Читать книгу Странники - - Страница 4

Амир даже не особо удивился, когда увидел, что небольшой, но уютный ресторан, в котором он так надеялся позавтракать, оказался закрыт. Вспомнив, что по дороге проходил мимо работающего паба и, хотя обычно посещал подобные заведения только после ужина, решил дать ему шанс. Нормальной еды там, конечно, не будет, но на кофе и закуски можно было рассчитывать. Как и на приличный интерьер.

Несмотря на то что время едва перевалило за полдень, за стойкой уже сидела пара завсегдатаев. Худощавый бармен бросил быстрый взгляд в его сторону и тут же вернулся к изучению стопки чеков на стойке. Амир выбрал маленький столик у окна, нашёл в меню кофе и тост с сыром и ветчиной и демонстративно отложил брошюрку в сторону. Подходить к нему, однако, никто не спешил.

Юная официантка сидела на барном стуле у стойки, увлечённо тыкая в экран своего смартфона. И только когда Амир ощутил разгорающееся в нём раздражение и собирался уже сам напомнить персоналу о своём существовании, бармен наконец-то поднял голову и поймал его недовольный взгляд. Он что-то отрывисто сказал девушке, и та, недовольно передёрнув плечами, взяла со стойки меню и направилась к Амиру.

– Кофе со сливками, пожалуйста. И тост с сыром и ветчиной.

– Кофе со сливками? – внезапно оживилась девушка. – Может, добавим в него немного виски?

Несмотря на вчерашние возлияния, а может, как раз благодаря им, идея показалась Амиру небезынтересной. Но день только начался, а предстоящая встреча с мэром недвусмысленно намекала на то, что расслабляться не стоит.

– Спасибо, но нет. Просто кофе.

Официантке было откровенно всё равно, она даже не попыталась изобразить разочарование. Видимо, на предложение её подвигла только разница в цене напитков, а не «любовь к искусству». В принципе, имеет право. Любая профессия накладывает на человека свой отпечаток, и, глядя на то, как отдельные люди ведут себя с работниками сферы обслуживания, Амир искренне удивлялся, что далеко не каждый официант становится в итоге социопатом. Или социофобом. Хотя он неоднократно замечал, что чуть ли не большинство людей эти понятия постоянно путают.

Вбив имя мэра в поисковую систему, Амир принялся тщательно просматривать все доступные новости, пытаясь угадать, зачем он мог понадобиться высокопоставленному чиновнику. Но в сети можно было найти только публичную, то есть абсолютно бесполезную, информацию. При хорошем раскладе Вазира могли заинтересовать финансовые успехи Амира. Не так давно его скромный заводик по производству БАДов вышел на пятнадцатое место по доходности среди предприятий города. Но, учитывая неформальный характер встречи, надежды на это было мало. Самым неудачным раскладом будет, если он понадобился мэру как странник. Крайне редко, но такие истории иногда случались и ничем хорошим обычно не заканчивались.

Официантка принесла кофе и столовые приборы. Хотя кофе Амир любил горячий, а напиток в чашке оказался еле тёплым, он это просто проигнорировал. Может, потому что ничего другого уже и не ждал. Даже не столько от заведения, сколько от сегодняшнего дня в целом.

Потягивая кофе в ожидании тоста, он рассматривал двух посетителей за стойкой, один из которых показался ему смутно знакомым. Лица Амир не видел, но сгорбленная спина, сальные вьющиеся волосы и чёрный, изрядно потрёпанный костюм будили в нём какие-то нечёткие, но при этом недавние воспоминания. Для Амира было очевидно, что, если они действительно встречались, да ещё и недавно, то встреча наверняка была разовой и вряд ли на трезвую голову. Круг вероятностей эти факты не сужали сильно, так что он ещё немного понапрягал свою память и, так ничего и не вспомнив, оставил это занятие.

Однако скоро уже сам посетитель им заинтересовался. Он неуклюже слез со своего барного стула, возможно, собираясь прогуляться в туалет, но моментально поменял свои планы, когда увидел Амира. Сграбастав свой бокал со стойки, неуверенной, но целеустремлённой походкой мужчина направился прямо к его столику. Амир уже доедал тост и прикидывал, можно ли сейчас под предлогом сильной спешки подорваться к стойке и, расплатившись, уйти. Но, во-первых, выглядело бы это всё как паническое бегство, а во-вторых, откровенно поддатый посетитель находился сейчас между стойкой и Амиром, так что встреча была неизбежной в любом случае.

– Амир! – высоким и не самым приятным голосом воскликнул мужчина.

При этом он так приветственно махнул своим бокалом, что, будь там хоть на палец больше пива, оно бы наверняка выплеснулось на пол.

– Амир! Дружище! Вот уж не ожидал тебя тут встретить!

Дружище? Амир как раз собирался допить кофе и порадовался, что не успел сделать глоток: иначе наверняка бы поперхнулся. Его новоявленный приятель тем временем шумно отодвинул свободный стул и, не дожидаясь приглашения, взгромоздился напротив Амира. Его бокал громко стукнул по столешнице, и пиво снова взметнулось кверху, не добежав до края пару миллиметров.

– А чё ты кофеёк-то, паб же… Может, как тогда, ромчику жахнем?

Ром… Бледное воспоминание мелькнуло в голове у Амира, и он ухватился за него, как за соломинку. Ром он не любил, почти ненавидел. И пил его лишь несколько раз в жизни, в основном тогда, когда уже получал наполненный бокал от людей, которым неудобно было отказывать. Но недели три назад он коротал вечер в единственном на весь Некмэр казино, и бармен буквально ошарашил его новостью, что виски у них закончился, предложив на выбор ром или текилу.

Амир вспомнил, как, пока он объяснял бармену, что ром – это напиток пиратов, которые давно исчезли, и, следовательно, эта мерзкая жидкость должна исчезнуть вместе с ними, а текила является уделом сильных девочек, рядом с ним нарисовался тот самый кадр, который и предлагал сейчас Амиру повторить одну из грубейших ошибок в его жизни. Наверняка тогда именно этот случайный собутыльник и смотивировал его на подобный выбор. А вот если бы он заказал текилу, то мог бы использовать это как повод для знакомства с сидящей рядом девушкой, которая как раз собиралась заказать себе очередную рюмку.

– Спасибо, я по утрам не пью, – Амир старался вложить в свой голос побольше добродушия, но даже сам почувствовал, насколько сухо и высокомерно прозвучал его голос.

Навязчивый гость посмотрел на своё недопитое пиво и заметно обиделся.

– По утрам я тоже не пью, – сообщил он Амиру. – А сейчас уже за полдень.

Пока Амир думал, как ему лучше извиниться и за что именно, настроение гостя снова поменялось в позитивную сторону. Вальяжно откинувшись на спинку стула и едва его при этом не опрокинув, он смачно отхлебнул пива, почти полностью опустошив бокал.

– Классно мы тогда погудели. Я там проигрался малость… Настроение ни к чёрту было. Думал, тяпну напоследок – и домой. А тут смотрю, ты чё-то бармену про пиратов втираешь. А у меня даже кличка раньше была – Пират. Ну ты ж помнишь наверняка, я рассказывал. Друзья так прозвали за то, что ром обожаю. Ну как и ты, конечно. Так, а чё нам пить ещё? Окромя рома из крепкого алкоголя ничего толкового люди не придумали.

– Как насчёт виски? – тоже откинувшись на спинку, поинтересовался Амир.

Пират уставился на него так, словно внезапно разглядел за человеческой личиной гигантского богомола. Сначала с его лица исчезла улыбка, а затем и дружелюбие в целом. Пару секунд он тяжело смотрел на Амира, постукивая пальцами по столу, и тот невольно принялся вспоминать, когда последний раз ему приходилось драться. Вроде, лет семь назад съездил кому-то в баре по лицу при схожих обстоятельствах, но это было не точно.

Лицо Пирата стало как-то странно подёргиваться, и Амир начал прикидывать, как бы в случае необходимости увернуться от летящего в него бокала, но неожиданно понял, что означала эта странная мимика. Его незваный собеседник из последних сил пытался сдержать распирающий его смех. Хватило Пирата ненадолго, и он разразился гомерическим, вполне себе пиратским хохотом.

– Виски… ну ты даёшь… Вот этим ты мне при нашей первой встрече и понравился. Юмор у тебя – огонь.

Амир про себя облегчённо выдохнул и всё-таки глотнул кофе.

– За тёлку извини, кстати, – неожиданно выдал собеседник.

Амир всё-таки поперхнулся. Пират со смесью вины и удивления наблюдал за кашляющим Амиром и в какой-то момент даже потянулся постучать его по спине, но тот торопливо вытянул руку в останавливающем жесте. Откашлявшись, он взял салфетку со стола и аккуратно вытер губы. Смяв салфетку пальцами, Амир бросил её в пустую кофейную чашку и снова откинулся на спинку стула.

– Какую ещё тёлку?

Термин этот Амир не употреблял в принципе, и слово прошло по кончику языка почти ощутимым неприятным жжением. Никаких инцидентов, связанных в тот вечер с женщинами, он не запомнил. С другой стороны, пятнадцать минут назад он не помнил и самого Пирата.

– Ну эту… которую ты коктейлем угостил. Я ей просто тогда сказал, что ты мой младший деловой партнёр, и она как-то сразу на меня переключилась… Так ты вроде ей и не особо интересовался… С другой стороны, коктейль же ты купил.

Что это была за женщина и как он покупал ей напиток, Амир не помнил, но в очередной раз дал себе зарок не пить с кем попало.

Дверь бара распахнулась, и внутрь вошёл новый посетитель. Амир не обратил бы на него никакого внимания, но тот надолго остановился неподалёку от входа, разглядывая обстановку паба. С одной стороны, ничего удивительного в этом не было: он и сам, заходя в незнакомое заведение, оценивал интерьер и публику. Однако мужчина оглядывался так, словно искал кого-то из знакомых. И как-то слишком уж надолго задержался взглядом на Амире и его собеседнике.

Пока новый посетитель оглядывался, мужчина за стойкой успел рассчитаться и нетрезвой походкой направился к выходу. Быстро оценив его кондицию, новичок поспешно отошёл в сторону, освобождая проход.

Пират нёс какую-то полупьяную ахинею, и желание побыстрее от него отделаться росло в Амире с каждой минутой. Он поискал глазами официантку, чтобы попросить счёт, но та, как назло, куда-то испарилась. Бармен же был занят новым посетителем, который рассеяно листал меню, что-то периодически спрашивая. И, что Амиру не слишком понравилось, то и дело бросал быстрые и нервные взгляды в его с Пиратом сторону. Амир был персоной светской, но не публичной, и лишнего внимания к себе не любил.

В попытке хоть на пару минут отделаться от Пирата Амир решил посетить уборную, заодно надеясь, что за время его отсутствия официантка появится в зале. Когда он проходил мимо стойки, новый посетитель внезапно спрыгнул со своего стула и сделал пару шагов по направлению к нему. Сделал он их настолько быстро и нервно, что Амиру пришлось сделать над собой усилие, чтобы не отпрыгнуть.

– Извините… Я ищу Амира Нэкмари. Это, случайно, не вы?

Амир внутренне выругался. Ситуации, когда его узнавал незнакомый или малознакомый человек, были редки, и сегодня они явно превысили любую допустимую квоту. Он понятия не имел, кто был этот человек и что ему было надо, да и желания всё это выяснять у Амира не было. Тем более сейчас, когда естественные потребности просили его немного ускориться. Повернувшись в сторону своего столика, он показал пальцем на Пирата и, не моргнув взглядом, ответил:

– Это он.

Уже разворачиваясь, он увидел отчётливое сомнение на лице посетителя. Может, тот ему не поверил, а может, хотел спросить что-то ещё, но Амир уже бодро шагал в сторону туалета.

Он уже закончил своё нехитрое дело и застёгивал брюки, когда из зала вдруг донёсся истошный крик официантки. По крайней мере, ему показалось, что кричала именно она. Опознать этот дрожащий, искажённый ужасом голос было бы сложно, но других женщин в пабе он не видел. Судорожно застегнув ремень, Амир выбежал в зал.

Как раз в тот момент, когда хлопнула, закрываясь, входная дверь.

Официантка всё ещё продолжала кричать, стоя над опрокинутым на пол подносом, не обращая внимания на лужу из пива, обтекавшую её туфли. А рядом со столиком, где ещё недавно сидел Амир, на боку лежал его недавний знакомый. Ноги Пирата конвульсивно подрагивали, а его толстая мясистая ладонь была прижата к шее, что практически не сдерживало льющуюся из неё кровь. Несколько долгих, почти бесконечных секунд Амир смотрел на агонизирующее тело, не в силах заставить себя хоть что-то сделать, а потом, словно опомнившись, бросился на помощь.

На ходу он стащил с себя пиджак и, бросив его на пол, принялся судорожно расстёгивать рубашку, планируя перевязать ею рану на шее. Пальцы не слушались, пуговицы отлетали в стороны, и, когда Амир наконец-то расстегнул рубашку до конца, мужчина на полу внезапно затих, и его ладонь медленно, словно лениво, сползла с шеи и с лёгким стуком ударилась об пол.

Амир всё ещё снимал рубашку, когда почувствовал, как чья-то рука сильно сжала его плечо, и обернулся. Рядом стоял бармен, в свободной руке он сжимал ещё запечатанную упаковку с медицинским бинтом, который, вероятно, только что достал из аптечки.

Амира трясло. Он всё ещё считал, что надо что-то сделать: перевязать рану и вызвать скорую – возможно, медики ещё успеют помочь. Но он и сам понимал, что сделать уже ничего не получится. Бармен подошёл к официантке. Она уже не кричала, а просто всхлипывала, закрывая лицо руками. Он обнял её за плечи, мягко, но настойчиво развернул девушку и повёл её в соседний зал. Она покорно шла, и сквозь женские всхлипы Амир услышал едва разборчивое: «Он ткнул его в шею и вышел… Просто ткнул его ножом в шею и просто вышел!..». Единственным желанием Амира было распахнуть входную дверь и уйти как можно дальше от этого места, но, несмотря на почти шоковое состояние, он понимал, что этого делать не стоит. Объясняться потом перед жандармами будет гораздо сложнее, чем если он дождётся их здесь.

Чёрный с жёлтыми полосками седан приехал минут через десять. Видимо, бармен позвонил им, как только увёл официантку с места убийства. Следом приехал ещё один, и почти одновременно с ними приехала скорая. Несмотря на просьбы бармена оставить официантку в пабе, её усадили в одну из машин вместе с самим барменом. В другую посадили Амира. Сам не понимая почему, он всё ждал, что на него наденут наручники, но этого так и не случилось. Отделение жандармерии, куда их повезли, оказалось неблизко, но доехали они быстро. Несмотря на выключенные мигалки и сирену, водитель гнал как на пожар. Видимо, по привычке.

В отделении Амира встретил приземистый, полноватый жандарм, представившийся сыщиком второго ранга. В званиях Амир не разбирался и, честно говоря, сильно надеялся, что и в будущем не сможет оценить уровень оказанного ему приёма. В жандармерии до этого момента он успел побывать трижды: дважды как свидетель пьяной драки и единожды – как её полноценный участник. Как свидетель он провёл в отделении несколько часов, а как участник – почти сутки, но в этот раз всё закончилось на удивление быстро. К счастью для Амира, бармен не слышал, о чём он разговаривал с посетителем. Узнай жандарм, кого искал убийца, не говоря уже о том, что Амир сам указал на любителя рома, – с него бы три шкуры содрали, пытаясь докопаться к правде. Правды, о которой сам Амир не имел никакого понятия.

Жандарму он сказал, что посетитель паба попросил закурить, – и тут же оказался в категории случайных свидетелей. Служащий вдумчиво, но быстро заполнил протокол, размашисто отпечатал поверх подписи Амира казённый штамп со схематичным изображением сокола, рвущего клювом дохлую крысу, выписал пропуск и объяснил дорогу к выходу.

Из душного кабинета Амир не столько вышел, сколько выбежал. Несмотря на полученный стресс, разум его работал ясно и чётко. Амир понимал, что его хотят убить. И кто бы это ни был, он, скорее всего, уже осознал ошибку и почти наверняка попытается её исправить.

Амир понимал, что должен сейчас думать именно об этом: определить возможного заказчика, выработать стратегию выживания. Но мозг настойчиво сверлила мысль, заткнуть которую ему не удавалось, несмотря на все усилия. Амир всё никак не мог перестать думать о том, что именно он показал пальцем на совершенно чужого ему человека и этим определил его дальнейшую судьбу. Может, он и не воткнул нож в шею, но фактически стал его убийцей.