Читать книгу Атташе - - Страница 7

Вере объяснила это Зара, пока они шли по мраморному коридору к банному комплексу. Перед приходом Султана все женщины гарема должны были очиститься, умаститься благовониями, причесать волосы. Подготовить себя как товар к осмотру.

– Он не всегда выбирает кого-то, – шептала Зара, пока Лейла семенила впереди с стопкой полотенец. – Иногда просто приходит, смотрит и уходит. Иногда берёт одну. Иногда двух. Раз было так, что…

– Заткнись, Зара, – оборвала её Ясмин, шагавшая впереди как королева. – Не надо пугать новенькую раньше времени. Пусть сама увидит.

Хаммам оказался роскошным – мраморные бассейны с горячей водой, ароматный пар, масляные лампы, отбрасывающие мягкий свет. Амира уже сидела у края одного из бассейнов, опустив ноги в воду.

– Раздевайся, – велела Фатима, остановившись у входа. – И смой с себя грязь темницы. Хозяин не любит нечистоплотных.

Вера медленно стянула белое платье через голову. Обнажённая, уязвимая. Руки инстинктивно потянулись прикрыться, но она заставила себя опустить их. Не показывать стыд. Не давать им власти над собой.

Она вошла в горячую воду – блаженство после дней холода. Закрыла глаза, позволив теплу проникнуть в мышцы, снять напряжение. Вокруг плескалась вода, звучали голоса, но Вера отключилась, погружаясь в себя.

Пока чья-то рука не схватила её за волосы.

Вера вскрикнула, дёрнулась. Ясмин держала её за рыжую косу, погружая голову под воду. Паника. Вода заливалась в нос, рот. Вера пыталась вырваться, но Ясмин была сильнее, опытнее.

Когда её наконец отпустили, Вера вынырнула, задыхаясь, кашляя.

– Ой, простите, – пропела Ясмин с фальшивой невинностью. – Я просто хотела помочь вам помыть волосы. Такие грязные были.

– Сука, – выдохнула Вера, вытирая лицо.

Ясмин улыбнулась – холодно, хищно.

– Осторожнее со словами, новенькая. А то можешь поскользнуться ещё раз. И в следующий раз я могу подержать подольше.

Она выплыла из бассейна – капли воды стекали по её идеальному телу, как с мраморной статуи. Лейла поспешила подать ей полотенце.

Вера выбралась из воды, дрожа – не от холода, а от ярости. Зара молча протянула ей полотенце.

– Не обращай внимания, – прошептала она. – Ясмин так со всеми новенькими. Утверждает доминирование.

– Я не собираюсь подчиняться её доминированию.

– Тогда будет хуже.

Фатима хлопнула в ладоши.

– Быстрее. Одевайтесь. Хозяин уже в дороге.

Женщинам выдали новые платья – тонкие, шёлковые, едва прикрывающие тела. Вере досталось платье цвета слоновой кости, подчёркивающее рыжину волос. Амира заплела их в сложную косу, украсив жемчужными нитями.

– Ты красивая, – сказала она тихо. – Не так как Ясмин, но по-своему. Он заметит.

– Не хочу, чтобы он замечал.

– Тогда зря ты сопротивлялась. Покорные он игнорирует. Строптивых… ломает лично.

Вернулись в гарем. Ясмин устроилась на самом заметном диване, выставив напоказ длинные ноги. Лейла съёжилась в углу, как мышь. Амира взяла книгу. Зара уселась у окна, наигрывая мелодию на небольшом барабане.

Вера осталась стоять. Не хотела сидеть, изображая покорность.

Время тянулось. Солнце за окнами садилось, окрашивая пустыню в кроваво-красные тона. Вера смотрела на закат и думала: может, это последний закат, который она видит свободным человеком? Может, сегодня её окончательно сломают?

Дверь распахнулась.

Вошла Фатима, лицо мрачнее обычного.

– Хозяин задерживается. Будет только утром. – Она окинула их всех взглядом. – Отбой через час.

Женщины расслабились – отсрочка казни. Ясмин фыркнула разочарованно. Лейла облегчённо выдохнула.

Вера вернулась за свою ширму, опустилась на диван. Руки всё ещё горели от ударов прутом. Она осторожно коснулась полос – вздувшиеся, красные, болезненные.

– Дай помажу. – Амира появилась с небольшой баночкой. – Алоэ. Поможет.

Вера протянула руки. Амира осторожно нанесла прохладную мазь.

– Зачем ты помогаешь мне? – спросила Вера. – Мы же конкурентки.

Амира усмехнулась.

– Конкурентки? За что? За право быть выбранной им на ночь? Поверь, это не привилегия, а наказание. – Она закрыла баночку. – Я помогаю, потому что когда-то была такой же как ты. Гордой. Борющейся. Потом сломалась. Но хотя бы могу облегчить путь другим.

– Я не сломаюсь.

Амира посмотрела на неё долгим, грустным взглядом.

– Все так говорят. В начале.

Она ушла. Вера легла на подушки, натянув тонкое одеяло. Через ширму доносились звуки – Зара напевала что-то на своём языке, Лейла тихо плакала, Ясмин шуршала шёлком.

Звуки неволи.

Вера закрыла глаза, но сон не шёл. Слишком много мыслей, страхов, планов. Нужно было найти способ выбраться. Найти слабое место в этой системе. Подкупить охранника? Найти тайный ход? Связаться с внешним миром?

Но как, если она на замке, под надзором, без ресурсов?

Шаги разбудили её среди ночи. Тяжёлые, приближающиеся. Вера села, сердце заколотилось. Султан? Так рано?

Но вошла Фатима. С двумя охранниками.

– Вставай, – велела она.

Вера поднялась. Другие женщины тоже проснулись, выглядывали из-за ширм.

– Что происходит?

– Ты оскорбила меня сегодня. Отказалась подчиняться. – Голос Фатимы был холодным. – Хозяин велел научить тебя уважению. И пока его нет, я выполню эту задачу.

Ледяной ужас сковал Веру.

– Султан не велел тебе…

– Хозяин дал мне полную власть над гаремом. Включая наказания. – Фатима кивнула охранникам. – Держите её.

Сильные руки схватили Веру за запястья, скрутили за спиной. Она дёрнулась, попыталась вырваться – бесполезно.

– Нет! Отпустите! Вы не имеете права!

Её потащили в центр зала. Там уже стояли деревянные стойки с кожаными ремнями – очевидно, не впервые использующиеся.

– Привяжите, – приказала Фатима.

Охранники привязали запястья Веры к стойкам, растянув руки в стороны. Она стояла лицом к стене, спина обнажена – платье сползло с плеч.

– Фатима, не надо! – Это был голос Амиры. – Хозяин не знает! Он разозлится!

– Хозяин одобрит. Строптивых нужно учить. – Фатима подняла длинный кожаный кнут – не тонкий прут, а настоящую плеть. – Двадцать ударов. Может, после этого ты запомнишь своё место.

– Пожалуйста, – прошептала Лейла, сжавшись в углу. – Не надо…

Даже Ясмин молчала, наблюдая с нечитаемым выражением лица.

Фатима замахнулась.

Первый удар прошёлся огнём по спине Веры. Она закусила губу до крови, не давая себе закричать. Не дам ей удовольствия.

Второй удар. Третий. Четвёртый.

Кожа рвалась, кровь стекала. Боль была всепоглощающей, ослепляющей. Вера повисла на ремнях, ноги подгибались.

Пятый. Шестой. Седьмой.

– Скажи, что подчинишься! – рявкнула Фатима. – Скажи!

Вера разжала окровавленные губы.

– Пошла… ты… к чёрту…

Ярость исказила лицо Фатимы. Удары посыпались чаще, сильнее.

Вера больше не считала. Мир сузился до боли и тьмы. Сквозь пелену она слышала плач Лейлы, проклятия Зары, молчание Амиры.

И голос Ясмин – тихий, довольный:

– Вот так ломают гордых.

Когда Веру отвязали, она рухнула на пол. Спина была месивом из крови и рваной плоти. Дышать было больно. Двигаться – невозможно.

– Отнесите её в темницу, – велела Фатима, вытирая кровь с плети. – Пусть подумает о послушании. Три дня без еды. Только вода.

Охранники подняли Веру – она не сопротивлялась, не могла. Мир плыл перед глазами.

Последнее, что она увидела перед потерей сознания – лицо Амиры, искажённое болью.

И поняла: вот что значила фраза "ты ещё не знаешь, что такое боль".

Теперь знала.