Читать книгу Ставропольский протокол: Красный путь - - Страница 9

Часть 1: Сталь куётся в огне. Артем. ВКА им. Можайского. 1 июля 2018 года.

Рассвет 1 июля застал Артема уже на ногах. Холодный утренний воздух в палаточном лагере 8-й роты бодрил лучше любого кофе. Сегодня начиналось самое главное – вступительные испытания. Первым на очереди был медицинский осмотр, своего рода «сито», отсеивающее тех, кто не соответствовал строгим армейским стандартам здоровья.

– Группа, ко мне! Строимся для прохождения медкомиссии! – разнёсся голос сержанта, чьё лицо уже успело приобрести загорелый, бронзовый оттенок.

Артем быстро встал в строй, стараясь не выделяться. Медкомиссия проходила в одном из капитальных зданий академии. Очередь выстроилась в длинный коридор, пахнущий антисептиком и строгостью. В кабинетах царила чёткая, почти конвейерная организация. Офтальмолог, лор, хирург, терапевт, невролог – каждый специалист выносил свой вердикт.

– Глубоко вдохни. Задержать дыхание. Так. Кашель есть? – безэмоционально спрашивал терапевт, прослушивая Артема.

– Нет.

– Следующий.

В кабинете хирурга пришлось раздеться до трусов.

– Шрамы? Операции? Варикоз? Плоскостопие? – сыпал вопросы пожилой полковник медицинской службы, его опытные глаза выискивали малейшие изъяны.

– Нет, всё в порядке, – чётко отвечал Артем, чувствуя, как под взглядом врача по коже бегут мурашки.

Он видел, как некоторых ребят отсеивали. Одному – из-за шума в сердце, другому – из-за проблем со зрением, которое не показывали линзы. Лица у них были опустошённые, несчастные. Артем сжал кулаки. Он был здоров, как бык. Отец с детства приучал его к труду и спорту. Это испытание он прошёл без сучка без задоринки, получив в своей карте заветную пометку «Годен».

Вечером, лёжа в палатке и глядя на тент над головой, Артем думал о предстоящих физических испытаниях. Максимум 300 баллов: 30 подтягиваний, 3 км за 12 минут, 100 метров за 8 секунд. Его собственные скромные результаты на пробных тренировках сулили около 50 баллов. Не блеск, но и не провал. Главное – уложиться в минимальный порог: 6 подтягиваний, 17:46 на 3 км и 12 секунд на стометровке.

«Выдержать. Просто выдержать», – повторял он про себя, засыпая тревожным, но решительным сном.

Часть 2: Первая кровь. Игорь. 10-я рота. 2 июля 2018 года.

Для 10-й роты, где был Игорь, день 2 июля стал днём истины – сдача физических нормативов. Настроение в казарме было напряжённым, пахло потом и адреналином.

Первый этап – стометровка. Беговая дорожка, разметка, несколько офицеров с секундомерами. Игорь нервно переминался с ноги на ногу. Его ахиллесова пята. Он видел, как тот самый гигант, двухметровый абитуриент, которого он окрестил про себя «Голиафом», легко и мощно рванул с места, показав время около 8 секунд.

– Колесников, на старт!

Игорь занял позицию. Сердце колотилось где-то в горле.

– Марш!

Он рванул что было сил. В ушах свистел ветер, в глазах потемнело. Он не бежал, он летел, спасая свою жизнь. Финиш.

– Десять целых, одна! – донёсся голос офицера.

Игорь, опершись о колени и пытаясь отдышаться, не поверил своим ушам. 10.1! Он не просто уложился, он сделал лучше, чем ожидал! Он обогнал того самого гиганта в забеге? Нет, тот бежал в другой группе, но его время было лучше, чем у многих здесь. Первая маленькая победа.

Следующее – подтягивания. Турник, ладони, припудренное мелом.

– Считать вслух! Чисто! Без рывков! – скомандовал офицер.

Игорь собрал всю свою волю. Вспомнил отцовские слова про «харизму». Он должен был не просто подтянуться, он должен был сделать это с вызовом.

– Раз! Два! Три!..

Он чувствовал, как горят мышцы спины и рук.

– …тринадцать! Четырнадцать! Пятна-а-дцать!

Он спрыгнул с турника, едва стоя на ногах. Пятнадцать. Отлично. В карточке ему поставили солидные баллы.

И вот он, главный кошмар – бег на 3 километра. Группа из 10-й роты выстроилась на старте. Среди них был и тот самый гигант, Максим Кузнецов, выглядевший свежим и готовым к подвигу.

– Марш!

Первые круги дались Игорю тяжело, но терпимо. Он держался в середине группы. Кузнецов же, с его длинными ногами, сразу ушёл в отрыв, задавая бешеный темп. К середине дистанции у Игоря в боку закололо, дыхание сбилось. Он видел, как многие вокруг сбавляли темп, переходя на шаг, их лица были бледными и мокрыми от пота.

«Только не сойти. Только не опозориться», – сквозь зубы твердил он сам себе, представляя не лицо отца, а насмешливую ухмылку того самого полковника на регистрации.

Он финишировал, едва не падая. Время – 14 минут 36 секунд. Чуть выше минимального порога. Жалкие баллы. Он посмотрел на результаты. Первым, с огромным отрывом, финишировал Кузнецов – 13.5 минут. Сам Игорь оказался на 16-м месте. Вся их рота в целом показала посредственный результат, лишь около пятнадцати человек, включая его и Кузнецова, уложились в норматив.

Измождённые, они брели обратно в казарму. Воздух был густой от молчаливого разочарования. Игорь поймал на себе взгляд Кузнецова. Тот не улыбался, его могучее тело было покрыто испариной, но дыхание было ровным.

– Ну что, «Кузнечик», жив? – неожиданно для себя хрипло бросил Игорь.

Гигант обернулся, и на его серьёзном лице проступила тень улыбки.

– Еле ползу, «Сокол». Ты там на виражах чуть не слетел с дистанции.

– Зато на стометровке тебя сделал, – парировал Игорь.

– Бывает, – Кузнецов пожал плечами. – Я не спринтер. Я тягач.

Этот короткий, почти дружеский диалог снял часть напряжения. В казарме Игорь достал из заветного мешочка шахматы.

– Ну что, тягач, отыграемся? – предложил он Кузнецову.

Тот с интересом согласился. Они расставили фигуры на тумбочке. Игорь не играл со школы, но помнил основы. Максим, как выяснилось, играл в армии. Ходы он делал медленно, обдуманно, но Игорь, полагаясь на интуицию и остатки знаний, сумел создать атаку на ферзя.

– Опа, – усмехнулся Игорь, – попался твой «тягач».

– Ничего, «Сокол», – проворчал Максим, – это я просто разминаюсь.

Но игра была окончена в пользу Игоря. Проиграв, Кузнецов не расстроился, а лишь внимательно посмотрел на нового знакомого.

– Хитрый ты, Соколов. Неспроста тут с твоей «харизмой».

В этот вечер Игорь понял, что экзамены – это не только про баллы. Это про то, чтобы не сломаться, найти общий язык с такими же, как ты, и даже в проигрыше (а 16-е место – это был проигрыш) сохранить лицо.

Часть 3: Тихое напряжение. Виктор Громов. Смоленск. 3 июля 2018 года.

Пока в Питере кипели страсти вокруг физподготовки, в Смоленске царила тихая, напряжённая готовность. У Виктора и других абитуриентов академии ПВО основные испытания начинались только 5 июля.

Его дни были заполнены до предела, но иначе он и не мог. Чёткий распорядок, самодисциплина – его конёк.

6:00. Подъём. Контрастный душ. Холодная вода взбадривала и проясняла сознание.

6:30. Небольшая пробежка по территории вокруг общежития. Он не выкладывался по полной, берег силы, просто поддерживал тонус.

7:30. Завтрак в столовой. Простая, но калорийная еда: каша, яйцо, чай.

8:00 – 13:00. Самостоятельная подготовка. Виктор закрывался в комнате и методично штудировал учебники по физике и математике. Он решал сложные задачи, повторял формулы, теории. Его результаты ЕГЭ и так были блестящими, но он знал – в академии могут быть свои, особые требования.

13:00 – 14:00. Обед.

14:00 – 19:00. Повторение общевоинских уставов, основ истории Отечества, технической литературы. Он изучал устройство систем ПВО, которые были визитной карточкой академии.

По вечерам он выходил на прогулку и наблюдал за курсантами. Их выправка, собранность, точность движений вызывали у него не трепет, а уважение и понимание. Это был тот самый порядок, к которому он стремился.

Отец звонил каждый вечер.

– Ну как, сынок? Справишься?

– Так точно, – коротко отвечал Виктор. – Всё под контролем.

– То-то. Держись. Ты у меня умный.

Виктор клал трубка и возвращался к учебникам. Он не позволял себе расслабляться. Его испытания были впереди, и он готовился встретить их во всеоружии, как настоящий стратег.

Часть 4: Москва ждёт. Дмитрий Аристократов и Станислав Строгов. Москва. 3 июля 2018 года.

Московская жара к 3 июля достигла своего пика. Для Дмитрия и Станислава эти дни были похожи на затишье перед бурей. Их экзамены в Академию ФСБ начинались 5 июля, и это ожидание сводило с ума.

Они не могли усидеть в номере. Их совместные прогулки по Москве стали более целеустремлёнными. Они не просто глазели на достопримечательности, а изучали карту города, отрабатывая маршрут до академии, искали столовые подешевле, привыкали к ритму мегаполиса.

Вместе они целенаправленно поехали на метро к зданию академии в Митино. Не подходя близко к КПП, они стояли напротив, наблюдая. Они видели, как подъезжали машины, как выходили молодые люди их возраста с такими же сосредоточенными лицами. Они видели офицеров в форме – подтянутых, строгих, с нечитаемыми взглядами.

«Через два дня мы будем там», – думал Дмитрий, и по спине бежал холодок. Станислав молчал, но его сжатые кулаки выдавали внутреннее напряжение.

Они занимались вместе, но по-разному. Дмитрий повторял даты, факты, законы по обществознанию. Штудировал историю России, особенно периоды работы спецслужб. Станислав, с его юридическим складом ума, фокусировался на отработке логических задач, основ права и психологических тестах. Они дополняли друг друга, как два клинка в одних ножнах.

Вечером 3 июля они сидели в сквере недалеко от гостиницы. Дмитрий смотрел, как играют дети. Простая, мирная картина. Он вспомнил отцовские поля, широкие и спокойные.

– Защищаем вот это, – тихо сказал он, кивая на детей.

– Так точно, – отозвался Станислав. Его взгляд был устремлен внутрь себя. – И защищаем законно. Чтобы никакие «бабушкинские» не могли безнаказанно ломать жизни.

Он достал телефон и отправил короткое сообщение своим приемным родителям: «Всё в порядке. Готовимся. Спасибо за всё». Он не мог подвести их, как и Дмитрий не мог подвести отца.

Их союз, рожденный в ставропольском военкомате и закаленный в московских скверах, был их главным оружием. Они были готовы к буре.

Часть 5: Основы марша. Игорь и Артем. ВКА им. Можайского. 3 июля 2018 года.

3 июля для абитуриентов Можайки было днём передышки между основными экзаменами. Но армия не знает слова «отдых». Утро началось с общего построения.

– Внимание всем ротам! – скомандовал начальник цикла подготовки. – Сегодня отрабатываем основы строевой подготовки. Армия сильна порядком и дисциплиной, а основа дисциплины – строй!

Игоря из 10-й роты и Артема из 8-й свели на большом плацу. Впервые за несколько дней они смогли перекинуться парой слов на построении.

– Как ты? – быстро спросил Игорь.

– Нормально. Медкомиссию прошёл. Завтра физо, – так же коротко ответил Артем.

– Держись там.

Их диалог прервал сержант:

– В строю разговоры не вести!

Началось самое ненавистное для многих абитуриентов – строевая подготовка. Отработка команды «Становись!», равнения в шеренге, повороты на месте. Жара накаляла асфальт плаца, воздух дрожал над ним.

– Рота, смирно! Напра-во! Равняйсь! Шагом марш!

Плечо к плечу они чеканили шаг. Сначала получалось криво, нестройно. Кто-то сбивался с ноги, кто-то не мог попасть в общий ритм.

– Да что же вы за солдаты, если шагать синхронно не можете? – кричал инструктор. – Ещё раз! Левой! Левой! Раз-два-три!

Игорь, к своему удивлению, ловил кайф. Чёткий ритм, единый коллектив, работа как один механизм – это было мощно. Он видел, как Артем, всегда собранный, шагал почти идеально. А вот огромный Кузнецов с его длинными ногами постоянно «заваливал» строй.

– Эй, «Сокол», – прошипел Максим, когда они остановились, – как ты умудряешься попадать в ногу? У тебя же рост как у подростка.

– Зато харизма на два метра, – не растерялся Игорь. – Ты, «Голиаф», не шагай, а семени, как «Кузнечик».

Кузнецов фыркнул, но на следующем заходе попытался укоротить шаг. Получалось немного лучше.

К концу дня строй из трёхсот абитуриентов уже более-менее слаженно выполнял команды. Они были мокрые, уставшие, но чувствовали себя не сборищем отдельных людей, а частью чего-то большого и организованного.

Вечером, после отбоя, Игорь лежал и смотрел в потолок. Завтра у Артема физо. Послезавтра – его собственная медкомиссия, а затем и профессиональный отбор. Он повернулся к тумбочке, где лежали шахматы.

– Максим, – тихо позвал он. – Спишь?

– Нет, – донёсся из темноты голос.

– Сыграем на интерес? На то, кто пойдёт завтра за кипятком за двоих.

– Давай, «Сокол». Но готовься таскать воду.

В темноте, почти на ощупь, они начали новую партию. Вокруг уже похрапывали уставшие ребята. Где-то в другой казарме, в палатке, засыпал Артем, мысленно повторяя тактику бега на три километра. В Смоленске Виктор заканчивал конспектировать устав, а в Москве Дмитрий и Станислав в последний раз перед сном просматривали свои конспекты, готовясь к самому важному экзамену в их жизни.

Их испытания только начинались. Пути были разными, но цель оставалась общей – пройти через эти «врата» и доказать, что они достойны.