Читать книгу Наследие Гипатии - - Страница 4

Штаб-квартира организации "Феникс" располагалась в восточной части Каира, в здании, замаскированном под археологический исследовательский институт. Снаружи ничто не выдавало истинного назначения этого места – обычное административное здание с выцветшей вывеской "Институт ближневосточных исследований". Но внутри, под слоями обыденности, скрывался современный комплекс с передовыми лабораториями и центром управления операциями.

Когда Лейла впервые вошла в здание, она почти разочаровалась – потертые стены, старая мебель, пыльные витрины с репликами древних артефактов. Но затем Эмма Кларк привела её к неприметной двери в конце коридора, приложила ладонь к сканеру, и мир изменился.

За дверью оказался лифт, спустивший их на три этажа вниз. Двери открылись, и Лейла застыла в изумлении – перед ней был огромный операционный зал с десятками мониторов на стенах, аналитиками за компьютерами и голографическими картами мира с мерцающими точками.

– Добро пожаловать в настоящий "Феникс", – сказала Эмма с легкой улыбкой.

Сейчас, спустя два дня после прибытия, Лейла уже немного освоилась. Ей выделили небольшую лабораторию с современным оборудованием для изучения найденных артефактов и рукописей. Хамида и Махмуда разместили в гостевых комнатах, а остальных членов экспедиции отправили по домам, предварительно взяв с них подписку о неразглашении.

Лейла сидела за рабочим столом, сосредоточенно изучая металлические пластины с древними письменами. Она уже третий час пыталась расшифровать странный код – смесь древнегреческого, коптского и каких-то символов, которые она никогда раньше не видела.

– Любопытно, – пробормотала она, делая заметки в блокноте.

Дверь лаборатории открылась, и вошел доктор Джеймс Картер с кружкой дымящегося кофе.

– Как успехи? – спросил он, ставя кружку рядом с Лейлой. – Подумал, вам может понадобиться кофеин. Вы здесь с пяти утра.

Лейла благодарно улыбнулась и сделала глоток. Кофе был сильно переслащен, но сейчас это было именно то, что нужно.

– Спасибо. Я пытаюсь понять систему шифрования Гипатии. Это гениально и… очень сложно.

Она указала на экран компьютера, где были отсканированы и увеличены фрагменты текста.

– Смотрите, она использовала базовые греческие буквы как ключи к шифру. Но настоящее сообщение скрыто в математических соотношениях между буквами. Это похоже на… музыкальную нотацию, смешанную с астрономическими символами.

Картер наклонился над столом, вглядываясь в символы.

– Астрономические символы? Вы уверены?

– Почти. Видите эти знаки? – Лейла указала на ряд странных символов в верхней части пластины. – Они соответствуют древним обозначениям созвездий. Вот Орион, Плеяды, Большая Медведица… А здесь что-то похожее на траекторию движения.

– Траекторию чего? – спросил Картер, подвигая стул и садясь рядом с Лейлой.

– Возможно, метеорита. Того самого, из которого, предположительно, происходит Гиперион.

Картер задумчиво потер подбородок.

– Если это так, то Гипатия не только знала о метеорите, но и могла предсказать его падение. Что было невероятным для науки того времени.

Лейла кивнула, возвращаясь к расшифровке.

– И не только. Смотрите, что мне удалось расшифровать пока.

Она открыла документ на компьютере, где уже были записаны переведенные фрагменты.

"…небесный металл, который я назвала Гиперион в честь титана, породившего Гелиоса, прибыл к нам со звезд в огненной колеснице. Я рассчитала его путь по звездам и обнаружила место падения на острове, который местные жители называют Наксос.

Металл обладает свойствами, не подчиняющимися известным законам природы. Он существует одновременно здесь и… где-то еще. Иногда мне кажется, что я слышу голоса, исходящие из него, словно кто-то пытается говорить через завесу между мирами.

Мои эксперименты показали, что при определенном расположении частиц металла и воздействии на них через определенные точки, можно создать… окно. Портал между нашим миром и другим, откуда происходит Гиперион. Но этот другой мир не является гостеприимным для нас, а его обитатели… я не уверена, что они доброжелательны к людям. После случившегося с Терой я не смею продолжать эксперименты…"

– Тера, – задумчиво произнес Картер. – Должно быть, та служительница храма, о которой упоминалось в прологе рукописи.

– Да, – кивнула Лейла. – Далее текст становится более сложным для расшифровки, но суть понятна. Гипатия обнаружила способ использовать Гиперион для создания портала между измерениями.

– И это именно то, чего добивается "Скарабей", – мрачно добавил Картер. – Открыть портал и выпустить этих… существ в наш мир.

– Но зачем? – Лейла потерла усталые глаза. – Какой в этом смысл?

– Власть, – раздался голос от двери. Там стоял майор Донован, скрестив руки на груди. – Классическая схема – тот, кто контролирует источник неведомой силы, получает преимущество над остальным миром.

Донован подошел к столу и взглянул на расшифрованный текст.

– Как продвигается работа?

– Медленно, но верно, – ответила Лейла. – Я расшифровала основную концепцию, но детали все еще туманны. Особенно в части методики активации металла.

– Что с остальными артефактами? – Донован повернулся к Картеру.

– Металлический диск, предположительно, является ключевым компонентом устройства для открытия портала, – ответил тот. – Я провел спектральный анализ. Это определенно Гиперион, но в более чистой форме, чем те образцы, что мы находили ранее. И он… активен.

– Активен? – Лейла подняла голову. – Что это значит?

– Он излучает энергию. Очень слабую, но постоянную, – Картер снял очки и устало потер глаза. – И спектр этого излучения не соответствует ничему известному современной физике. Это не электромагнитное излучение, не радиация в привычном понимании. Это что-то… иное.

– Оно опасно? – спросила Лейла, невольно отодвигаясь от контейнера с диском, стоявшего на соседнем столе.

– В текущем состоянии – минимально, – ответил Картер. – Мы держим его в свинцовом контейнере, который блокирует большую часть излучения. Но если активировать его согласно описанной в манускриптах процедуре…

Он замолчал, подбирая слова.

– Что произойдет? – настояла Лейла.

– Теоретически, – медленно произнес Картер, – может открыться проход между нашим измерением и тем, откуда пришел Гиперион. Но без точных знаний о процедуре, это лишь предположение.

– Именно поэтому, – вмешался Донован, – расшифровка манускриптов так важна. Мы должны знать, с чем имеем дело, прежде чем "Скарабей" получит эту информацию.

Лейла вернулась к металлическим пластинам, но внезапно почувствовала легкое головокружение. Перед глазами на мгновение возникло странное видение – темная пустота, наполненная светящимися нитями, и среди них – движущиеся тени, не имеющие четкой формы.

– Вы в порядке? – обеспокоенно спросил Картер, заметив её состояние.

– Да, просто усталость, – Лейла потрясла головой, и видение исчезло. – Слишком много информации для одного дня.

– Вам нужно отдохнуть, – сказал Донован. – Продолжим завтра. И еще… Эмма хотела вас видеть. Она в зале для брифингов.

Лейла кивнула и, собрав свои заметки, направилась к выходу. Проходя мимо контейнера с металлическим диском, она почувствовала странное притяжение, будто артефакт звал её. Она остановилась, глядя на закрытый контейнер, и на мгновение ей показалось, что она слышит шепот – множество голосов, говорящих одновременно на языке, которого она не понимала.

– Лейла? – позвал Картер. – Все в порядке?

Она моргнула, и ощущение исчезло.

– Да, просто задумалась, – ответила она и быстро вышла из лаборатории.

Зал для брифингов находился в центральной части подземного комплекса. Это было просторное помещение с овальным столом посередине и большим экраном на стене. Когда Лейла вошла, Эмма Кларк беседовала с молодой женщиной ближневосточной внешности, одетой в черные джинсы и футболку с изображением египетской богини Баст.

– А, Лейла, – Эмма улыбнулась. – Познакомьтесь, это Зара Нур, наш специалист по компьютерным системам и безопасности.

– Проще говоря, хакер, – с усмешкой сказала Зара, протягивая руку. – Приятно познакомиться, доктор Хассан. Слышала, вы нашли нечто особенное.

Рукопожатие Зары было крепким, а взгляд – пронзительным и оценивающим.

– Надеюсь, это того стоило, – добавила она. – "Скарабеи" становятся все активнее. И, поверьте, Малик не тот человек, с которым стоит шутить.

– Вы знаете его лично? – спросила Лейла, заинтригованная интонацией, с которой Зара произнесла имя лидера "Скарабея".

Тень пробежала по лицу Зары.

– Можно сказать и так. Мы… пересекались. Не при самых приятных обстоятельствах.

Эмма прервала беседу, жестом приглашая всех сесть за стол.

– У нас мало времени. Зара отследила необычную активность в сетях, связанных со "Скарабеем". Они мобилизуются, и, похоже, готовят какую-то операцию.

Она активировала экран на стене, где появилась карта Каира с несколькими мигающими точками.

– За последние сутки зафиксировано несколько встреч известных нам членов "Скарабея". Они что-то планируют, и это связано с вашей находкой, Лейла.

– Откуда такая уверенность? – спросила Лейла.

– Я взломала их зашифрованный канал связи, – ответила Зара, набирая что-то на планшете. – Они не упоминают конкретно ваше имя или детали находки, но используют кодовое обозначение "Наследие". И они очень заинтересованы в его получении.

– "Наследие"… – задумчиво произнесла Лейла. – Наследие Гипатии. Они знают больше, чем мы предполагали.

– Именно, – кивнула Эмма. – И это означает, что у них есть источник информации внутри археологического сообщества. Кто-то, кто знал о вашей экспедиции и её цели.

Лейла вспомнила о профессоре Фавазе, своем наставнике. Неужели он?.. Нет, это невозможно. Он всегда был образцом научной этики.

– Что нам известно о лидере "Скарабея"? – спросила она, отгоняя тревожные мысли.

Эмма кивнула Заре, которая вывела на экран досье с фотографией мужчины средних лет с проницательными темными глазами и аккуратно подстриженной бородой.

– Малик аль-Дахаби, также известный под кодовым именем "Анубис". Бывший военный археолог, работавший на египетскую разведку. Специализировался на поиске древних артефактов, имеющих стратегическое значение. Десять лет назад во время раскопок в Синайской пустыне его команда обнаружила небольшой фрагмент Гипериона. Что произошло дальше – точно неизвестно, но в результате инцидента погибло пять человек, а Малик был уволен из армии и официально объявлен погибшим.

– Но он выжил, – продолжила Зара, и в её голосе прозвучала нескрываемая ненависть. – И основал "Скарабея" – организацию, одержимую поиском артефактов из Гипериона и древних знаний о технологиях создания порталов. Они верят, что, контролируя эти технологии, смогут установить новый мировой порядок.

– Звучит как типичный злодейский план по захвату мира, – с сомнением сказала Лейла. – Как в плохом фильме.

– К сожалению, – мрачно ответила Эмма, – реальность иногда оказывается хуже любого фильма. Малик не просто фанатик или террорист. Он – визионер с ресурсами и армией преданных последователей. И он действительно верит, что человечество движется к самоуничтожению, а единственный способ спасти цивилизацию – это радикальное изменение существующего порядка.

Она вывела на экран новые изображения – фотографии различных инцидентов, связанных с деятельностью "Скарабея": разрушенные археологические объекты, похищенные артефакты, раненые и убитые.

– За последние пять лет они совершили двадцать три крупные операции по всему миру. Результат – сорок шесть погибших, более ста раненых, и неизвестное количество похищенных древних артефактов и текстов.

Лейла изучала фотографии, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Это уже не казалось фантастикой – реальные люди, реальные жертвы, реальная угроза.

– И они охотятся за нашими находками, – сказала она.

– Не только за находками, – ответила Зара. – Им нужны ваши знания. Способность расшифровать тексты Гипатии, понять принцип работы Гипериона. Малик не остановится ни перед чем, чтобы получить это.

Эмма выключила экран и повернулась к Лейле.

– Именно поэтому мы предлагаем вам полную защиту. Вы и ваши коллеги останетесь здесь, под охраной "Феникса", пока мы не разберемся с угрозой. И мы надеемся, что вы продолжите работу над расшифровкой текстов. Время имеет решающее значение.

Лейла задумалась. Ситуация казалась невероятной – еще неделю назад она была обычным археологом, а теперь оказалась в центре конфликта между секретными организациями, борющимися за технологию, способную открыть портал в другое измерение.

– У меня есть выбор? – спросила она.

– Всегда есть выбор, – ответила Эмма. – Но в данной ситуации разумнее остаться под нашей защитой. "Скарабей" не оставит вас в покое, где бы вы ни были.

Лейла кивнула. Выбора действительно не было.

– Хорошо. Я продолжу работу. Но мне нужен доступ к вашим базам данных по древним языкам и шифрам. И я хочу, чтобы Хамид помогал мне – он отличный лингвист.

– Без проблем, – Эмма улыбнулась. – Все ресурсы "Феникса" в вашем распоряжении.

Вернувшись в лабораторию, Лейла обнаружила, что Картер все еще работает с металлическим диском. Он установил вокруг контейнера несколько датчиков и внимательно изучал показания на мониторе.

– Что-то интересное? – спросила она, подходя ближе.

Картер вздрогнул, не заметив её появления.

– О, вы вернулись. Да, есть кое-что любопытное. Уровень излучения Гипериона изменяется. Не сильно, но есть четкий паттерн – что-то вроде пульсации с интервалом в тридцать семь секунд.

– Пульсация? – Лейла нахмурилась. – Раньше вы это замечали?

– Нет, это началось около часа назад, – Картер указал на график на экране. – Видите? Регулярные пики активности. Почти как… сердцебиение.

Лейла наклонилась к монитору, изучая график. Действительно, кривая напоминала кардиограмму с равномерными пиками.

– Что могло вызвать это изменение? – спросила она.

– Не уверен, – Картер потер подбородок. – Возможно, это реакция на расшифровку текстов. Или на приближение определенной астрономической конфигурации, упомянутой в манускриптах.

Он открыл на компьютере астрономическую программу, показывающую текущее положение звезд и планет.

– Смотрите, – он указал на экран. – Орион и Плеяды сейчас находятся в особом положении относительно друг друга. Не точно таком, как описано Гипатией для полной активации, но близком. Возможно, металл реагирует на это.

Лейла вспомнила строки из манускрипта: "Когда Охотник встретится с Семью Сестрами, путь откроется". Гипатия использовала метафоры из греческой мифологии, где Орион был Охотником, а Плеяды – Семью Сестрами.

– Если это так, то мы должны ожидать усиления активности в ближайшие дни, – сказала она. – По моим расчетам, точная конфигурация наступит через три дня.

– Три дня, – повторил Картер. – Не так много времени для подготовки.

В этот момент дверь лаборатории распахнулась, и вбежал один из техников "Феникса", его лицо было бледным.

– Доктор Картер! У нас проблема с Махмудом!

– Что случилось? – Лейла тут же насторожилась, услышав имя своего помощника.

– Он… он ведет себя странно. Говорит о голосах и существах из-за стены. И его глаза… они светятся зеленым.

Лейла и Картер переглянулись и бросились следом за техником. Они быстро прошли по коридору и вошли в комнату отдыха, где находился Махмуд. Молодой египтянин стоял посреди комнаты, его взгляд был направлен в пустоту, а из глаз действительно исходило слабое зеленоватое свечение.

– Они ждут, – монотонно произносил он. – Они так долго ждали. За стеной между мирами. Они хотят войти.

Лейла осторожно приблизилась к нему.

– Махмуд? Ты меня слышишь?

Он медленно повернул голову к ней, и Лейла едва сдержала вскрик. Его глаза были полностью затоплены зеленоватым светом, без зрачков и радужки.

– Врата скоро откроются, – сказал он голосом, который звучал не совсем как его собственный. – Звезды выстраиваются. Гиперион пробуждается. Они придут.

Картер достал из кармана небольшой прибор и навел его на Махмуда.

– Невероятно. От него исходит то же самое излучение, что и от Гипериона. Но как это возможно?

Лейла вспомнила маленький металлический предмет, который Махмуд нашел у входа в подземное сооружение.

– Образец! – воскликнула она. – Махмуд нашел фрагмент металла рядом с пещерой. Он хранил его в контейнере для образцов.

– Где этот контейнер? – резко спросил Картер.

– Должен быть среди его вещей, – Лейла огляделась и заметила рюкзак Махмуда в углу комнаты.

Она быстро подошла к нему и начала рыться внутри. Контейнер для образцов был там, но открытый, и фрагмента Гипериона внутри не было.

– Он пуст, – сказала она, чувствуя, как холодок пробегает по спине. – Махмуд, что ты сделал с образцом?

Махмуд улыбнулся странной, отсутствующей улыбкой.

– Он внутри. Он показал мне истину. Показал тех, кто ждет за стеной.

– Внутри? – переспросил Картер. – Вы имеете в виду…

– Он проглотил фрагмент Гипериона, – мрачно закончила Лейла. – Металл теперь внутри него.

В этот момент в комнату вбежали Донован и двое медиков с носилками.

– Мы засекли всплеск излучения, – сказал майор. – Что здесь происходит?

– Наш помощник вступил в контакт с Гиперионом, – быстро объяснил Картер. – Он, похоже, проглотил небольшой фрагмент металла, и теперь… что-то или кто-то контролирует его.

Донован выругался и кивнул медикам.

– Изолируйте его и проведите полное сканирование. Он теперь потенциально опасен.

Медики приблизились к Махмуду, но тот внезапно напрягся и закричал – это был нечеловеческий крик, высокий и пронзительный, от которого у всех присутствующих заложило уши. Затем он упал на колени, его тело сотрясали судороги.

– Держите его! – крикнул один из медиков, бросаясь к Махмуду.

Вместе с Донованом они удерживали молодого человека, пока третий медик делал инъекцию успокоительного. Постепенно судороги прекратились, и Махмуд обмяк в их руках. Зеленоватое свечение в его глазах погасло.

– Что с ним теперь будет? – тихо спросила Лейла, когда Махмуда уложили на носилки и вынесли из комнаты.

– Мы сделаем все возможное, – ответил Донован. – Но я не буду вас обманывать – случаи прямого контакта с Гиперионом редко заканчиваются хорошо. Металл влияет на мозг, создает связь с… тем, что находится за порталом.

– Хаос, – прошептала Лейла. – Так Гипатия называла то измерение в своих манускриптах. Мир Хаоса, где действуют другие законы физики, и обитают существа из энергии и неизвестной формы материи.

Картер нахмурился, глядя на показания своего прибора.

– Излучение постепенно спадает, но все еще присутствует в комнате. Я думаю, нам всем стоит пройти дезактивацию, просто на всякий случай.

Они покинули комнату отдыха, и специальная команда "Феникса" приступила к процедуре очистки помещения. Лейла, Картер и Донован прошли через дезактивационную камеру, где их одежда и кожа были обработаны нейтрализующим раствором.

– Это была демонстрация, – сказал Донован, когда они вышли из камеры. – Предупреждение о том, насколько опасен Гиперион даже в малых количествах.

– И напоминание о том, что мы должны спешить, – добавил Картер. – Три дня до астрономической конфигурации, о которой говорила Гипатия. Три дня до того, как активность Гипериона достигнет пика.

Лейла молча кивнула, думая о Махмуде. Она чувствовала ответственность за случившееся – ведь именно она привела его в эту экспедицию, втянула в опасную игру с силами, о которых они так мало знали.

– Я продолжу расшифровку, – сказала она наконец. – Возможно, Гипатия оставила указания о том, как нейтрализовать эффекты Гипериона. Или как помочь тем, кто подвергся его воздействию.

– Хорошо, – кивнул Донован. – А я усилю безопасность. Если "Скарабей" узнает о происшествии с Махмудом, они могут попытаться похитить его для изучения эффектов.

Они вернулись в лабораторию, где Лейла сразу же погрузилась в работу, с новой энергией изучая металлические пластины. Теперь, когда она видела реальные последствия контакта с Гиперионом, расшифровка текстов приобрела еще большую важность.

Часы пролетели незаметно. Лейла так углубилась в работу, что не заметила, как наступил вечер. Ее прервал Хамид, принесший поднос с едой.

– Вы не обедали, доктор Хассан, – сказал он с мягким укором. – Нужно поддерживать силы.

Лейла благодарно улыбнулась. Хамид всегда заботился о ней во время экспедиций, напоминая о еде и отдыхе, когда она слишком увлекалась работой.

– Спасибо, Хамид. Как ты?

– Немного ошеломлен всем происходящим, – признался он, присаживаясь рядом. – Все эти разговоры о других измерениях и древних металлах… это слишком похоже на сказки из "Тысячи и одной ночи".

– Я понимаю, – Лейла отложила стилус и потянулась к сэндвичу на подносе. – Еще неделю назад я бы посмеялась над всем этим. Но теперь…

– А что с Махмудом? – спросил Хамид, и его голос дрогнул. – Мне не разрешают его навестить.

Лейла вздохнула, не зная, как много рассказать.

– Он… под наблюдением врачей. У него был контакт с артефактом, и это вызвало некоторые… осложнения.

– Он поправится? – в глазах Хамида читалось искреннее беспокойство.

– Я надеюсь, – ответила Лейла, хотя в глубине души не была уверена. – Лучшие специалисты занимаются им.

Хамид кивнул, принимая её ответ, хотя было видно, что он не до конца удовлетворен.

– Я могу чем-то помочь вам в расшифровке? – спросил он, меняя тему.

Лейла оценила его предложение. Хамид был талантливым лингвистом, специализировавшимся на древнеегипетских текстах.

– Да, на самом деле можешь, – она указала на один из фрагментов текста на экране. – Здесь есть элементы, похожие на демотическое письмо. Я думаю, Гипатия использовала его как дополнительный уровень шифрования для особо важных частей.

Хамид подвинул стул ближе и начал изучать текст. Лейла отметила про себя, что его присутствие успокаивает – частичка нормальной жизни в этом мире секретных организаций и внеземных технологий.

Они проработали еще несколько часов, постепенно продвигаясь в расшифровке. К ночи им удалось перевести еще один значительный фрагмент манускрипта, где Гипатия описывала процедуру активации металла:

"…при соединении фрагментов Гипериона в определенной конфигурации создается резонанс, усиливающийся при правильном астрономическом расположении. Ключом служит диск с семью выступами, символизирующими семь известных небесных тел. Когда диск активируется с помощью направленной мысли человека с особым даром – потомка тех, кто первым контактировал с пришельцами из Хаоса – портал открывается на короткое время. Но предупреждаю: открытие портала привлекает внимание существ Хаоса, жаждущих проникнуть в наш мир. Они питаются энергией человеческого разума и могут захватить контроль над теми, кто не защищен…"

– Направленная мысль человека с особым даром, – задумчиво повторил Хамид. – Похоже на описание телепатии или какой-то ментальной связи с металлом.

– Да, и похоже, что не каждый человек способен на это, – добавила Лейла. – Только потомки тех, кто уже контактировал с существами из другого измерения.

– Но как определить такого человека? – спросил Хамид.

– Возможно, здесь есть ответ, – Лейла указала на следующий фрагмент текста, который они еще не расшифровали. – Продолжим завтра. Уже поздно, и нам обоим нужен отдых.

Хамид кивнул и, пожелав доброй ночи, удалился в свою комнату. Лейла осталась одна в лаборатории, собирая свои заметки. Она чувствовала странное беспокойство, будто что-то ускользало от её внимания, какой-то важный фрагмент головоломки.

Перед уходом она еще раз взглянула на контейнер с металлическим диском. Излучение продолжало пульсировать с той же частотой, но амплитуда пиков на графике немного увеличилась. Гиперион становился активнее, реагируя на приближение астрономической конфигурации.

– Что ты такое? – прошептала Лейла, глядя на контейнер. – И чего ты хочешь от нас?

Неожиданно для себя она протянула руку к контейнеру, ощущая странное притяжение. В тот момент, когда её пальцы почти коснулись свинцовой поверхности, она вздрогнула от внезапного видения – темная пустота, наполненная светящимися нитями, и среди них – движущиеся тени, тянущие к ней свои бесформенные конечности.

Лейла отдернула руку, тяжело дыша. Видение исчезло так же быстро, как и появилось, но оставило после себя ощущение холода и тревоги.

– Нужно быть осторожнее, – пробормотала она, отступая от контейнера. – Гораздо осторожнее.

Покинув лабораторию, она направилась в свою комнату, надеясь, что сон принесет отдых и ясность мыслей. Но даже сквозь сон она слышала шепот – множество голосов, говорящих на языке, которого она не понимала, но каким-то образом чувствовала его смысл.

Они ждали. И скоро их ожидание должно было завершиться.