Читать книгу «Три кашалота». Замри и надейся. Детектив-фэнтези. Книга 10 - - Страница 6

VI

Едва Куртяхин успел составить краткий предварительный отчет, указав на связь похищения шапки Мономаха с действиями сектантов, и отправить на стол полковнику, как вновь был вызван к нему же на срочное совещание.

Халтурин усадил всех и показал на экран. На нем появилась группа людей на церемонии погребения и выступления с последним словом полицейских чинов об убитом полковнике Черноточине. Куртяхин тут же узнал среди них друга капитана Крыншина майора Максима Преображенцева, бывшего одним из подчиненных убитого, и его жену Викторию. Лицо Максима было слишком рассеянным и задумчивым. Он несколько раз посмотрел по сторонам, словно чего-то ожидая увидеть, и этого опасаясь.

– Это все сослуживцы и родственники убитого, – сказал Халтурин, поставив сослуживцев на первое место, но тут же вернувшись ко вторым. – Из числа родственников обращает на себя внимание психиатр перинатального центра Евдокия Белорясова. Она неоднократно бывала на различных форумах вместе с нашим фигурантом – психологом и сектантом Белоцерковским, который обвинен в насильственном удержании несовершеннолетних детей в своем «доме интернате», якобы им спасенных от злодеев-растлителей. Сейчас он, как мы знаем, в психиатрической клинике. И вот эта особа, – экран увеличил женщину лет двадцати семи, невысокую, в черном пальто, казалось, суховатую, но с пухлым грустным лицом и в кофейном платке, – вскоре после похорон оказывается в той же клинике, но уже в качестве пациентки. Будто бы, съехав с катушек, она устроила сцену поиска несуществующего ребенка, ее отвезти в клинику вызванные на место происшествия всполошившимися соседями полицейские на машине УАЗ «Патриот». Фотография ее в общей системе данных была быстро идентифицирована. Первое, что она сделала, придя в себя после вколотой порции аминазина, она заявила, не исключено, симулирующему потерю рассудка Белоцерковскому, что беременна от него. Беременность ее не подтверждена. Это первое. Своим поведением она привлекла к себе слишком много внимания, были изучены данные на нее. Выяснилось, что в числе ее пациентов, обратите особое внимание, – каждый из сослуживцев убитого Черноточины, которых вы видите на экране. Кроме майора Максима Преображенцева… Вот он на экране… И, как видим, чем-то обеспокоен. – С этими словами Халтурин выключил экран, положил пульт и продолжил: – Сегодня майор признался капитану: все бывшие на кладбище люди – это верхушка секты из состава офицеров Федеральной службы исполнения наказания, одной из ее специфических структур уголовно-исполнительной системы, до сих пор занимающей бывшие помещения монастырей и храмовых комплексов; с прежним центром фискальной инквизиции в зданиях тюрьмы Иоанно-Предтеченского монастыря. Это уже отживающая структура, площади ее постоянно отходят государству. Но существует версия, что существует скрытая тайная империя «Тартищевский централ», в которую входят даже диггеры – искатели подземных приключений. Многие помещения превратились в собственность лидеров данного «централа», сдаются в аренду, но даже в налоговой инспекции комар носа не подточит – все переписано на кого-то, состав владельцев и наименования разных контор меняется. Словом, вроде бы все по закону. Но!..

– Перевертыши в погонах?

– Рассудите сами, коллеги. Вся верхушка – представители двухпалатного выборного органа, я бы даже назвал это сектой «Тартищинская тишина», которую возглавляет генерал Руслан Тартищев, сделавший карьеру на Урале и в Башкирии. Там он предотвратил национальные разногласия между башкирами и калмыками-мусульманами и христианами, в том числе, православными калмыками-казаками. Дело там доходило до попыток самосожжения нескольких мусульманских и христианских общин. Он не нашел иных путей, как заставить губернатора построить на месте двух старых, некогда долго мирно сосуществовавших деревень, единый большой микрорайон с мечетью и храмом. Причем, все спроектировали так, чтобы ни колокола храма, ни речи муэдзинов с минаретов не раздражали слуха противостоящих сторон: правоверных и православных. Приехав в Москву, Тартищев создает свою организацию из офицеров федеральной службы «для лучшей государственной пользы управления» с подготовкой законов, разрешением «дел внутренней экономики»…

– И обсуждением всех важнейших проблем, не так ли?

– Разумеется. Формулировка, указывающая на то, что организация может быть представлена как общественная, с мотивацией поддержки всего, что только что было названо – порядка, государства, экономики и прочего. Одним словом, всего! – подвел итог полковник Халтурин.

– Весьма предусмотрительно.

– Да, и слишком уж смело для того, чтобы не считать их в самом деле сумасшедшими! – сказала капитан Антонида Вержбицкая. – Так это или нет, надо выяснить. Разрешите взять этот вопрос на себя?

– Разрешаю. А теперь давайте-ка попробуем связать все эти события, – сказал полковник и отчего-то громко вздохнул. – Капитан Удальцова, прошу вас!

– Система связывает все эти события следующим образом, – начала она. – Во второй половине тысяча семьсот тридцатых годов губернатором Василием Никитичем Татищевым основывается город-крепость Ставрополь-на-Волге для переселения крещеных калмыков и защиты русских земель от набегов. Как раз в эту пору императрица Анна Иоанновна жалует крещеной калмыцкой княгине Анне Тайшиной грамоту, как бы привязывая это событие к дате основания города и, тем самым, фиксируя свершившееся важное событие. Думаю, нет необходимости в деталях расшифровывать все то, что за этим стояло.

– Да, это была тактика, направленная на поощрение новокрещенцев любыми средствами.

– Но, спустя всего считанные месяцы, по настоянию местной инквизиции тот же Татищев в Екатеринбурге, как в свое время Пилат перед казнью Христа, умывает руки и подписывает бумагу, согласно букве Соборного Уложения, на сжигание живьем за отступление от православия в ислам башкирки Кисянбики, в крещении Екатерины Байрясовой. Есть косвенные данные, что она могла быть Белорясовой, внучкой священника, участвовавшего в новокрещенческих акциях народов восточных земель, поскольку часть корня «бай» в восточных наречиях читается как «белый». Дети священника породнились с новокрещенными башкирскими родами, так и появилась православная Белорясова-Байрясова. О ней пока все, но совпадения в созвучии фамилий, с учетом активизации дворянских обществ и прочих партий, желающих перестроить Россию, игнорировать мы не можем. Да и наша компьютерная база «Сапфир» не даст этого сделать. Так, например, он шлет следующую информацию: «Один из членов организации Тартищева – некто Леонид Ильич Татищев, может являться потомком ветви графа Ильи Татищева, генерал-адъютанта царя Николая II, казненного в годы революции и канонизированного Русской православной церковью как новомученик.

– В таком случае, присутствие его потомков среди заговорщиков организации Тартищева указывает на их позицию, что для новой власти нет места для истории советской власти, и, значит, они – чистые либералы.

– В известном смысле… Но не совсем так, товарищ полковник. «Тартищинская тишина» рассматривает государство как общественный договор, целью которого является общее благо граждан на основе положительного закона естественного человеческого права. Заключая этот договор, граждане передают государству только часть своих завоеваний, сохраняя за собой право защиты жизни, чести и собственности. Никакая власть и никакой положительный закон не могут изъять неотчуждаемых священных прав и свобод человека.

– Ну, и что им не нравится сегодня? Не понимаю. Мы только и слышим по телевизору эти вот самые прокламации!

– Эта концепция, вероятно, их прикрытие. Там несколько фракций. Одной из них, например, в сегодняшней политике не нравится все! Они считают, что народу надо дать такую нагрузку, чтобы он начал жить по закону выживания в агрессивной среде. Для этого необходима полноценная война. Идеологию для ее развязывания они почти подготовили.

– И это называется либерализмом без опыта Союза! Да это – чистый троцкизм!

– Сумасшедшие! Шизофреники! Перед нами на глазах разворачивается драма подготовки новой революции? Невероятно!

– Не будем столь категоричны, – мрачно сказал Халтурин. – И драмы, и подготовки к революциям были всегда! И именно в разных, там, масонских и сектантских группировках!..