Читать книгу Тени исчезают в полночь - - Страница 3

Дождь за окном превратился в монотонный шепот, будто город устал лить слезы и теперь лишь бормотал что-то под нос, унося свои тайны. Лев развернул на экране генеалогическое древо Прозоровых – сложную паутину родственных связей. Обрывы, белые пятна, словно выжженные пустоты, и три ярко горящие точки: Ольга, Маша, Ирина.

«Веста» вывела дополнительную информацию за три минуты – Лев подсознательно отметил это время, как всегда, цепляясь за странные, необъяснимые детали. Нейросеть прочесала закрытые архивы ЗАГСа, вытащила обрывки данных из соцсетей, даже старые цифровые архивы начала 2020-х и 2030-х. Все ради ответа на один вопрос, терзающий Льва: почему именно эти три сестры? Он не брал случайных дел – это правило он усвоил после провального расследования два года назад, когда безликие цифры загнали его в тупик.

Но когда к нему в офис, словно тень из прошлого, вошла пожилая женщина…

Лев помнил тот день так ясно, будто это было вчера. Она пришла, когда за окном уже сгущались сумерки, а его дешевая лампа под потолком отбрасывала на стены бледные тени. Женщина была в старом поношенном пальто, ее лицо изрезано морщинами. Ее глаза были неподвижными. Она протянула ему фотографии трех девушек. На снимках они смеялись, живые, юные, полные надежд.

«Господин Корвин» – сказала она. «Говорят, Вы беретесь за безнадежные дела». Лев кивнул, ощущая на себе тяжесть ее взгляда. Она положила фотографии на край его стола, и ее тонкие пальцы нервно сжимали край старой сумки. «Они не могли просто исчезнуть, – говорила она и ее голос сорвался до шепота. – Их похитили. Я не знаю кто». Страха в ее глазах не было. В них была лишь решимость найти своих дочерей. Лев потом так и не смог себе объяснить, зачем он взялся за это дело. Но он взялся за это дело.

Кофе в чашке давно остыл, оставив на стенках темные разводы. Лев отпил глоток, морщась от пронизывающей горечи, и ткнул пальцем в экран.

– Анна Прозорова год рождения 2026, дата рождения 11 июня. Как и у меня, кстати, – пробормотал он, разглядывая запись о рождении. – Старшая?

Голос Весты был как всегда ровным, без единой эмоциональной нотки, – Да. Старшая. Анна…

«Веста» замолчала. Лев напрягся. Молчание затянулось.

– Анна Прозорова. Родилась в 2026. Исчезла в 2036. Официальной версии нет. Но…

На экране, поверх генеалогического древа, всплыла цифровая выписка из сетевого архива новостей 2036 года: «Девочка пропала во время школьной экскурсии».

– Значит, их было четверо.

За окном что-то громко и резко хлопнуло. Лев вздрогнул, инстинктивно потянувшись за сигаретой, но замер, когда осознал: дождь, минуту назад монотонно шептавший свои тайны, перестал стучать по стеклу. Абсолютная тишина давила на уши. Неожиданно зазвонил телефон.

Лев резко вздрогнул, смахнув со лба пот. На экране все еще горело древо Прозоровых с красным кружком вокруг имени «Анна». На дисплее его собственного телефона светилось: «Анна».

Сердце бешено заколотилось, заглушая все остальные звуки.

– Алло? – выдавил он, чувствуя, как горло пересохло.

Голос в трубке был до боли знакомым – тот самый, что три месяца не давал ему спать, сводя с ума призрачными надеждами. Но теперь в нем звучала новая нотка: – Лев… ты уже нашел их?

Он сглотнул ком в горле, чувствуя, как к лицу приливает кровь.

– Анна… Ты знаешь что-то об этом деле?

Ответ пришел мгновенно, с каким-то жутковатым весельем, от которого у Льва внутри все сжалось: – Конечно. Они же мои сестры.

Неожиданно волна паники прокатилась по телу Льва, парализуя конечности.

– Какие сестры? У тебя нет… – начал он.

В этот самый момент он увидел. На экране компьютера, поверх генеалогического древа, медленно, с неостановимой, пугающей неизбежностью, проявлялась новая ветвь. Имя «Анна Прозорова» теперь соединялось прямыми, красными линиями с тремя исчезнувшими сестрами. Словно ее сначала вырезали, а теперь вклеили обратно, в самый центр вселенной.

– Ты всегда был плохим детективом, Лев. Разве не видишь? Мы все…

Голос оборвался. Не просто прервался – он превратился в звенящую тишину, оставив за собой лишь ощущение пустоты и ужаса.

Лев вскочил, опрокинув стул с таким грохотом, что звук эхом отразился от стен.

– Анна! – крикнул он в телефон, прижимая трубку к уху.

Тишина. Мертвая, оглушительная тишина. Потом – детский смех. Громкий, чистый, абсолютно невинный. И жуткий.

Он проснулся. Голова лежала на клавиатуре, шея затекла. На экране – заставка «Весты». Телефон показывал 6:33 утра. Никаких отвеченных или пропущенных звонков.

– Проклятье… Значит это был сон, – Лев потер виски, пытаясь отогнать остатки сна, но тревога никуда не уходила. Она стала частью его.

Когда он взглянул на экран, древо Прозоровых снова горело перед ним. И красный кружок вокруг имени «Анна» теперь почему-то пульсировал.

– Лев, – тихо сказала Веста, ее голос был как всегда ровным, но в этот раз он казался беспокойным. – Вы говорили во сне. Повторить запись?