Читать книгу Путь сквозь пепел - - Страница 10

МРТ продолжалось мучительно долго. Грохот аппарата, вибрация, тесное пространство трубы и невозможность пошевелиться превращали процедуру в настоящую пытку. Когда Романа наконец выдвинули из белого туннеля, он с трудом сдержал вздох облегчения.

– Держи, – Алексей незаметно протянул ему небольшую бутылку воды, пока Профессор был занят изучением первых результатов сканирования на мониторе. – Тебе нужно пить больше жидкости перед следующими процедурами.

В его глазах Роман прочитал немое предупреждение: не показывай, что между нами есть контакт. Он молча взял бутылку и сделал несколько глотков, благодарно кивнув.

– Превосходно! – воскликнул Профессор, увеличивая изображение на экране. – Посмотри, Алексей. Видишь эти области повышенной активности в гиппокампе? И эти структуры в мозжечке… Они отличаются от стандартных паттернов.

Алексей подошел к монитору, с профессиональным интересом вглядываясь в изображения.

– Действительно, есть отклонения от нормы, – согласился он. – Но они незначительны. Не думаю, что это объясняет иммунитет к вирусу.

– Это только начало, – Профессор нетерпеливо махнул рукой. – Переходим к следующему этапу. Анализ метаболизма и биопсия тканей.

Романа перевели к другому столу, где его руки и ноги снова зафиксировали. Алексей начал подготавливать инструменты для забора тканей – иглы разных размеров, пробирки, анестетики.

– Мы возьмем образцы кожи, мышечной ткани, костного мозга и лимфатических узлов, – объяснял Профессор, словно читая лекцию невидимым студентам. – Затем сравним их структуру с образцами, взятыми у обычных людей и у других иммунных. Возможно, ключ кроется в клеточных мембранах или в митохондриальной ДНК…

Он говорил больше для себя, чем для окружающих, погруженный в свои научные фантазии. Роман поймал взгляд Алексея, пока тот готовил обезболивающий укол. В его глазах читалось сочувствие.

– Это будет больно, но я постараюсь минимизировать дискомфорт, – тихо сказал Алексей, вводя анестетик в руку Романа. – Не сопротивляйся, это только продлит процедуру.

Следующий час превратился в кошмар из игл, боли и холодного металла инструментов, касающегося его тела. Несмотря на анестезию, Роман чувствовал каждый забор ткани – тупую боль, когда игла проникала глубоко в мышцу, острую вспышку, когда она достигала костного мозга. Профессор работал методично, с увлеченностью энтомолога, изучающего редкий вид насекомого.

– Восхитительно, – бормотал он, рассматривая образцы под микроскопом. – Видишь эти клеточные структуры, Алексей? Они отличаются от всего, что мы видели раньше. Его организм буквально перестроил себя на клеточном уровне.

Алексей кивал, делая заметки, но его лицо оставалось непроницаемым. Роман видел, как молодой ассистент незаметно для Профессора откладывал часть образцов, маркируя их иначе, чем остальные.

Когда биопсия была завершена, Роман чувствовал себя так, словно по его телу прошелся каток. Каждая мышца болела, в местах проколов пульсировала тупая боль. Но самое страшное было впереди.

– Теперь пункция спинного мозга, – Профессор надел новые перчатки. – И потом, если все пойдет хорошо, мы проведем тонкоигольную биопсию мозга. Я разработал метод, позволяющий минимизировать повреждение тканей…

– Профессор, – перебил его Алексей, глядя на показатели мониторов. – У пациента повышается давление и учащается пульс. Возможно, нам стоит сделать перерыв перед следующими процедурами.

Профессор недовольно поморщился.

– У нас нет времени на перерывы. Командир ждет результатов сегодня.

– Если пациент умрет от шока, результатов не будет вовсе, – настаивал Алексей. – Хотя бы час отдыха, чтобы его организм мог стабилизироваться.

Профессор посмотрел на мониторы, затем на часы.

– Хорошо, – неохотно согласился он. – Один час. Верните его в камеру и дайте транквилизатор. Я хочу, чтобы он был спокоен перед спинномозговой пункцией.

Охранники отстегнули фиксаторы и помогли Роману подняться. Его тело казалось чужим, неповоротливым, словно он управлял марионеткой с обрезанными нитями. Алексей поддержал его, когда он чуть не упал.

– Я провожу его, – сказал Алексей охранникам. – Мне нужно проверить состояние других пациентов в том крыле.

Профессор, уже занятый изучением образцов, рассеянно кивнул, и Алексей вывел Романа из лаборатории. В коридоре он поддерживал его под руку, делая вид, что помогает идти, но на самом деле шепотом передавая информацию:

– Игорь говорил со мной. Мы готовим побег сегодня ночью, после смены караула. Он знает, где держат мою сестру – в северном крыле, третий уровень. Мы заберем ее по пути.

Роман кивнул, не рискуя говорить вслух под камерами наблюдения.

– Профессор сегодня на грани, – продолжил Алексей. – Командир требует результатов. Его состояние ухудшается, и он становится нетерпеливым. Если сыворотка из твоей крови не поможет, он может приказать извлечь все твои органы для изучения.

От этих слов по спине Романа пробежал холодок.

– У тебя будет час отдыха, потом они продолжат тесты, – Алексей говорил быстро, пока они приближались к камере. – Во время спинномозговой пункции я подменю обезболивающее сильным седативным. Ты будешь без сознания, и Профессор прервет процедуру. Это даст нам время до вечера.

Они достигли камеры, и Алексей открыл дверь электронным ключом. Прежде чем Роман вошел внутрь, ассистент сказал чуть громче, для камер наблюдения:

– Отдыхайте. Я вернусь через час с лекарствами.

Дверь закрылась, и Роман остался один. Он с трудом добрался до кушетки и лег, чувствуя, как все тело пульсирует от боли. Сквозь стеклянную стену он видел другие камеры, других пленников. Некоторые из них смотрели на него с тем же пустым выражением, что и прежде. Они уже сдались, превратились в живые банки крови и органов.

«Я не стану таким, – подумал Роман, закрывая глаза. – Я выберусь отсюда».

Алексей вернулся ровно через час, как и обещал. Он нес поднос с медикаментами и бутылкой воды. За ним следовали двое охранников.

– Пора, – сказал он, открывая дверь камеры. – Профессор ждет.

Роман с трудом поднялся. Час отдыха немного восстановил его силы, но тело все еще болело от многочисленных проколов и надрезов.

– Выпей это, – Алексей протянул ему таблетку и воду. – Поможет пережить следующую процедуру.

Роман взял таблетку, но заметил, что Алексей незаметно для охраны подмигнул ему. Он проглотил лекарство, догадываясь, что это часть плана.

Когда они вернулись в лабораторию, Профессор уже подготовил все для спинномозговой пункции. Длинная тонкая игла лежала на стерильном подносе, рядом с пробирками для сбора жидкости.

– Отлично, вы вовремя, – сказал Профессор, не отрываясь от микроскопа. – Уложите его на бок, колени к груди. Алексей, подготовь местную анестезию.

Охранники помогли Роману принять нужное положение на столе. Его тело начало странно тяжелеть, а сознание затуманиваться. «Что бы ни дал мне Алексей, это действует быстрее, чем обычный транквилизатор», – подумал он.

Профессор подошел к столу, натягивая новые стерильные перчатки.

– Сейчас мы получим ответы на наши вопросы, – сказал он, больше для себя, чем для присутствующих. – Если вирус модифицировал нервную ткань, мы увидим это в спинномозговой жидкости.

Алексей подошел с шприцем, якобы для местной анестезии. Роман почувствовал укол в спину, и почти сразу его накрыла волна сильной сонливости. Последнее, что он услышал перед тем, как провалиться в темноту, был встревоженный голос Профессора:

– Что происходит? Его показатели падают!

Роман очнулся в своей камере. Голова была тяжелой, словно наполненной ватой, во рту пересохло. Он с трудом приподнялся на кушетке и огляделся. Через стеклянную стену он видел, что коридор пуст. Должно быть, уже вечер или даже ночь.

– Очнулся, – раздался голос из динамика под потолком. – Хорошо.

Роман узнал голос Алексея, хотя не видел его.

– Что… что произошло? – спросил он, с трудом ворочая языком.

– Я дал тебе сильное седативное вместо местной анестезии, – ответил Алексей. – Ты потерял сознание прямо перед процедурой. Профессор был в ярости, но не мог продолжать с бессознательным пациентом – риск осложнений слишком высок. Он отложил все до завтра.

– Где ты? – Роман осмотрелся, пытаясь найти источник голоса.

– В комнате наблюдения. Я на дежурстве сегодня, – объяснил Алексей. – Игорь будет здесь через двадцать минут, с началом ночной смены. Будь готов.

– К чему готов? – Роман попытался встать, но его ноги были слишком слабыми.

– К побегу, конечно, – в голосе Алексея послышалось нетерпение. – Сегодня идеальная ночь. Большая часть персонала в другом крыле – там какая-то проблема с системой вентиляции. Профессор с Командиром, проводит процедуру переливания новой порции сыворотки, которую успел приготовить из твоей крови.

Роман с трудом сглотнул. Значит, даже в отключке его использовали как источник крови.

– Я не уверен, что смогу идти, – честно признался он.

– Придется, – жестко ответил Алексей. – Другого шанса может не быть. Завтра Профессор не удовлетворится обычными тестами. Он говорил о трепанации черепа.

Эти слова заставили Романа содрогнуться. Он заставил себя сесть прямо, игнорируя головокружение и тошноту.

– Хорошо, – сказал он. – Я буду готов.

– Вот и отлично, – голос Алексея стал тише. – Кто-то идет. Я отключаюсь. Жди Игоря.

Динамик замолчал, и Роман остался один в тишине своей камеры. Он медленно начал разминать конечности, готовя тело к предстоящему испытанию. Каждое движение отдавалось болью в местах проколов, но он заставлял себя продолжать. Сегодня ночью они бегут, и он должен быть способен идти, бежать, драться, если понадобится.

Через стекло он видел других пленников в соседних камерах – безучастных, потерявших надежду. Он подумал, должны ли они попытаться освободить и их тоже. Но сразу понял, что это невозможно. Большинство из них были слишком слабы физически и морально, чтобы преодолеть трудности побега. Они стали бы обузой, подвергнув риску весь план.

Ровно через двадцать минут в коридоре появился Игорь. Он был в полном обмундировании – камуфляжная форма, бронежилет, шлем с опущенным забралом, автомат на плече. Роман никогда не видел его в полной экипировке и на мгновение не узнал.

Игорь подошел к стеклянной стене, поднял забрало и тихо сказал:

– Время пришло. Ты готов?

Роман кивнул, поднимаясь на ноги. Игорь приложил электронный ключ к замку, и дверь отъехала в сторону.

– Держи, – Игорь протянул ему камуфляжную куртку и кепку. – Надень это. И возьми, – он передал рюкзак и небольшой пистолет. – Надеюсь, не пригодится, но лучше иметь.

– Алексей ждет нас у северного лифта, – продолжил Игорь. – Оттуда мы спустимся на третий уровень за его сестрой, а потом – к гаражу. Там есть БТР, на котором мы сможем выбраться из комплекса.

– А охрана? – спросил Роман, надевая куртку.

– Минимальная, как я и говорил. Большинство в западном крыле, – Игорь усмехнулся. – Алексей устроил небольшую диверсию в системе вентиляции. Ничего опасного, но достаточно, чтобы отвлечь внимание.

Они вышли в коридор, Роман старался идти прямо, не выдавая слабости. Игорь двигался уверенно, как человек, имеющий право находиться здесь. Встречные охранники не обращали на них внимания – просто двое сотрудников, выполняющих свою работу.

Когда они достигли перекрестка коридоров, из-за угла появился Алексей. Он был в белом халате, но под ним виднелась темная одежда, не похожая на обычную форму персонала.

– Все идет по плану, – тихо сказал он. – Лифт свободен, я заблокировал камеры на нашем маршруте на ближайшие пятнадцать минут. Нам нужно торопиться.

Они вошли в лифт, и Алексей нажал кнопку третьего уровня.

– Моя сестра в камере 3-17, – сказал он, когда двери закрылись. – Там будет один охранник. Игорь, сможешь нейтрализовать его бесшумно?

Игорь кивнул, доставая из-за пояса электрошокер.

– Без проблем. Но помните: если что-то пойдет не так, мы действуем по плану Б – каждый сам за себя, встречаемся у восточных ворот.

Лифт остановился, двери открылись, и они вышли в тускло освещенный коридор третьего уровня. Здесь было тише, чем наверху, пахло сыростью. Камеры здесь были другими – с прочными металлическими дверями вместо стеклянных стен, с маленькими смотровыми окошками на уровне глаз.

– Сюда, – прошептал Алексей, указывая направление.

Они двинулись по коридору, Игорь впереди, Роман прикрывал тыл. Несмотря на слабость, он чувствовал прилив адреналина, обостряющего чувства. Каждый звук, каждая тень казались значимыми.

У камеры 3-17 действительно стоял охранник – молодой парень с усталым лицом, который явно скучал на посту. Игорь подошел к нему, делая вид, что собирается передать какое-то сообщение. Когда охранник повернулся к нему, Игорь мгновенно приложил электрошокер к его шее. Охранник вздрогнул и беззвучно осел на пол.

Алексей тут же бросился к двери, открывая ее электронным ключом.

– Марина! – тихо позвал он, входя в камеру.

Роман увидел молодую женщину, сидящую на узкой кровати. Она была бледной и худой, с темными кругами под глазами, но когда она увидела Алексея, ее лицо осветилось надеждой.

– Леша! – воскликнула она, бросаясь ему на шею. – Что происходит?

– Мы уходим отсюда, – ответил Алексей, крепко обнимая сестру. – Прямо сейчас. Ты можешь идти?

Она кивнула, вытирая слезы.

– Куда угодно, только подальше отсюда.

Игорь, затаскивавший бессознательного охранника в камеру, нетерпеливо махнул рукой:

– Поторопитесь. У нас мало времени.

Они вышли в коридор и направились обратно к лифту. Марина опиралась на брата, явно ослабленная долгим заключением, но решимость в ее глазах говорила о том, что она найдет силы для побега.

Когда они достигли лифта, Алексей нажал кнопку, но индикатор показал, что лифт движется вниз, к ним.

– Черт, – прошипел Игорь. – Кто-то едет сюда. Нам нужно найти другой путь.

– Лестница, – быстро сказал Алексей. – В конце коридора. Мы можем спуститься на уровень гаража.

Они поспешили к лестнице, стараясь двигаться бесшумно. За их спинами раздался сигнал прибытия лифта, и они ускорили шаг. Роман чувствовал, как сердце колотится в груди, а ноги наливаются свинцом, но заставлял себя держать темп.

Достигнув лестницы, они начали спускаться. Два пролета, три, четыре… Гараж находился на самом нижнем уровне комплекса.

– Почти пришли, – подбодрил их Игорь, когда они преодолели последний пролет.

Тяжелая металлическая дверь отделяла лестничную клетку от гаража. Игорь осторожно приоткрыл ее и выглянул наружу.

– Чисто, – сказал он. – Идем быстро и тихо. БТР стоит у дальней стены.

Они вышли в просторное помещение гаража, заполненное военной техникой – несколько джипов, бронетранспортер, грузовики. Большинство машин выглядели заброшенными, покрытыми пылью и маслянистыми пятнами.

Роман увидел БТР – массивную бронированную машину с гусеничным ходом, стоящую у дальней стены гаража. Они направились к ней, стараясь держаться в тени между другими транспортными средствами.

Внезапно ярко вспыхнул свет, заливая гараж слепящим белым сиянием. Откуда-то сверху раздался усиленный динамиками голос:

– Стоять! Вы окружены! Бросить оружие и лечь на пол, руки за голову!

Игорь выругался, толкая остальных за ближайший грузовик.

– План Б, – прошипел он. – Разделяемся. Роман, бери Марину и двигайся к боковому выходу. Мы с Алексеем отвлечем их.

– Нет, – возразил Роман. – Мы уходим вместе или не уходим вовсе.

Игорь схватил его за плечи, глядя прямо в глаза.

– Послушай меня. Ты важнее всех нас. Твоя кровь – ключ к выживанию. Если ты попадешься, Профессор вытянет из тебя все до последней капли. Ты должен выбраться и найти способ остановить это безумие.

Роман хотел возразить, но голос сверху повторил приказ:

– Последнее предупреждение! Бросить оружие и сдаться, или мы открываем огонь!

– Иди! – толкнул его Игорь. – Мы создадим диверсию. Встретимся у восточных ворот, если сможем. Если нет… найди других выживших. Расскажи им правду о том, что здесь происходит.

Не дожидаясь ответа, Игорь выскочил из-за укрытия и открыл огонь по прожекторам, освещающим гараж. Алексей последовал за ним, ведя огонь из пистолета, который Роман даже не заметил у него.

– Идем, – Марина схватила Романа за руку. – Они правы. Ты должен выжить.

Она потянула его в сторону, к узкому проходу между стеной и рядом машин. Роман бросил последний взгляд на Игоря и Алексея, отстреливающихся от невидимых противников, и последовал за Мариной. Выстрелы и крики заполнили гараж, создавая хаос, который мог дать им шанс на побег.