийпар от дыхания выдавал её присутствие. Она не шла, а скользила, её тело инстинктивно обходило сухие ветки и выбоины на дороге, о которых Леран спотыкался с завидной регулярностью.

– Я выросла здесь, профессор. Мои родители держали лавку травника. Пока не погибли от магического мора, что принесли в квартал с подветренной стороны от Академии. Говорили, это был "побочный эффект" одного из экспериментов Совета. Эти улицы… они не просто были моей азбукой. Они были моей крепостью.– Они не будут искать нас в старых кварталах, – её шёпот был едва слышен, но в ночной тишине он резал слух, как нож. – Стража Варга – щеголи. Им и в голову не придёт сунуть свои начищенные сапоги в эти переулки. – Откуда ты… это знаешь? – с трудом выдохнул Леран, спотыкаясь о невидимый в темноте камень. В темноте он уловил её короткую, беззвучную улыбку.

Леран впервые задумался о том, как мало он знал о своей студентке. Для него она была просто одним из талантливых, но неугомонных умов, которые требовали направления. Её дерзкие вопросы на лекциях, её способность находить нестандартные решения сложных задач – всё это он видел сквозь призму академического интереса. Теперь же он смотрел на неё и видел человека, чья жизнь была полна лишений, о которых он, профессор из знатного магического рода, не имел ни малейшего понятия. Она вела его по тёмным, плохо пахнущим переулкам его же города, который оказался для него чужим.

Наконец, они свернули в особенно грязный и узкий проулок, заваленный гниющими ящиками. Алиса на ощупь нашла скрытую в тени дверь, отодвинула тяжёлый, не запиравшийся засов, и они проскользнули внутрь.

Воздух в амбаре был густым и спёртым, пах старым сеном, пылью и мышами. Лунный свет, пробивавшийся сквозь щели в стенах, выхватывал из тьмы груду пустых мешков, сломанную телегу и паутину, свисавшую с балок, как похоронные траурные полотна.

Леран прислонился к стене, чувствуя, как дрожь от перенапряжения и страха наконец-то накрывает его с головой. Ноги подкашивались, в висках стучало.

– Они… они назвали меня врагом, – прошептал он, глядя на свои длинные, изящные пальцы, которые умели выводить сложнейшие магические формулы, но оказались беспомощны перед грубой реальностью побега. – Варг сказал… «враг Системы». Я тридцать лет служил этой Системе! Я учил её будущих магов, я развивал её науку!

Алиса, тем временем, нашла в углу жестяную кружку и несколько сухих щепок. Она сложила их в маленькую пирамидку и, коснувшись пальцами, прошептала короткое, бытовое заклинание возгорания. Крошечный, почти незаметный огонёк вспыхнул, отбрасывая на стены гигантские, пляшущие тени.

– А Система, похоже, враг здравому смыслу, – отрезала она, грея над пламенем руки. – Они предпочли запереть вас в Крипте, где из вас медленно высосали бы всю магию, а не посмотреть правде в глаза. Какая разница, как они вас назвали? Враг, еретик, сумасшедший… Главное, что они хотели вас уничтожить.

– Они боятся, – Леран провёл рукой по лицу. – Любая бюрократия, даже магическая, видит угрозу в том, что не укладывается в её протоколы. Страх – худший советчик для учёного.

– А что для нас советчик? – Алиса подошла к нему и села на корточки, так что их глаза оказались на одном уровне. Её лицо в отсветах пламени казалось взрослее, веснушки почти не видны в полумраке. – Мы не можем просто бежать. Улицы города скоро заполнятся патрулями. Нам нужен план. Направление.

Леран глубоко вздохнул. Дрожь в руках понемногу утихала, уступая место леденящему чувству ответственности. Он вынул из кармана фрагмент амулета. Осколок лежал на его ладони, тусклый и безжизненный, как обычный кусок ржавого металла.

– Он реагировал на Камень Предтеч, – сказал Леран, и в его голосе вновь зазвучали нотки учёного, анализирующего данные. – Значит, он может вести нас. Служить компасом, указывающим на другие места силы. Или… на другие жертвы Собирателя.

– Как компас, – кивнула Алиса, с интересом глядя на осколок. – Но как его настроить? Он просто лежит.

Леран закрыл глаза, пытаясь отогнать усталость и сосредоточиться. Его ум, вышколенный годами работы с абстрактными концепциями, лихорадочно искал аналогию.

– Он поглощает магию, – рассуждал он вслух, больше для себя, чем для неё. – Но в Архиве… он не просто поглощал. Он впитывал её, как губка. А у Камня он… стонал. Он чувствовал пустоту, оставшуюся после поглощения. Значит, он не бездумный потребитель. Он… чувствует магию. Тянется к ней. Или… тоскует по ней.

Он сосредоточился на осколке, отбросив все попытки применить силу. Вместо этого он просто… прикоснулся к нему своим магическим чутьём. Осторожно, как к дикому, раненому зверю, протянул не луч энергии, а тончайшую нить осознания.

Сначала – ничего. Лишь холодная пустота, отзывающаяся эхом в его собственной, вымотанной душе. Потом – едва уловимый толчок. Словно на другом конце невидимой лески кто-то дёрнул. Фрагмент не засветился, но его тусклая поверхность на мгновение будто прояснилась, стала глубже. И Леран почувствовал слабый, но отчётливый импульс. Тягу. Стремление в определённом направлении. На северо-восток.

– Есть, – выдохнул он, открывая глаза. В них вспыхнула искра былого интеллектуального азарта. – Он указывает. Чётко.

Алиса сияла. – Куда?

– Не знаю. Но это направление… – Леран мысленно прокручивал карту, что он видел тысячу раз на стенах своего кабинета. – Там должны быть Гремящие Утёсы. Ещё одно древнее место силы, упоминавшееся в хрониках.

Внезапно Алиса замерла. Её улыбка исчезла. Она резко дунула на огонёк, и амбар поглотила абсолютная, густая тьма.

– Что? – тревожно прошептал Леран, инстинктивно прижимаясь к стене.

– Тихо! – её ответ был обжигающе резким. – Слышите?

Он затаил дыхание, заставив своё сердце биться тише. Сначала – ничего, кроме звона в ушах от напряжения. Потом… лёгкий, едва различимый скрип половиц снаружи. Не шаги, а скорее осторожное, пробующее давление. Кто-то стоял прямо за дверью. И слушал.

Ледяная волна страха прокатилась по спине Лерана. Они попали в ловушку. Варг нашёл их. Его рука судорожно сжала осколок амулета.

Алиса бесшумно, как кошка, подкралась к нему, взяла за рукав и потянула к задней стене амбара, где в прогнивших досках зияла широкая щель. Они выскользнули наружу, в колючий, неприветливый кустарник, и замерли, прижимаясь к холодным, шершавым доскам. Леран чувствовал, как дрожит её рука. Или это дрожал он сам?

Дверь амбара с тихим, протяжным скрипом, от которого заныли зубы, отворилась. В проёме, заливаемом бледным светом луны, возникла высокая фигура в тёмном плаще с капюшоном. Тот самый силуэт, что они видели на опушке у Камня Предтеч. Он не вошёл, лишь застыл на пороге, безмолвный и недвижимый, словно принюхиваясь к тёмному, спёртому воздуху.

Затем раздался голос. Тихий, безразличный, лишённый всякой теплоты, он врезался в сознание Лерана так же отчётливо, как когда-то шёпот из тьмы Архива:

– Бесполезно бежать, профессор. Он уже всё видит.

Фигура не сделала ни шага вперёд. Она просто отступила и растворилась в ночи так же бесшумно, как и появилась. Но в воздухе повис ледяной, незримый осадок её слов.

Словно парализованные, они просидели в кустах ещё несколько долгих минут, не в силах пошевелиться.

– Кто это? – сдавленно выдохнула наконец Алиса. Её лицо в лунном свете было белым как мел. – Это не стража Варга… У них… другой звук. Другое ощущение.

– Нет, – прошептал Леран, всё ещё чувствуя на себе леденящий ожек этого невидимого взгляда. Он уже всё видит. – Это что-то… другое. Вестник. Или соглядатай. Не человек.

Он разжал кулак и посмотрел на фрагмент амулета, зажатый в его ладони. Теперь этот крошечный осколок был не просто компасом. Он был маяком. Маяком, который светил не только им, но и тому, кто преследовал их по пятам, тому, кто служил Собирателю.

Он встал, отряхивая колени. В его движениях появилась новая, чужая твёрдость – твёрдость загнанного в угол зверя, у которого не осталось выбора, кроме как напасть или умереть.

– Всё кончено, – тихо сказал он. Голос его был спокоен, и от этого становилось ещё страшнее. – Возвращаться некуда. Оправдываться не перед кем. Тот, кем я был… того профессора Лерана больше нет.

Он повернулся к Алисе. В скудном свете, пробивавшемся сквозь рваные тучи, его лицо казалось высеченным из камня.

– Ты ещё можешь уйти. Вернуться на рассвете, сказать, что я тебя загипнотизировал, принудил, угрожал. У тебя есть шанс вернуться к нормальной жизни.

Алиса покачала головой. В её зелёных глазах, несмотря на страх, упрямо горел тот самый огонь, что и в Архиве, когда она сжимала в руках пожирающий магию артефакт.

– Я уже сделала свой выбор, профессор. Ещё когда не стала отдавать этот осколок Варгу. Мы идём до конца. Что бы это ни значило.

Уголок рта Лерана дрогнул в подобии улыбки. В этой ситуации была какая-то горькая, сюрреалистичная ирония – его единственным союзником в борьбе за само существование магии оказалась юная студентка-сорванец, выросшая в трущобах.

– Тогда забудь слово «профессор», – сказал он. – С этой минуты я для всех просто Леран. А мы с тобой… охотники за призраками. И у нас на прицеле, кажется, самый древний и голодный призрак из всех.

Он ещё раз взглянул на осколок, ощутив его слабую, но настойчивую тягу на северо-восток.

– Идём. На Гремящие Утёсы. Посмотрим, какую ещё тайну от нас скрывает наш Собиратель.