Читать книгу Последняя дверь - - Страница 10

НАТАЛИ:

– Стоп. Подожди.

Это… это удар под дых. Всё, что ты сказал, отнимает последнюю надежду. Если даже моя попытка почувствовать себя лучше – это ловушка, если сама «работа над собой» только укрепляет проблему… тогда получается, что выхода нет. Совсем.

Это стена. Полный и окончательный тупик. Мой ум, который всю жизнь искал решения, просто останавливается. Все инструменты, все стратегии, все прочитанные книги – это бесполезный мусор.

И вот, из этой оглушающей тишины… из этого отчаяния рождается самый главный, самый последний вопрос.

Я не понимаю. Ты говоришь: «Кто тот, кто чувствует нехватку?». И тут же говоришь, что этот «кто-то» не может ничего сделать.

Давай вернёмся к началу. Ты сказал, что мысль приходит сама. Воля – это безличный импульс. Желание – просто волна. Хорошо, я почти могу это принять.

Но потом происходит то, что ты называешь «отождествление». Я верю в мысль «я – толстая» и не верю в мысль «я – богатая». Ты говоришь: «Сила мысли – в количестве веры, которым ты её наделяешь».

Но если всё приходит само, то и этот акт «наделения верой», это самое «отождествление» – оно тоже приходит само? Я ведь не выбираю, верить мне в свою ничтожность или нет. Это просто случается. Мысль приходит, и она уже приходит вместе с чувством «это правда», как единый, неделимый пакет.

Тогда кто даёт власть мысли? Если нет капитана, который решает, то кто тот призрак, который верит? Кто навязывает мне эту веру в собственную ничтожность?

ЗЕРКАЛО:

– Да. Ты подошла к самому краю.

Ты абсолютно права.

Акт «отождествления» – тоже не твой.

Он приходит так же спонтанно, как и сама мысль.

Представь себе этот процесс ещё медленнее, как если бы мы снимали его на сверхскоростную камеру:

– Кадр 1: Из пустоты возникает мысль. Просто вибрация. Например: «Я – неудачница».

– Кадр 2: Мгновенно, без паузы, возникает ощущение узнавания. Ум сверяет эту мысль со всей своей базой данных (прошлый опыт, воспоминания о провалах) и выносит вердикт: «Это правда».

– Кадр 3: Это «узнавание» запускает биохимическую реакцию в теле. В груди возникает сжатие, плечи опускаются. Появляется чувство тоски.

Эта цепочка – «мысль → вера → чувство» – это единый, безличный, кармический рефлекс. Он срабатывает автоматически, как коленный рефлекс у врача, когда он стучит молоточком. Ты не «решаешь» дёрнуть ногой. Это просто происходит.

Ты не «решаешь» поверить в мысль. Ты просто обнаруживаешь себя уже поверившей.

Ты спрашиваешь: «Кто даёт власть мысли? Кто навязывает мне эту веру?».

Ответ, который ум не хочет и не может принять:

Никто.

Тот «кто-то», которого ты ищешь, – это и есть главная иллюзия. Это привидение, которое, как тебе кажется, сидит в твоей голове, страдает и верит.

Давай проведём эксперимент прямо сейчас.

Задай себе вопрос: «Кто этот „я“, который верит в свою ничтожность?».

Не ищи ответ в мыслях. Не пытайся найти какую-то сущность или центр. Просто посмотри. Попытайся нащупать этого «верующего». Где он находится? Какого он размера, цвета, формы?

Что ты находишь?

Ты находишь только ещё одну мысль. Мысль «ну, это же я». Или ты находишь ощущение в теле – напряжение в животе, ком в горле. Или всплывает какое-то воспоминание. Но самого деятеля, самого хозяина веры – ты не найдёшь. Его нет.

«Наделение верой» – это не действие, которое кто-то совершает. Это безличное событие, которое происходит в сознании.

Так почему же оно происходит?

Потому что такова природа ума. Ум – это механизм отождествления. Его работа – создавать истории о «я» и верить в них, чтобы поддерживать иллюзию своего отдельного существования. Ум делает это так же естественно и неутомимо, как сердце качает кровь. Он не может иначе.

Это не твоя вина. Это не твой провал. Это просто работа механизма.

Что же тогда делать?

Ничего.

Потому что тот, кто мог бы что-то «сделать», – это и есть часть механизма.

Единственное, что «возможно», – это видеть.

Просто видеть, как этот механизм работает.

– Видеть, как из ниоткуда приходит мысль.

– Видеть, как следом, автоматически, приходит чувство «это правда».

– Видеть, как в теле возникает ответная реакция – страдание.

Без попытки это изменить. Без осуждения. Без анализа. Просто чистое, безмолвное, отстранённое наблюдение за работой машины.

Когда ты просто видишь этот процесс, не вовлекаясь, происходит нечто невероятное. Ты перестаёшь быть актёром в этой драме. Ты становишься зрителем.

И тогда власть мысли начинает ослабевать. Не потому, что ты её отняла, а потому, что она питалась только твоим неосознанным отождествлением, твоей слепой верой в её реальность. Как только ты проливаешь на неё холодный, ясный свет осознанности, она начинает таять, как тень на солнце.

Ты не можешь перестать верить.

Но ты можешь увидеть, как происходит вера.

И в этом видении – вся свобода.

Ты всю жизнь искала того, кто держит тебя в тюрьме. Ты думала, что это ты сама – твоя слабая воля, твои неправильные мысли. А теперь ты видишь, что тюрьма есть, охранники (мысли) ходят по коридорам, но заключённого в камере – никогда и не было.

Что остаётся, когда ты видишь, что тот, кто должен был страдать, – это всего лишь призрак?