Читать книгу Атташе - - Страница 3

Время потеряло смысл.

Лампочка горела постоянно – тусклым жёлтым светом, недостаточным для чтения, если бы было что читать, но слишком ярким, чтобы спать спокойно. Вера пыталась считать удары сердца, дыхания, любые метрономы, которые помогли бы отследить часы. Бесполезно. Минуты растягивались в часы, часы сжимались в секунды.

Дважды приносили еду. Дверь открывалась, безликий охранник ставил поднос у порога и исчезал, даже не глядя на неё. Лепёшки, финики, варёный рис, вода. Всё безвкусное, пресное, но она заставляла себя есть. Голод – враг. Слабость – союзник её тюремщиков.

После второго приёма пищи (завтрак? обед? ужин?) Вера начала считать камни в стене. Сто двадцать три блока от пола до потолка. Потом трещины – сорок восемь видимых. Потом попыталась вспомнить наизусть статьи Венской конвенции о дипломатических сношениях. Статья 29: "Личность дипломатического агента неприкосновенна. Он не подлежит аресту или задержанию…"

Горький смех вырвался из груди. Конвенции здесь не работали. Ничто не работало.

Она ходила вдоль стен – три шага вперёд, четыре вправо, три назад, четыре влево. Круг за кругом, пока ноги не заныли. Упражнения – приседания, отжимания от пола (камень холодил ладони). Тело должно оставаться сильным. Если представится шанс бежать…

Но кто она обманывала? Бежать некуда. Железная дверь, толстые стены, охранники снаружи. И даже если выберется из камеры – что дальше? Она не знала, где находится. Подвал? Крепость? Пустыня за окнами, которых нет?

Вера легла на лежанку, натянув одеяло. Колючая шерсть царапала кожу, но холод был хуже. Закрыла глаза. Попыталась вызвать в памяти что-то хорошее – московскую квартиру с высокими потолками, запах кофе по утрам, шум машин за окном. Такое далёкое, почти нереальное.

Лицо бывшего мужа всплыло в памяти. Игорь. Он говорил, что она слишком холодная, слишком зациклена на работе, что она не женщина, а робот в платье. Тогда она злилась. Сейчас думала: может, он был прав? Может, если бы она была мягче, женственнее, не совалась бы с телефоном туда, куда не просили? Сидела бы сейчас в уютном офисе посольства, разбирая бумаги для выставки?

"Нет", – одёрнула себя Вера. Это ловушка. Самообвинение – первый шаг к слому. Она не виновата. Виноват тот, кто держит её здесь как животное.

Султан аль-Кайси.

Его лицо вставало перед глазами слишком ясно. Жёсткие черты, чёрная борода, взгляд, от которого холодело внутри. Властный. Безжалостный. Привыкший получать что хочет, любой ценой.

Что он за человек? Нефтяной магнат, судя по тому, как отреагировали в посольстве на его имя. Медиаимперия – Лейла упоминала что-то. Связи в правительстве – иначе не похитил бы её средь бела дня без последствий. Опасный. Очень опасный.

И ей нужно было найти способ переиграть его.

Вера села, обхватив колени. Думай. Анализируй. Что он хочет? Информацию – кто послал, кому передаст фото. Но она не может дать то, чего нет. Значит, либо он поверит, либо…

Либо будет добиваться ответа другими способами.

Холодок пробежал по спине при мысли о том, какими именно.

Звук шагов в коридоре оборвал размышления. Вера напряглась. Тяжёлые, уверенные шаги – не охранник с едой. Кто-то ещё.

Засов лязгнул. Дверь распахнулась.

Султан аль-Кайси вошёл в камеру, заполнив собой всё пространство. На этот раз без традиционной одежды – тёмные брюки, белая рубашка с закатанными рукавами, открывающими предплечья. Мускулистые, покрытые тёмными волосами, сильные. Волосы слегка растрепаны, будто он провёл рукой. На лице – лёгкая небритость поверх бороды.

Усталый? Или это часть игры?

За его спиной снова маячил охранник, но Султан взмахом руки отправил его прочь. Дверь закрылась. Они остались вдвоём.

Вера медленно встала с лежанки, не отводя взгляда. Не показывать слабость. Не дать ему увидеть страх.

– Мисс Соколова. – Он окинул её оценивающим взглядом. – Надеюсь, вы использовали время для размышлений?

– Я размышляла о том, сколько лет тюрьмы вы получите за похищение, – ответила она ровно. – Международный суд не будет снисходителен.

Его губы изогнулись.

– Смелость. Похвально. – Он сделал шаг ближе. – Но бесполезно. Никакого суда не будет, мисс Соколова. Потому что никто не знает, где вы. Ваше посольство считает, что вы исчезли после того, как я вернул вам телефон и вы поехали домой. Водитель подтвердил – высадил у дома, видел, как вы вошли. Камеры наблюдения, к сожалению, не работали именно в тот момент. Досадная техническая неполадка.

Сердце ухнуло вниз. Значит, Ахмед действительно работал на него.

– Они всё равно будут искать.

– Будут. В течение нескольких дней. Потом решат, что вы сбежали. – Он пожал плечами. – Разведённая женщина тридцати семи лет, карьеристка без близких связей, известная своей независимостью. Возможно, завела любовника и уехала с ним. Или просто устала от работы и исчезла. Бывает.

– Вы ошибаетесь. – Вера стиснула кулаки. – Мои коллеги знают, что я ответственна. Я не из тех, кто…

– Вы из тех, кто сует нос куда не следует. – Он перебил её, сделав ещё шаг. Теперь между ними было меньше метра. – Это подтверждает вашу же служба безопасности. "Мисс Соколова любопытна и настойчива, иногда чрезмерно". Цитирую вашу характеристику.

Откуда он знает?

– Итак, мисс Соколова, давайте не будем тратить время. – Его голос стал жёстче. – Я задам вопросы. Вы ответите честно. И тогда, возможно, ваше пребывание здесь станет более… комфортным.

– Я уже ответила. Никто меня не посылал.

– Лож. – Он произнёс это как приговор.

– Правда! – Вера шагнула вперёд, забыв об осторожности. – Я увидела подозрительную встречу, сфотографировала на всякий случай. Да, это было неосмотрительно. Но я не шпион, не агент, никто мне не платит! Я просто дипломатический работник, оказавшийся не в том месте не в то время!

Он смотрел на неё долго, изучающе. Потом медленно покачал головой.

– Либо вы великолепная актриса, мисс Соколова, либо действительно настолько наивны, что сами не понимаете, во что влезли.

– О чём вы?

– О том, что те документы, которые вы сфотографировали, стоят миллионы долларов. И жизней. – Он скрестил руки на груди. – Контракт на поставку специального оборудования в обход международных санкций. Европейская компания, арабские посредники, криптовалютные переводы через офшоры. Достаточно информации, чтобы разрушить бизнес и отправить нескольких высокопоставленных лиц за решётку.

Вера похолодела. Санкции. Контрабанда. Это было намного серьёзнее, чем она думала.

– Я… я не знала.

– Теперь знаете. – Его взгляд стал ещё жёстче. – И именно поэтому я не могу просто отпустить вас. Даже если вы случайно узнали то, что узнали. Вы – угроза.

– Я никому не скажу! Клянусь, я забуду, что видела…

– Нет. – Он качнул головой. – Не забудете. Люди не забывают такого. Рано или поздно вы расскажете кому-то. Или попытаетесь использовать информацию. Или просто угрызения совести заставят сообщить властям. Человеческая природа предсказуема.

– Значит, вы… что? Убьёте меня? – Голос дрогнул, но она заставила себя произнести слова.

Султан помолчал. Потом медленно качнул головой.

– Нет, мисс Соколова. Убийство – грязное дело. Слишком много вопросов, слишком много рисков. – Он сделал ещё шаг, и теперь они стояли так близко, что она чувствовала тепло его тела. – Есть другие способы гарантировать ваше молчание.

– Какие?

Он протянул руку и коснулся её щеки – неожиданно, почти нежно. Вера дёрнулась, но за спиной была стена.

– Сломать вас, – прошептал он. – Медленно, методично. Одиночество, страх, неизвестность. Потом, возможно, физический дискомфорт. Голод. Холод. Боль, если понадобится. Люди ломаются, мисс Соколова. Все ломаются. Вопрос лишь в том, сколько времени это займёт.

Его пальцы скользнули по её подбородку, приподняв лицо. Она смотрела в его чёрные глаза, пытаясь найти там хоть каплю человечности. Ничего. Только холодная решимость.

– Но я предпочитаю другой путь, – продолжил он негромко. – Сотрудничество. Вы рассказываете мне всё, что знаете, всех, с кем контактировали по поводу того вечера. Взамен я обеспечу вас комфортом. Нормальная комната, еда, книги. Может быть, даже некоторая свобода передвижения. И когда я буду уверен в вашей лояльности… возможно, мы обсудим ваше освобождение.

– Под «лояльностью» вы имеете в виду полное подчинение?

– Умная девочка. – Он усмехнулся, убрав руку. – Я вижу, мы начинаем понимать друг друга.

Вера сглотнула. Её разум лихорадочно искал выход, лазейку, что угодно. Но логика была безжалостна: она в его власти, без помощи, без надежды на спасение.

– У меня нет выбора?

– Всегда есть выбор, мисс Соколова. – Султан развернулся к двери. – Сотрудничество или сопротивление. Комфорт или страдание. Жизнь или… что-то худшее, чем смерть. – Он обернулся на пороге. – Подумайте. Следующий раз я приду за ответом. И надеюсь ради вас, что он будет правильным.

Дверь захлопнулась.

Вера медленно сползла по стене на пол, обхватив голову руками. Тело тряслось – от холода, от страха, от ярости на себя за слабость.

Она попала в ловушку. Идеальную, безвыходную ловушку.

И хищник, поймавший её, явно не собирался выпускать.