Читать книгу Летописи Джампы - - Страница 2

На планете Джантрии люди готовились к далекой экспедиции к Красному светилу в созвездии Огненного Змея сквозь многочисленные световые талы и авиты, чтобы засвидетельствовать миф о звездных предках, подтвержденный искателями прошлого и переданный через бесчисленные поколения со времен существования царства Джампа. Джантрия не навязывала собственную точку зрения чужим мирам, оставалась безучастной в делах Вселенной, зная о негативных примерах из прошлого планеты, не увенчавшихся успехом у злостных тиранов и деспотов.

Недавно, в последнюю авиту[1] всепланетного празднования дня древнего святого царя, искатели смогли подтвердить предания об этой малоизвестной личности. Они обнаружили остатки каменных стен старинного города, где изображался сидящий со скрещенными ногами улыбающийся мужчина в ярких одеждах со светящимся кристаллом в руках, а также саркофаги, в которых были помещены тела неизвестных обитателей. Многие сразу распознали в барельефе сказочного Джареда – первопредка и основателя джампийского рода царей.

Однако незадолго до предстоящей космической экспедиции все искатели прошлого согласились с тем, что мифический царь вряд ли существовал на самом деле. Найденный каменный барельеф человека им ни о чем не говорил, лишь запутывал. В Джантрии каждый человек, с детства обучавшийся истории, прекрасно знал о сказаниях, где этот персонаж описывался как горный дух Ло времен Основания, тревоживший население своими внезапными появлениями. О деятельности царицы Мекаины, любящей сестры и подруги, оставившей о себе добрые светлые воспоминания, имелось даже больше сведений, чем о ее фантастическом предке.

Но были и доказательства в виде редких записей в железных книгах, переданных царицей своему племяннику в наследство и сохранивших память о Джареде Первом. Там безымянные авторы смутно рассказывали о последних талах[2] Джареда и о правлении его сына, называемого ими Джаредом Вторым Кровавым. Кроме того, ученые Джантрии считали, что их пращуры отделились в незапамятные времена от ящеров в ходе эволюции. Но строение тел обоих видов резко отличалось, что доказывало их разное происхождение. Эта неопровержимая догма довлела над всеми, кто пытался опровергнуть или пересмотреть ее. Но были искатели истины, которые думали по-другому, считая предков обитателей Джантрии пришедшими с небес из неизвестной звездной системы.

Именно таким молодым искателем и любителем истории и древних языков предстает Уабба – заведующий целым институтом на одной из орбитальных космических станций, что вращалась вокруг гигантской водородной планеты Аурус, напоминающей наши Юпитер или Сатурн.

Уабба безоговорочно верил в достоверность найденных находок. При этом он оставался больше мечтателем, а не серьезным исследователем, доверяющим проверенным фактам. Из-за этого другие искатели прошлого в его среде называли Уаббу странным блаженным чудаком в огромных круглых очках. Он постоянно торчал у людей, говоривших ему о непонятных энергиях и Пустоте. Идеи древней Пустоты, распространившиеся когда-то по Джантрии, получили подтверждение наличия вечных изменяющихся космических потоков во Вселенной, благодаря которым люди обратили свой взор на небо. Людям удалось построить более быстрый космический корабль, созданный за счет тепловой энергии живых кристаллов по аналогии с найденными в пустыне серебристыми шарами, которые многие посчитали ярким доказательством прилета древних из глубин космоса.

Все началось с опровержения Советом Джантрии по древним находкам надписей на мертвых языках, оставленных прежними носителями прошлого Джампы.

Юного Уаббу иногда высмеивали за его смелые высказывания насчет мифа о звездных предках, которым поклонялись древние джампийцы.

– И ты думаешь, что этот всем известный миф говорит нам о родстве Джантрии с обитателями далеких звезд? – спросила молодая исследовательница Танайя, изучавшая сказания и легенды царства Джампы. – А вдруг их мир давно погиб?

– Я смог расшифровать надписи, обнаруженные на каменной стеле неподалеку от музея Истории Великого Запредельного. Там говорится, что наши предполагаемые звездные предки прибыли с умирающей планеты, чтобы сохранить знания и передать потомкам. То есть нам, – сказал Уабба. Он сильно волновался из-за того, что его могли не так понять или неправильно расслышать.

– Но ведь эти языки не имеют аналогов у нас? – спросил Лаа, еще один из исследователей старой письменности планеты. – Сколько раз их пытались расшифровать по известным схемам и таблицам. И все было без толку. Тем более что эти каменные стелы толком не сохранились с тех пор, как род джампийских царей прервался вследствие войн и вырождения. Не стоит забывать также и о катастрофе, сгубившей все в тот миг, когда якобы жил сказочный царь Джаред. То, что вы показываете сейчас, – всего лишь старая трехмерная копия, неизвестно как оказавшаяся в музее Истории Великого Запредельного. Вы, молодой человек, рассказываете такие вещи, которые немыслимы для Совета Джантрии. Это всего лишь ваши фантазии и домыслы, ничем не подкрепленные. Как вы постигли смыслы мертвых знаков на стеле?

– Я сравнивал нашу письменность с письменностью Джампы, а также летающих городов. Эти языки очень похожи между собой по звучанию, несмотря на разное значение и количество начертанных знаков.

– Это невозможно! – воскликнул Лаа. Этот ученый муж преклонных лет не доверял фантазиям, считая их мешающими в изучении реальных подтвержденных фактов. Его глаза на худом узком лице, строго смотревшие прямо на Уаббу, выражали крайнее недовольство тем, что юноша выдает свои выдумки и непродуманные мечты о поиске доказательств нахождения следов мифических предков со звезд за действительность. – Оба языка развивались независимо друг от друга, но только во время правления правителей Джатхи и Мекаины прежние народы позаимствовали друг у друга некоторые слова и выражения. Это общеизвестный факт!

– О, как мне это знакомо! – сказала Танайя. – Когда-то и саму Джампу считали выдуманной, пока не отыскали заброшенный царский дворец. Искатели думали, что все жили на летающих городах, однако время показало их неправоту. Они считали себя светочами разума в отличие от жителей Джампы. Я склонна полагать, что и сказочный полумифический предок рода джампийских царей Джаред Первый мог жить и существовать, но поверить в реальность пребывания здесь неведомых людей из глубин космоса я не в состоянии.

– Вы не понимаете! Расшифровка каменной стелы перевернет представление о прошлом Джантрии и, может быть, даст надежду на встречу с нашими далекими, но такими близкими родственниками из системы Красной звезды. Может быть, благодаря им мы сейчас вполне благополучно живем на Джантрии! – воскликнул Уабба.

– Нет, молодой человек, – прервал речь Уаббы Лаа, тут же встав. – Вы нам, пожалуйста, покажите не эти скупые фантазии, а приведите реальные доказательства существования этих ваших людей со звезд. До следующего круга времени.

Уабба умоляюще взглянул на Танайю:

– Но ты-то хотя бы мне веришь?

– Извини, но я ничем не могу тебе помочь, – сказала девушка. – Еще бы знать, что это не подделка и не обман, но я склонна доверять все же Лаа, как самому опытному из нас.

На этой странной ноте разговор о находках закончился. Толпа быстро покинула зал института, оставив Уаббу в раздумьях о неудачной попытке отстоять свою правду.

* * *

Уабба в расстроенных чувствах вернулся к себе домой – на один из летающих городов, который назывался Островом наслаждений. Это было место, где возвышались высокие круглые дома фиолетового цвета, а между ними обустроены мосты с искусственными водопадами и реками. Ночью город всюду освещался яркими огнями, от которых с непривычки можно было ослепнуть. Здесь люди круглые талы отдыхали, жили большими семьями. Уабба же жил один, так как работа в институте отнимала все его свободное время, за исключением тех моментов, когда он отправлялся к друзьям, интересующимися учением Великой Пустоты. С ними Уабба ненадолго забывал о работе и своих попытках достучаться до всепланетного Совета Джантрии по древним находкам, где он ощущал себя всегда не в своей тарелке перед старцами. Друзья же, наоборот, всячески поддерживали Уаббу.

Сидя перед наставником в его доме, юноши и девушки постигали азы учения с помощью свободных бесед и диалогов друг с другом. Также проходили духовные практики и познание космоса. Отдельные личности, погружаясь в Пустоту, видели бесконечное число миров, с которыми захотелось соприкоснуться. Кто-то даже видел свои прошлые жизни в царствование Мекаины или ее отца Джатхи, что шокировало неискушенную публику. Идеалом для таких людей являлся царь Джаред Первый, благодаря которому учение Пустоты распространилось по всей древней Джампе. Уабба учился терпению и спокойствию вместе с остальными, однако редкие встречи и беспокойства по поводу расшифрованных древних надписей не давали сосредоточиться на Пустоте как следует.

У него была любимая девушка из далеких гор Алуина, но им пришлось расстаться – она не захотела жить на станции вместе с ним, предпочтя местного кавалера. Жизнь на космической станции оказалась тяжела вследствие сильной гравитации и притяжения массы соседней планеты Аурус, отчего девушка страдала от непрекращающихся головных болей. Уаббу расставание поначалу сильно опечалило: он себе места не находил, мало ел и спал, отдавая всего себя работе по изучению и расшифровке тайных знаков на каменной стеле.

Уабба сосредоточенно сидел за столом и смотрел на трехмерные изображения стелы, железных ржавых книг с давними выбитыми символами, древних заброшенных городов и каменных ликов, висевших в воздухе прямо перед ним, а также неизвестных ему джампийских царей и богов.

Но особенно его поразило описание, как он понял, поделенное на две книги, рассказывающее о жизни в Джампе и о прекрасной Мекаине – царице-матери своих подданных, умершей в почтенном возрасте на Летающей жемчужине на руках у своего любимого мужчины.

Перед молодым человеком развернулись события давнего прошлого, переданные со слов Мекаины, ее друзей Чанга и Орианы, ее отца Джатхи, реконструированные сотрудниками музея Истории Великого Запредельного по деталям. Он тут же погрузился на долгие дни в чтение и просмотр картин минувшего.