Читать книгу Наследники пепла - - Страница 6

Они бежали из монастыря, пока не оказались далеко в Плато Пепельных Ветров, где серый пепел поднимался облаками под их ногами. Макс едва держался на ногах – разрыв магической нити Вексиса выжег почти всю его энергию. Брутан поддерживал его под руку, практически волоча за собой. Лиара прикрывала их сзади, то и дело оглядываясь, не преследует ли их кто-то.

Только когда монастырь скрылся за горизонтом, они позволили себе остановиться.

Ксенофон нашёл небольшую пещеру в склоне холма – достаточно глубокую, чтобы укрыться от ветра и посторонних глаз. Брутан осторожно опустил Макса на пол пещеры, и молодой маг сразу же потерял сознание, его тело наконец сдалось под тяжестью истощения.

– Он выживет? – спросила Лиара, глядя на бледное лицо Макса.

Ксенофон склонился над ним, проверяя пульс, заглядывая в глаза, ощупывая лоб.

– Выживет. Но то, что он сделал это невозможно. Разорвать связь такой силы – это всё равно что остановить реку голыми руками. Любой другой маг умер бы на месте.

– Значит, он не такой, как другие маги, – заметил Брутан, садясь у входа в пещеру и начиная точить меч. Механическая рука двигалась с методичной точностью.

– Очевидно, – согласился Ксенофон. Он достал из рюкзака несколько пузырьков с жидкостями, начал смешивать их в небольшой чаше. – Но это ставит вопрос: почему? Почему у него такой дар? Видеть магические потоки – это редкость. Манипулировать ими – ещё реже. Но разрывать связи такой мощности я знал только одного мага, способного на подобное.

– Кого? – спросила Лиара, присаживаясь рядом.

Ксенофон замолчал на долгую минуту, глядя в смесь, которая начала светиться зелёным светом.

– Архимага Талиона. Он жил триста лет назад, во время войны богов. Говорили, что он мог видеть саму ткань реальности, нити, из которых соткан мир. И он мог перерезать эти нити, изменяя судьбу.

– Что с ним случилось? – тихо спросила Лиара.

– Он исчез в последней битве. Некоторые говорят, что он умер. Другие – что он стал частью чего-то большего. Что боги забрали его, потому что он был слишком опасен даже для них.

Ксенофон капнул зелёную жидкость на губы Макса, и молодой маг застонал во сне, его дыхание стало ровнее.

– Вы думаете, Макс как-то связан с этим Талионом? – спросил Брутан, не отрываясь от меча.

– Не знаю. Но совпадения в магии редки. Когда кто-то проявляет способности, которые не видели триста лет, это обычно означает, что старые силы просыпаются.

Лиара обняла себя руками, глядя на спящего Макса.

– А что с Вексисом? Он действительно мёртв?

Ксенофон покачал головой.

– Не уверен. То, что мы видели это была проекция. Я чувствовал это. Настоящий Вексис не был в том зале. Он где-то ещё, управляя всем издалека.

– Значит, мы ничего не добились, – горько сказала Лиара. – Чуть не погибли, а Вексис всё ещё жив, и Кристалл Вече остался в монастыре.

– Не совсем, – возразил Ксенофон. Он достал из кармана небольшой фрагмент – осколок кристалла размером с ноготь, светящийся слабым голубым светом. – Когда произошёл взрыв, я успел схватить это. Часть Кристалла Вече. Не весь артефакт, но достаточно, чтобы изучить его свойства.

Брутан поднял голову, прекратив точить меч.

– И что он вам скажет?

– Многое, – Ксенофон аккуратно завернул осколок в ткань и спрятал обратно. – Во-первых, теперь я смогу отследить остальные части. Кристаллы резонируют друг с другом. Во-вторых, я смогу понять, как разрушить проклятие. А в-третьих – он помолчал. – В-третьих, я смогу понять, кто на самом деле стоит за всем этим.

– Разве не Вексис? – удивилась Лиара.

– Вексис – это лишь пешка, хоть и очень могущественная. Но кто-то направляет его. Кто-то, кто знает о кристаллах больше, чем должен знать смертный.

Они замолчали, погружённые в свои мысли. Ветер завывал снаружи, поднимая облака пепла. Брутан закончил точить меч и положил его рядом, затем достал флягу с водой и сделал глоток.

– Так что теперь? – спросил он. – Куда идём дальше?

Ксенофон встал и подошёл к входу в пещеру, глядя на серый пейзаж за пределами.

– Нам нужна информация. Больше информации о кристаллах, о культе, о том, что на самом деле произошло триста лет назад. – Он повернулся к ним. – Есть место. Древние руины на севере Плато Пепельных Ветров. Там когда-то был город – Аль-Марходан, столица цивилизации, которая существовала до Великой Чумы магии. В его криптах хранятся записи, книги, артефакты. Если где-то и есть ответы, то там.

– Насколько далеко? – спросила Лиара.

– Три дня пути. Может, четыре, если будем осторожны.

– А почему никто не нашёл эти записи раньше? – скептически заметил Брутан.

– Потому что Аль-Марходан проклят, – спокойно ответил Ксенофон. – Город был уничтожен не войной и не временем. Его уничтожила магия – дикая, неконтролируемая магия, которая до сих пор бродит по его улицам. Те, кто отправлялся туда, редко возвращались. А те, кто возвращался – он замолчал.

– Что с ними? – тихо спросила Лиара.

– Они сходили с ума. Видели вещи, которых не должны были видеть. Слышали голоса мёртвых. Некоторые утверждали, что встретили там богов, которые просили их о помощи.

– Звучит восхитительно, – пробормотал Брутан. – Но выбора нет, верно?

– Выбор всегда есть, – возразил Ксенофон. – Можем вернуться в Мордрак, забыть обо всём этом, жить обычной жизнью, пока культ не откроет врата и Моргас не поглотит весь мир. Это тоже вариант.

Лиара усмехнулась без юмора.

– Нет, это не вариант. Я прошла слишком далеко, чтобы сдаваться сейчас. Вексис убил моих родителей. Я не остановлюсь, пока не увижу, как он умирает по-настоящему.

– Я с вами, – сказал Брутан. – Потерял семью из-за этих мерзавцев. Долг чести требует закончить начатое.

Ксенофон посмотрел на спящего Макса.

– А он? Когда проснётся, дадим ему выбор. Он не обязан идти с нами дальше. Он уже сделал больше, чем мог ожидать от себя.

Но когда Макс проснулся спустя несколько часов, ослабленный, но живой, его ответ был коротким:

– Я иду. Куда бы вы ни направились.

Они тронулись в путь на следующее утро, когда солнце только начало подниматься над горизонтом, окрашивая серое небо в оттенки розового и оранжевого. Плато Пепельных Ветров раскинулось перед ними – бесконечная равнина мёртвой земли, покрытой слоем пепла, который когда-то был городами, лесами, жизнью.

Триста лет назад здесь бушевала война богов. Магия уничтожила всё живое, превратила плодородные земли в пустыню. И до сих пор в воздухе ощущалась остаточная энергия – словно земля помнила боль и не могла её забыть.

Они шли молча, сохраняя силы. Брутан шёл впереди, его опытные глаза высматривали опасности. Лиара двигалась рядом с Максом, время от времени поддерживая его, когда он спотыкался. Ксенофон замыкал процессию, опираясь на новый посох – простую палку из местного дерева, которую он нашёл и зачаровал базовыми защитными рунами.

К полудню они наткнулись на первые признаки древней цивилизации – разрушенную статую, наполовину погребённую в пепле. Статуя изображала воина в доспехах, с поднятым мечом, но лицо было стёрто временем и ветром.

– Страж Аль-Марходана, – пробормотал Ксенофон, останавливаясь рядом. – Таких было сотни, стоящих вдоль дорог, ведущих к городу. Теперь осталась только эта.

– Что с ними случилось? – спросил Макс.

– Их уничтожили в первые дни войны. Боги сражались здесь, на этих равнинах. Шабкара против Моргаса, свет против тьмы. Они разрушили всё на своём пути.

Они продолжили путь, и вскоре увидели больше руин – фрагменты стен, остатки домов, скелеты давно умерших животных. Где-то вдалеке раздавался странный звук – похожий на пение, но искажённый, неправильный.

– Что это? – спросила Лиара, сжимая рукоять кинжала.

– Эхо магии, – ответил Ксенофон. – Заклинания, произнесённые триста лет назад, до сих пор резонируют в этом месте. Не обращайте внимания. Это безопасно наверное.

К вечеру они нашли ещё одну пещеру и разбили лагерь. Развели небольшой костёр из сухой травы и остатков дерева. Ксенофон достал еду – сухой хлеб и вяленое мясо – и они поели молча, слишком уставшие для разговоров.

Но когда стемнело, Макс не мог уснуть. Он сидел у костра, глядя на пламя, и думал о том, что увидел в монастыре. О магических потоках, о силе, которая текла через него. О проклятии, которое ждало его, если он возьмёт Кристалл Вече.

«Видеть смерть тех, кого полюблю», – думал он. Это была страшная цена. Но что если это единственный способ остановить культ? Что если его сила – это ключ к спасению мира?

Лиара села рядом с ним, протянув кружку с горячим чаем из трав, которые собрал Ксенофон.

– Не спится? – спросила она тихо.

– Думаю, – ответил Макс, принимая кружку. – О том, что ждёт нас впереди.

– Смерть, вероятно, – усмехнулась Лиара, но в её голосе не было веселья. – Но мы уже согласились на это, когда решили идти в монастырь.

– Ты не боишься?

Она посмотрела на него, и в свете костра её лицо казалось младше, уязвимее.

– Боюсь. Каждый день. Но страх – это не причина останавливаться. Мои родители не остановились, когда пришли культисты. Они сражались до конца, защищая меня. Я им должна тем же – закончить то, за что они умерли.

Макс кивнул, понимая. У каждого из них была своя причина продолжать. Лиара – месть. Брутан – долг. Ксенофон – искупление. А у него у него была вера в то, что он может что-то изменить.

– Спасибо, – сказал он неожиданно.

– За что?

– За то, что взяла меня с собой. Я был никем – переписчиком в пыльной башне. Теперь я не знаю, кто я. Но я живой. По-настоящему живой.

Лиара улыбнулась – первая искренняя улыбка, которую он видел на её лице.

– Не благодари раньше времени. Возможно, в Аль-Марходане ты пожалеешь о том, что присоединился к нам.

Они засмеялись тихо, и в этом смехе было что-то освобождающее. На следующий день путь продолжился, и к вечеру третьего дня они наконец увидели то, что искали.

Руины Аль-Марходана поднимались на горизонте, словно скелет гигантского зверя. Башни, стены, дворцы – всё в руинах, но всё ещё величественное, всё ещё помнящее былую славу. И над всем этим висело нечто невидимое, но ощутимое – древняя магия, ждущая тех, кто осмелится войти.

– Вот и мы, – прошептал Ксенофон. – Город мёртвых. Город ответов.