Читать книгу Странники - - Страница 9

Вазир попрощался с ними настолько быстро и скомкано, что Эмилия не могла отделаться от ощущения, будто бы он просто сбежал. Даже тот короткий путь из комнаты до бокового выхода он потратил на полностью лишённую смысловой нагрузки речь, конспект которой уложился бы в одну фразу: «У нас всё получится!».

Затем Вазир сел в служебную машину и уехал, а Резу и Эмилию уже ждал неприметный седан для поездки в аэропорт. Эмилия уже было направилась к автомобилю, когда Реза внезапно пробормотал что-то вроде: «Мне срочно надо позвонить» – и вернулся в здание. Обескураженная, она лишь пожала плечами в ответ на удивлённый взгляд водителя, стоявшего возле машины.

В другой день она бы просто наслаждалась тёплым солнечным утром и красивым парком вокруг, но сейчас в голове у неё крутились обрывки истории, рассказанной Вазиром, ещё и разбавленные собственными мыслями и эмоциями.

Впрочем, от этого не самого продуктивного занятия её очень скоро отвлекло негромкое, но настойчивое «мяу». Прямо за её плечом на перилах сидел всё тот же бело-рыжий кот в красном ошейнике. И всё так же вопросительно смотрел на Эмилию.

С полминуты они просто изучали друг друга, потом она протянула к коту ладонь. «Подумаешь, расцарапает. Ну и пусть», – подумала Эмилия и попыталась почесать кота за ухом. Кот недоверчиво присел и уклонился, и она убрала руку, но вскоре решила попытаться ещё раз. Кот опять отвёл голову, но уже не так категорично, и Эмилия осторожно почесала ему сбоку шею. Тот не возражал. Он уже смотрел не на неё, а куда-то в сторону, то и дело сладко прищуриваясь.

Эмилия с почти детским восторгом гладила кота, шёпотом уговаривая его никуда не уходить. Она то и дело просовывала пальцы ему под ошейник – ей казалось, что там ему почёсывания приятнее всего.

Когда-то давно она даже притворялась, что не любит кошек – из зависти к тем, кто мог запросто подойти к этим пушистым созданиям, не съев предварительно пачку антигистаминных таблеток. Зато сейчас она была очень рада, что не отступила после первоначальной реакции животного. Её подруга, подобравшая двух котов с улицы, рассказывала ей, что какими бы дружелюбными и «социальными» ни были её питомцы, их первая реакция на попытку погладить всегда была одинаковой: уклониться от человеческой руки. Видимо, опыт жизни на улице не располагал к человеку.

Эмилии показалось, что её окликнул водитель, и, продолжая чесать кота, она обернулась. Тот разговаривал по телефону, не обращая на неё никакого внимания. Зато она почувствовала, как что-то пощекотало её запястье, и повернулась обратно – и застыла на месте, не веря своим глазам.

Кот сидел на перилах, всё с той же довольной мордой. Только вот с его шеи исчез красный кожаный ошейник. А на тонком запястье Эмилии теперь красовался красный браслет, поблёскивающий матовым металлическим бликом. Она поднесла его к глазам и долго разглядывала, потом недоверчиво пощупала пальцами. Браслет был твёрдым и действительно походил на металлический. И самым интересным было то, что металл был цельным, без единого признака замка или чего-то подобного. Браслет комфортно сидел на руке, но его диаметра всё же не хватало, чтобы стянуть через кисть.

Эмилия разглядывала диковинную вещицу, совершенно не понимая, как отнестись к происходящему. С одной стороны, ей «подарили» симпатичное украшение, с другой – сделали это, не спросив. Да ещё и непонятно, как ей отделаться от этого подарка, возникни у неё такое желание или необходимость. А желание снять браслет у Эмилии появилось почти сразу и только усиливалось с каждой неудачной попыткой.

Она прощупала каждый миллиметр конструкции в поисках шва и всё же попыталась стащить браслет с запястья, но всё было без толку. Попытки её становились всё ожесточённее и злее, и прекратило их только требовательное «мяу» со стороны перил. Эмилия не то чтобы забыла про кота, но была настолько поглощена своими попытками, что вздрогнула от неожиданности.

Она посмотрела на кота, и ей показалось, что тот смотрит на неё с заметным осуждением. Что именно возмутило пушистого красавца – её попытки избавиться от подарка или то, что Эмилия перестала его гладить, – девушка не знала, но на всякий случай снова попыталась протянуть к нему руку. В этот раз он отчётливо увернулся и, спрыгнув с перил, с достоинством отправился в сторону двери.

Дверь была закрыта, и Эмилия с интересом наблюдала за тем, что по этому поводу предпримет кот. Она ожидала, что он мяукнет, требуя впустить его внутрь, или просто откажется от этой идеи, но когда между котом и дверью оставалось не меньше метра, дверь внезапно приоткрылась. Буквально на ладонь – так, что Эмилии даже не было видно, открыл ли её кто-нибудь изнутри или же она открылась сама. Кот проскользнул в открывшуюся щель, и дверь тут же захлопнулась. «Сенсор, наверное», – подумала девушка, но почему-то без всякой уверенности.

Таксист уже закончил разговор по телефону и демонстративно смотрел то на неё, то на часы, но Эмилия в ответ лишь пожимала плечами. Мол, что вы от меня хотите? В отличие от водителя, у Эмилии часов не было, поэтому, когда Реза наконец-то появился, ей было сложно сказать, как долго он отсутствовал. Но, скорее всего, меньше, чем ей казалось. На пару-тройку лет меньше.

За ожидание Реза не извинился, что Эмилию даже не удивило, и прямиком проследовал к машине. Почему-то она ожидала, что он сядет на переднее сиденье, рядом с водителем. Наверное, просто потому, что сама хотела туда сесть. И теперь колебалась, будет ли приличным поступком занять это место? Всё-таки это такси, и пассажиры обычно садятся сзади – если их не трое, конечно. С другой стороны, кому какое дело, если она хочет смотреть на окрестности по дороге?

Решившись, она подошла к передней двери, но остановилась, увидев сумку водителя на пассажирском месте. Она уже было собиралась передумать и занять место рядом с Резой, но водитель увидел её и торопливо убрал сумку куда-то себе под сиденье. Эмилия устроилась в кресле поудобнее и, едва они выехали за пределы парка, начала вертеть головой, жадно осматривая так и не изученный ею город.

Восторг её закончился минут через пятнадцать, когда они выехали на скоростную трассу, и пейзаж вокруг стал гораздо менее аутентичным и интересным, а точнее – просто превратился в лес.

Впрочем, Эмилии стало в принципе не до пейзажей, потому что в таксисте внезапно проснулся водитель гоночного болида. Она то и дело вжималась спиной в спинку сиденья, глядя, как он лишь слегка притормаживает, чтобы резко перестроиться в соседний ряд для очередного обгона. И несмотря на то, что подобный стиль вождения наверняка требовал определённой концентрации, водитель постоянно пытался заговорить с ней на какие-то отвлечённые темы.

Эмилия решила просто смотреть в сторону и думать о чём-нибудь отвлечённом, но это привело лишь к тому, что ей в голову пришли две простые, но очень занятные мысли. Во-первых, какого чёрта их несёт в аэропорт? Она была вполне уверена, что попасть в ту же Пустыню она могла бы прямо из Резиденции. Конечно, она поняла идею «хабов», раскиданных в разных мирах, но была почему-то уверена, что такие перевалочные пункты – это отдельные миры, и добираться до них на самолёте уж точно не надо. Этот вопрос её не беспокоил – скорее вызывал интерес. Беспокоила её гораздо более прозаичная вещь: кто пустит её в самолёт без документов?

Больше всего её нервировало, что нельзя просто так взять и задать эти вопросы Резе, вольготно развалившемуся на заднем сиденье. Реакцию водителя на подобный разговор представить было трудно, но то, что без внимания он его не оставит, Эмилия не сомневалась. Так что она просто смотрела в боковое окно и раз за разом передумывала уже в лохмотья разжёванные мысли. Она отлично знала эту свою привычку к бессмысленной рефлексии и боролась с ней как могла, но сейчас бороться было трудно, поскольку будущее представляло собой сплошное размытое пятно, а настоящее больше напоминало сидение на чемоданах перед дорогой в это самое будущее.

Поэтому Эмилия перебирала в уме множественные вариации на тему того, как могла бы сложиться её жизнь, пойди события немного по-другому. Например, она могла бы не отправиться ни в какой Некмэр, а сидела бы дома – на диване. И ничего, что скучно: скука хотя бы нервные клетки не убивает.

А ещё, подумала она не без злости, эта совершенно уже не вызывающая у неё симпатии парочка – Джон и Амир – могла бы и составить ей компанию в таком благородном деле. Она ещё могла понять Амира, по которому было видно, что нафиг ему не сдались ни эти люди, ни эти приключения.

Циников Эмилия не любила, но иногда ей всерьёз казалось, что ближе к старости, годам к двадцати пяти, она и сама станет разочаровавшейся в жизни и людях скучающей дамой. Но если к решению Амира можно было отнестись снисходительно, то отказ Джона вызывал в ней настоящую злость. Важное личное дело? Серьёзно? Личное – может быть, но что могло быть настолько важного, когда целый мир находится на краю гибели?

Но хотя Эмилия злилась на Джона и Амира, она не могла избавиться от мысли, что в то же время им завидует. Пока она в компании с неразговорчивым Резой и излишне болтливым водителем неслась навстречу неизвестности, Джон решал свои проблемы, а Амир тот и вовсе, небось, сидел сейчас где-нибудь с бокалом красного вина и в отличном расположении духа. И за всё это злиться ей оставалось только на себя.