Читать книгу Зеркало забвения - - Страница 5

Тишина в полуземлянке повисла густая, как смоль. Слова Мирославы Ты пришёл не один висели между ними невидимой, но непреодолимой стеной.

Артём чувствовал себя виноватым, хотя не понимал, в чём именно. Он смотрел на неё на её внезапно побледневшее лицо, на руки, которые слегка дрожали, когда она подливала масло в светец.

– Что, что это было? наконец решился он спросить.

– Ведение. Знак, она не смотрела на него. Вода показывает то, что скрыто. То, что хочет быть узнанным. Она показала мне Тьму на твоих пятках. Как чёрную хмару, что прилипла к тебе с того света.

Тот свет. Для неё его мир был загробным царством. Мысль была одновременно и абсурдной, и пугающе логичной.

– Я не чувствовал ничего, попытался, он возразить, но голос его дрогнул.

– Ты не мог. Ты из мира, где разучились чувствовать, она повернулась к нему, и в ее глазах теперь горел не страх, а жгучий интерес, смешанный с жалостью. Расскажи. Расскажи о своём мире. Откуда ты? Где нет духов, нет богов, где люди живут в железе и камне?

Она села напротив него, поджав ноги, и укуталась в плащ из волчьей шкуры. Она смотрела на него как на самого удивительного сказителя, готового поведать былину о неведомых краях.

И Артем начал говорить. Сначала сбивчиво, подбирая слова, которых не существовало в её языке. Он говорил о городах, что вздымаются к небу каменными громадами, о дорогах из чёрного камня, по которым носятся железные колесницы без лошадей, о том, как ночью загорается тысяча солнц от одного прикосновения к стене.

Она слушала, не перебивая; её глаза становились всё шире.

– Люди летают? По воздуху? Как птицы? её голос был полон благоговейного ужаса.

– Да. В железных трубах. Мы называем это самолетами.

– И говорят с другого конца земли? Сквозь воздух?

– Через маленькую коробочку. Телефон. Он попытался изобразить форму смартфона.

Она покачала головой, не в силах представить такое.

– Это могучая магия, прошептала она. Сильнее, чем у Велеса медвежьего бога.

Артём горько усмехнулся.

– Это не магия, Мирослава. Это наука. Технологии. Мы изучили законы мира и подчинили их себе.

Она вгляделась в него пристальнее.

– Законы? Какие законы? Законы устанавливают боги. Или, она замолчала, осененная новой мыслью. Или вы поставили себя выше богов? Стали сами своими богами?

Его слова о подчинении мира прозвучали для нее как величайшая гордыня. Он пытался объяснить про электричество, про физику, но видел, что для нее это звучало как сложное колдовское заклинание.

– А зачем? вдруг спросила она самый простой и самый сложный вопрос. – Зачем всё это? Чтобы летать? Чтобы говорить на расстоянии? Чтобы ночью стало светло? Что это дало вашим душам? Стали ли вы от этого счастливее? Любите ли сильнее?

Вопросы сыпались, как камни, и каждый бил в самую суть. Артём замялся. Он думал о своей пустой квартире, о бесконечных дедлайнах, о знакомствах в соцсетях, о том, как давно он не смотрел на настоящее звездное небо.

– Мы экономим время, неуверенно сказал он.

– Время? она удивленно покачала головой. А куда вы его торопитесь сэкономить? В могилу? Разве не в каждом моменте нужно жить? Разве не в том радость почувствовать тепло солнца на щеке, а не свет холодного камня? Услышать песню друга, а не голос из коробочки? Прижать к себе любимого человека, а не смотреть на его изображение?

Она говорила с такой искренней, неподдельной болью за него, что у Артема перехватило дыхание. Он всю жизнь гордился прогрессом, а она смотрела на него как на жалкого, заблудшего нищего, променявшего золото на блестящие стекляшки.

– У нас нет времени на это, пробормотал он, и сам услышал, как бедно это звучит.

– Нет, тихо сказала она. У вас нет не времени. У вас нет жизни. Вы от неё отгородились. Сперва стенами, потом машинами, потом этими… коробочками. Вы живете в мире, сделанном своими руками, и забыли про мир, который вас породил. Вы умерли для него, и он умер для вас.

Она замолчала. В тишине было слышно только потрескивание лучины. Её лицо озарила внезапная мысль.

– Я поняла, прошептала она, и её глаза снова наполнились страхом. Я поняла, что пришло с тобой.

Артем замер.

– Это не твоя вина. Ты просто принёс его на себе, как больной приносит хворь. Ты принес Забвение. Ту самую силу, что вы прогнали из своего мира, вытеснили своими железными птицами и горящими камнями. Она осталась без дома, без пищи. И теперь она пришла сюда, чтобы питаться нами. Нашей верой. Нашей памятью. Нашей связью с богами и предками. Она хочет сделать наш мир таким же… мертвым, как ваш.

Она посмотрела на него, и в её взгляде была уже не вражда, а страшная жалость.

– Ты не злой. Ты вестник. Вестник конца.

За стенами завыл ветер. В его звуке Артёму впервые почудилось что-то злобное и голодное. Он смотрел на свои руки руки учёного, который хотел всё измерить и объяснить. И впервые в жизни ему захотелось не объяснять, а просто испугаться.

Потому что он понял она права.

Его мир был удобным, стерильным и бездушным. И эта бездушность была заразна.