Читать книгу Чашка Петри. Хроники - - Страница 6

Тигель заживал. Медленно, как и всё в этом мире, не знающем спешки, кроме как в моменты смертельной опасности. Ожоговое поле, оставленное лучом Алисы, покрылось тонкой плёнкой из полисахаридов – работой Слизевых Племён, как позже узнала Алиса. Они не боялись мёртвых зон, видя в них чистый холст для новых построек.

Люциола поправлялась. Её свет снова приобрёл глубину, хотя тёмный шрам на оболочке оставался, как напоминание. Она стала своеобразным послом между своим племенем, настороженными Спороносцами и теперь – новой, невероятной силой, с которой столкнулась -Алисой.

После Совета Алиса провела бессонную ночь за книгами и статьями. Она изучала миксобактерии, их коллективное поведение, способность формировать плодовые тела. То, что она принимала за случайные скопления слизи, теперь виделось ей возможными поселениями. И Люциола, окрепнув, повела её туда – к границам владений, которые не были ни царствами, ни империями. К хаосу, у которого был метод.

Переход был резким. Упорядоченные «леса» полимеров и тропы Люминов сменились нагромождением причудливых структур. Здесь не было симметрии. Были спирали, изогнутые арки непонятного назначения, бесформенные башни, похожие на сталактиты, и сети тончайших, полупрозрачных трубок, по которым пульсировала неведомая жидкость. И повсюду – движение. Не индивидуальное, а массовое. Тысячи мелких, амёбообразных существ (отдельные клетки миксобактерий) сливались в ручьи, эти ручьи – в реки, а реки формировали временные, гигантские «слизнеформы»: щупальца, которые что-то строили, или мембраны, которые что-то фильтровали.

– Это же инженерная мысль в чистом виде, – прошептала Алиса, поражённая. – Без плана, без чертежей. Коллективный разум, решающий задачи в реальном времени.

Их заметили. Не сразу. Слизевики были слишком поглощены своей работой. Они возводили что-то грандиозное – мост через Кислотный Разлом. Это была глубокая трещина в агаре, заполненная едкой жидкостью с низким pH (возможно, результат давней химической войны или особенностей среды). Попадание в неё означало неминуемую смерть для большинства обитателей Тигеля.

Мост, который они строили, был чудовищно неэффективным с точки зрения Алисы. Они просто наращивали биомассу с двух сторон, надеясь, что концы сойдутся. Но течение в разломе было коварным, и строение постоянно размывало, обрушая тонны клейкого вещества в кислотную пучину.

Люциола, видимо, знала кого-то здесь. Она испустила специфический феромон – запах «гостя с новостями». Из ближайшей «слизнеформы» выступила капля протоплазмы, которая отделилась и приняла более плотную, индивидуальную форму. Существо было бесформенным, но в его колебаниях и внутренней структуре читался острый, любопытный интеллект. Люциола представила его: сложным сочетанием вспышек и феромонов, которое Алиса интерпретировала как «Миксо. Тот, кто соединяет несоединимое».

Миксо «посмотрел» на Люциолу, потом на пустое место рядом с ней, где висел внимательный «взгляд» Алисы. Он выпустил струйку феромона прямо в эту точку. Вопрос был грубым и прямым: «Полезен? Мешаешь?»

Алиса задумалась. Как ответить? Она вспомнила их проблему – мост. И её инженерное образование, пусть и биологическое, подсказывало решение. Они строили прямую переправу перпендикулярно течению, принимая весь удар стихии на себя. Нужен был изгиб. Арка.

Но как это передать? Чертить светом? Они могли не понять абстракцию. Тогда Алиса решила на действии. Она сфокусировала луч света не на них, а на самой кислотной реке, чуть ниже по течению от их строительства. Свет, сконцентрированный в точку, создал локальный нагрев. Тепло вызвало конвекцию: потоки жидкости пошли вверх, увлекая за собой часть строительного материала слизевиков – обломки их неудачных попыток. Эти обломки понеслись по течению и… зацепились за выступ на противоположном берегу, образуя естественную, косую опору.

Миксо замер. Вся его текучая форма сжалась в тугой, мыслительный узел. Затем он испустил вибрацию, от которой задрожали окрестные структуры. Это был не крик, а… восторг открытия. Он понял! Он увидел не божественное чудо, а физический принцип. Использование течения, а не борьба с ним.

Он метнулся назад к массе своих сородичей. Началась бешеная активность. Гигантская «слизнеформа» разомлела, распалась на миллионы отдельных клеток, которые стремительно перераспределились. Теперь они начали строить не прямо, а по дуге, используя естественную опору, созданную тепловым потоком. Их работа приобрела целенаправленную, почти лихорадочную скорость. Они не молились Духу Света. Они использовали предоставленный им инструмент.

Алиса наблюдала, как за считанные минуты (секунды её времени) арочный мост, изящный и прочный, перекидывается через разлом. По нему тут же хлынул поток слизевиков, несущих тюки с ресурсами – теми самыми полимерными гранулами, которые Люмины использовали для световых узоров. Между племенами, оказывается, уже была торговля.

Миксо вернулся к ним. Его «тело» сформировало подобие щупальца, которое бережно коснулось шрама на оболочке Люциолы. Затем он выпустил облачко феромона, на этот раз окрашенного в оттенки уважения и делового предложения. Алиса уловила суть: «Твой… большой друг. Инструмент в небе. Полезный. Давай договоримся».

Он предложил союз. Не религиозный, не политический. Технократический. Они, слизевики, будут поставлять Люминам высококачественные строительные полимеры для укрепления их световых городов. Люмины, в свою очередь, будут делиться информацией о перемещениях Строгих (которую собирали часовые вроде Люциолы). А «инструмент в небе» (Алиса) будет… время от времени помогать с решением особо сложных инженерных задач. В качестве платы они предлагали ей знание. Знание о недрах Тигеля, о скрытых течениях, о древних структурах, которые они, как неутомимые копатели, находили в толще агара.

Люциола, посовещавшись с Алисой (через серию световых импульсов, которые Миксо наблюдал с живым интересом), согласилась. Был заключён первый в истории Тигеля трёхсторонний пакт: Хранитель (Алиса), Светоносцы (Люмины) и Инженеры (Слизевики). Скреплённый не клятвами, а взаимной выгодой и любопытством.

Пока они «общались», Алиса разглядывала окрестности. И её взгляд упал на то, что слизевики, видимо, считали мусором или сырьём. В куче отработанного строительного материала лежали обломки чего-то твёрдого, глянцевого, неестественного для этой биологической среды. Осколки с ровными, острыми краями. Они слабо преломляли свет её микроскопа.

Это были осколки покровного стекла. Крошечные, размером с несколько их городов, но невероятно прочные. Артефакты с небес. Алиса поняла, что для них это – легендарный материал, возможно, считающийся нерушимым.

И тогда Миксо, следивший за направлением её «взгляда», горделиво выпустил новый феромон. Он подвёл их к краю своего поселения, к своеобразной «кузнице». Там, используя едкие ферменты и давление, несколько «слизнеформ» пытались обработать один такой осколок, придать ему форму. Они делали оружие. Или инструмент. Или и то, и другое.

Они не просто анархисты и инженеры. Они были ещё и кузнецами, работающими с божественным металлом. И этот факт делал их в тысячу раз опаснее и ценнее.

Покидая владения слизевиков, Алиса обдумывала увиденное. Мир Тигеля оказался невероятно глубоким. У каждой формы жизни был не только свой способ выживания, но и своя философия, своя «магия», основанная на биологии. И она, Алиса, стала частью этой экосистемы. Не над ней. А внутри.

У неё появились союзники. Появились ресурсы. И появилась первая, смутная догадка о том, как можно помочь, не нарушая хрупкий баланс: не как карающее божество, а как… соучастник эволюции.

Но из глубин чашки Петри, с тех сторон, где властвовали Строгие, уже ползла новая вибрация. Не марш армии. Нечто иное. Медленное, неумолимое, как движение тектонических плит. Предчувствие новой бури.